Мой верный
Шрифт:
– Поплавать не хочешь? – вдруг предложила мне Елена, тут же пояснив. – В доме есть бассейн, сауна, джакузи. Я ни разу не видела тебя в том крыле.
Джакузи… От непрошенных воспоминаний мои щеки зарделись.
– Кстати, хозяин часто по утрам совершает заплыв.
– Правда?
– Ага. Но сегодня он вроде уже уехал на работу, – Елена покосилась на время, высвечивающееся на большой плазме. – Обычно он уезжает из дома в районе восьми утра.
– А ведь это неплохая идея… – я закусила щеку изнутри. – Спасибо вам, – поболтав еще немного, я решила последовать ее совету.
Вернувшись в спальню, я отыскала в шкафу слитный купальник, облачившись в него, накинула на плечи халат. Прихватив с собой шлепки, отправилась в правое крыло, где располагалась релакс-зона.
Задумавшись, я сама не заметила, как замерла около бассейна. Из-за игры света и тени, создавалось впечатление, что вода повсюду…
Впервые я побывала здесь в ту роковую ночь, когда, сбежав от Апостолова, через несколько часов в одном полотенце вернулась в его дом, после всех моих злоключений оказавшись с Артемом в одном джакузи…
Прислушавшись, я уловила где-то поблизости шум воды. Но Елена ведь говорила, он уже уехал? Свернув в сторону сауны, я обнаружила приоткрытую запотевшую дверь, и, все-таки, заглянула внутрь…
Артем принимал душ.
Запрокинув голову, он стоял под крупными тугими струями воды, и вид его сильного обнаженного тела заставил кровь в моих жилах воспламениться.
Я не планировала показываться ему на глаза, но и сдвинуться с места не получалось… ноги будто одеревенели, а во рту скопилось чересчур много вязкой слюны. Тем не менее, я заставила себя отступить на безопасное расстояние…
Опустив руку, Артем сжал свой напряженный член.
Вытолкнув сквозь плотно сжатые зубы воздух, он принялся скользить по своей немалой длине сомкнутыми в кольцо длинными пальцами вверх-вниз. Вверх-вниз. Быстрее. Резче.
Потрясенная этим зрелищем, я вдруг поняла, что не дышу.
Тем временем, движения татуированной мужской ладони ускорились.
Рука Артема так быстро перемещалась по стояку, сжимая его и разжимая, что, казалось, такой темп невозможно долго выдерживать, и он вот-вот…
Я густо покраснела, облизывая пересохшие губы, пока ладонь Темного в бешеном ритме обслуживала свой стоячий колом член.
Признаюсь, меня разрывало от самых противоречивых эмоций и ощущений.
Интересно, как бы отреагировал Артем, если бы на месте его пальцев, вдруг оказались мои губы и язык? Я ни разу не ласкала его орально, потому что он не просил об этом, но если бы попросил, тогда, на отдыхе, вряд ли бы я смогла ему отказать…
А сейчас?
Сама того не сознавая, я дотронулась до окаменевших сосков, под эластичной тканью купальника, поморщившись от болезненного покалывания, распространившегося по всему телу.
Вид его самоудовлетворения меня задел.
В глубине души хотелось… всего хотелось. Например, переступить порог этой душевой, отдаваясь его напору и ласке. Однако меня все еще что-то останавливало…
Не пытаясь сдержать стон, Артем захрипел, ударяя кулаком по стеклянной перегородке.
А когда я увидела, как он, задрожав, начал бурно кончать, то практически перестала чувствовать свои конечности, на уровне инстинктов, проживая этот оргазм вместе с ним…
У меня перехватило дыхание, а тело затопило неуместным влажным жаром…
Запоздало дошло, что он вот-вот закончит «банные процедуры», и я поспешила ретироваться в спальню.
***
Увиденное утром в душе, целый день крутилось у меня в голове. Его красивое мужественное лицо, скованное печатью наслаждения. К своему стыду, я не могла думать ни о чем другом…
Получается, Апостолов каждый день «спасался» таким образом? Хотя, как иначе?
Припомнила, как пару недель назад он попытался меня обнять, но я оттолкнула его, назвав животным…
Вечером Артем не появился к ужину, прислав мне сообщение, что вернется ближе к полуночи. Ничего не ответив, я решила лечь спать пораньше, понятия не имея, как теперь себя вести…
Должна ли я признаться, что подглядывала?
И если да, то, что дальше?
На языке вертелось столько вопросов…
Я действительно задремала, внезапно почувствовав рядом с собой движение, матрас прогнулся, а в ноздри забился такой родной дурманящий запах…
Приоткрыв глаза, в полумраке я попала в плен двух черных воронок, прожигающих меня до самого нутра.
– Спи, Сахарная, а я буду тебя охранять, – прошептал он, дотрагиваясь подушечкой большого пальца до моей выпирающей ключицы.
– Охраняй, – благосклонно разрешила я в полудреме.
Потрепав меня по волосам, Апостолов отодвинулся на свою часть кровати, и я почувствовала легкий укол разочарования.
А что, если… после того, что случилось, я перестала привлекать его, как женщина?
От тревожного предчувствия мое сердце заколотилось с бешеной скоростью, однако я промолчала, прикрывая глаза…
Это был сон, но такой реальный…
Он. Обнаженный. Снова ублажал себя в душевой. Только на этот раз большой налитый член покачивался прямо перед моим лицом.
Шлепая по нему пальцами, Артем ласкал себя и дрожал. Ласкал и дрожал, поочередно взвешивая в ладонях свою мощную эрекцию.
Не пропуская ни секунды этого будоражащего зрелища, я покрылась мурашками, постанывая от переполняющего желания.
– Саша… Сашенька…
Я резко распахнула глаза.
Все мое тело горело огнем, и я не понимала, где сон, где явь… Все переплелось. Такое со мной происходило впервые…
– Я… я увидела сон… – сухо сглотнула.
– Что ты увидела? – спросил он напряженно.
– Неважно…
– Ты вспотела. Вся мокрая.
Я смущено отвела взгляд, вдруг ощутив, что не только моя сорочка, отсырев, прилипла к телу.
– Разденься. Так спать нельзя, – озадаченно добавил Артем, убирая с моего лба прилипший локон.
– Но…
– Саш, я в состоянии держать себя в руках, – припечатал он, все с той же обеспокоенной интонацией, отворачиваясь, – сказал же, не причиню тебе вреда.
Разглядывая его широкую мощную спину, я стянула влажную сорочку, ныряя под одеяло.