Чтение онлайн

— …и он отвалился как клоп, — цокнула Злата и щелчком отбросила в урну белый комок, похожий на поседевшую мышь с веревкой из жопы.

— И Корсаков тебе не предлагал? Ну, того самого.

— Предлагал, — пожала плечами Елизарова, заворачивая рукава рубашки. — Но сам не знал, как, когда и где. Больше мямлил.

— А тебе как надо?

— Чтобы все было просто. Однозначно. Чтобы он твердо знал, чего хочет. Не знаю, как объяснить, — она распустила косы и устало запустила руку в волосы, выгнулась в спине, глядя на тусклый свет мутноватого окна. Я вытянул шею и с трудом сглотнул.

— Кто — он? — поддела Челси.

Елизарова наморщила нос и перекривила выражение ее лица — ни дать, ни взять мартышкино.

— Парень.

— Одним словом, ты хочешь потрахаться, но думать и решать что-либо не хочешь?

Елизарова накручивала на палец рыжую прядь, жевала язык, а потом медленно произнесла:

— Попробовать… сестрица летом так стонала за стенкой, когда этот ее колобок оставался ночевать, хотя она вообще-то зажатая… Может, специально, меня позлить? А тебе никогда не хотелось?

— Я бы не стала с этим торопиться, — Злата хлопнула ресницами. Ресницы слиплись.

— Ну и дура, — Чумакова выпятила губы и потянулась. — А Ева права. Если в трусах становится липко, значит, пришел твой час, — трагически возвестила она, словно объявляя о начале эпидемии чумы.

— Вы за этим в душ поперлись, что ли, ты так и не сказала, а, Ева? При чем тут Корсаков? — Милена вытряхнула содержимое сумки на подоконник, чтобы заново скидать весь этот хлам обратно, только в другом порядке.

— Да нет, конечно, не за этим. Хотя Челси совмещала приятное с полезным, — Елизарова отсалютовала Чумаковой, та послала в ответ воздушный поцелуй. — Дело не в Диме. Вернее, и в нем тоже. Короче, он выяснил, что Исаев с дружками балуются экспериментами с порт-артефактами.

Я прикусил губу и ругнулся про себя. Откуда этот мудак узнал?..

Порт-артефакты использовались для мгновенного перемещения из точки А в точку Б. Чаще всего их создавали в виде ювелирных украшений.

— Чего-о? В усадьбе они не работают, дорогая.

— Да ты что? — всплеснула руками Елизарова. — Ты мне прямо глаза раскрыла. Дима начал замечать, что Исаев слишком быстро перемещается по усадьбе. Ну, был, к примеру, только что в Главном зале, а через минуту у кабинета трансформагии — это в другом конце усадьбы, если ты помнишь, — кто-то делает из первокурсников табуретки, потому что «сесть негде». А потом этот кто-то врет в глаза Разумовской, что он в то время, когда произошло недоразумение, пил компот за обедом. И десятки студентов это подтверждают. А еще этот кто-то владеет трансформагией едва ли не лучше самой Разумовской, — ядовито закончила Елизарова.

— А ты не думаешь о Перевертыш-эликсире? — Челси нахмурилась, слушая ее. Я затаил дыхание. Да я в жизни не приму Перевертыш. Во-первых, это жуткая гадость, во-вторых, я не собираюсь влезать в чужую шкуру, меня моя целиком и полностью устраивает.

— Вряд ли. Тогда кто-то из дружков Исаева периодически пропадал бы, а они всегда вместе. Перевертыш, к слову, тоже запрещен к использованию.

— Ну, Соколов пропадает иногда, — напомнила Злата.

— Соколов пропадает на несколько дней, — покачала головой Елизарова, — не думаю, что он делает это ради очередного заскока Исаева.

— Но как, блин? — не выдержала Челси. — Как они это делают? Сам Цареградский не может использовать порт-артефакты на территории Виридара!

— Уверена, что Цареградский может, — ухмыльнулась Елизарова. — Но речь не о нем. Дима потихоньку начал присматривать за Исаевым и выяснил, что они используют домовых, которые работают в общежитиях. Они доверчивые, а языки у этих клоунов подвешены хорошо.

— А ты не предполагала, что Корсаков их просто-напросто на дух не переносит? Он ведь мог все это и придумать.

— Предполагала, — честно призналась Елизарова, — он Исаева терпеть не может, завидует его богатству…

— Чему, прости, завидует? — опешила Чумакова. Она как раз сунула руку в лифчик, чтобы поправить грудь, да так и застыла.

На лице Елизаровой нарисовалось такое выражение, будто приходится объяснять, откуда берутся дети.

— Богатству. Отец Димки работает на заводе, в семье четверо детей, с деньгами туго. Тебе ли не знать. Меня аж передергивало, с какой злобой он говорил об Исаеве. Говорил, что кому-то все достается легко, а кому-то приходится карабкаться наверх самому. Дима одержим идеей выбиться в люди и много зарабатывать — неважно каким способом.

— А сейчас уже не передергивает?

— Сейчас я не разговариваю с ним, — грубо отрезала Елизарова. — А тогда я ему так сразу и сказала, что он принимает желаемое за действительность.

— Корсаков разозлился и сказал, что у него есть доказательства, — перебила Чумакова, которой Елизарова, судя по всему, эту историю рассказала перед походом в мужской душ.

— Да, Дима видел, как Исаев поранился при перемещении, совсем недавно. Что-то пошло не так, может, домовой испугался, но так или иначе Исаев остался без доброй половины бедра. Корсаков кричал, что если я такая недоверчивая, то могу стянуть с Исаева брюки и убедиться воочию.

Елизарова замялась, я пощупал рану на ноге, которая все не заживала: настойки калгана под рукой вовремя не оказалось, и в месте ранения кожа покраснела и воспалилась.

— Звучит правдоподобно, — протянула Милена. — Откуда бы Корсакову знать об этом, если он все выдумал…

— Да не выдумал он. Рана есть, — Елизарова провела ладонью по лбу, челка осталась стоять дыбом. — Я посмотрела «Справочник знахаря», по описанию рана очень похожа на последствия нелегального использования порт-артефакта. Все сходится.

— Ни у кого из нас еще нет разрешения, — Злата передала ей расческу, — и занятия по обращению с порт-артефактами начнутся только после Нового года. То, чем балуются наши мальчики, противозаконно.

— Все законно, пользование услугами домовых — не преступление, — вздохнула Елизарова. — Но я боюсь представить, как эти четверо могут это использовать. Иногда я очень боюсь их.

— Кого? Исаева? — Злата отвесила челюсть как отсталая.

— Они очень сильные маги, — серьезно сказала Елизарова, а мне показалось, что она стебет. — Исаев и Чернорецкий. Мне кажется, они сами не знают, насколько.