Чтение онлайн

— Ноа, — блаженно вздыхает она, сбрасывая покрывала, чтобы посмотреть на меня.

— Доброе утро, детка, — говорю я, прежде чем вернуться к работе. Она такая влажная для меня, мой член пульсирует, прижимаясь к матрасу. Однако сегодня я намерен позаботиться только о ней.

Я использую кончик своего пальца, чтобы подразнить ее вход и увлажнить ее смазкой задницу. Надавливаю там, просто дразня, в то время как мой язык все ближе и ближе подводит ее к оргазму.

— Ноа, — говорит Милли предупреждающим тоном, когда я нажимаю немного сильнее.

— Ш-ш-ш, позволь мне доставить тебе удовольствие, — бормочу я ей в кожу.

Она хнычет, когда я прорываюсь и вхожу в нее только на одну фалангу. Останавливаюсь на этом, удерживая палец неподвижно, пока создаю ритм на ее клиторе, который, я знаю, сводит ее с ума. Я делаю несколько кругов, посасываю, а затем слегка покусываю. И продолжаю делать это снова и снова, пока она не начинает задыхаться, ее бедра сдавливают мою голову, а ее пальцы почти вырывают волосы у меня из головы.

Вот тогда я начинаю двигаться, проникая все дальше в нее, а затем вырываюсь, чтобы сделать это снова. Двигаюсь медленно, позволяя ее телу привыкнуть к ощущениям, в то же время удерживая ее на грани.

— Ноа, — шепчет она между стонам. Черт, мне нравится, как звучит мое имя на ее языке. — Ноа, пожалуйста.

— Тебе нравится, злючка?

— Черт возьми, да, — стонет она.

Я улыбаюсь ей, продолжая делать именно то, что ей нравится. Я полон решимости, чтобы Милли кончила, пока трахаю ее задницу своим пальцем. Ее звуки, ее вкус и то, как ее тугая попка сжимает мой палец, приводят меня в неистовство. Я прижимаюсь бедрами к матрасу в такт своим толчкам внутри нее.

Я кончу в гребаные боксеры, но она сводит меня с ума, что мне все равно. Я просто хочу услышать, как она выкрикнет мое имя, когда ее тело, наконец, отпустит.

— Я сейчас кончу.

Я смотрю на нее снизу вверх, когда ее спина выгибается дугой, а идеальные сиськи задираются вверх. Ее ноги удерживают меня, а ее попка плотно пульсирует вокруг моего пальца. Вид слишком завораживающий, и я не могу остановиться. У моего тела свой собственный разум, поскольку оно продолжает извиваться на матрасе.

Еще через несколько толчков я кончаю… сильно.

Все мое тело напрягается от удовольствия, которое проносится по моему телу. Я стону и опускаю голову на ее бедро, когда кончаю. Мы оба тяжело дышим, и ее рука рассеянно проводит по моим волосам.

— Ноа, — наконец произносит она.

— Милли, — отвечаю я.

— Неужели ты… ты кончил?

— Да. — Я смеюсь. — Упс.

Она тоже смеется вместе со мной.

— В молодости я был бы сейчас унижен, — говорю я ей, поднимаясь по ее телу, чтобы поцеловать. — Но я теперь мужчина, и могу наслаждаться оргазмом с твоим вкусом на моем языке. — Снова целую ее. — Даже если из-за того, что я трахнул матрас в боксерах.

Милли хихикает, и от этого звука мое сердце раздувается до смешных размеров. Она выглядит так чертовски мило, когда ее носик сморщен от смеха, и немного краснеет от смущения.

— Лежи здесь в своем блаженстве после оргазма, — говорю я. — Я приведу себя в порядок, а потом приготовлю тебе завтрак. Выпей это. — Указываю на стакан с водой, скатываюсь с нее и направляюсь в ванную.

— Ты святой! — Милли стонет, переворачивается на другой бок и хватает стакан с водой, как будто это ее единственный спасательный круг. Проглатывает воду залпом, а затем падает обратно на кровать, накрывая все свое тело, даже голову, одеялом. — Блинчики, пожалуйста! — кричит она из-под одеяла.

— Хорошо, принцесса Миллисент. Позволь мне принять душ. Отдохни.

***

Она встречает меня на кухне, как только аромат кофе врывается в спальню. Энни сейчас внутри, лежит на полу у моих ног, пока я достаю все ингредиенты для блинчиков.

— Бекон или сосиски? — спрашиваю я Милли.

— Бекон.

Она переоделась из пижамы в одну из моих футболок. В последнее время предпочитает быть в моих футболках, которые ей слишком велики. И не буду врать, это раздувает мое эго. Мне нравится видеть ее в своей одежде.

— Спасибо за добрый утренний оргазм, — говорит она, прежде чем запрыгнуть на стойку рядом с тем местом, где я собираюсь готовить. Она делает глоток своего кофе и улыбается мне.

— Не за что, — я целую ее в нос и принимаюсь за работу.

— Итак, насчет прошлой ночи, — начинает Милли, кажется, немного не решаясь говорить об этом. Я, честно говоря, тоже. Не хочу говорить прямо сейчас. Утро началось так хорошо. Я не готов говорить о том дерьме, о котором она хотела поговорить прошлой ночью.

— А что такое? — спрашиваю я ее, выкладывая бекон на сковороду.

— Насколько я была плоха? — спрашивает она. Когда я поднимаю на нее взгляд, она избегает зрительного контакта, и все ее лицо свекольно-красное.

Я вопросительно смотрю на нее, потому что не знаю, к чему она клонит с этим вопросом, и не хочу напоминать ей о чем-то, чего она, возможно, не помнит.

— Я, э-э… ну, на самом деле я мало что помню. Я выпила много текилы. — Милли смеется, а затем морщится, потирая лоб.

Делаю пару шагов к ней и устраиваюсь между ее бедер, забираю ее стакан и ставлю рядом с ней. Беру ее лицо в свои ладони и целую. Она наклоняется ко мне, и поцелуй становится глубже.

— На самом деле, ты была очаровательна, — говорю я ей после того, как прерываю поцелуй. — Хотя, — продолжаю, возвращаясь к тому месту, где вся еда. — Ты заставила меня краснеть, когда я зашел за тобой в бар.

— Почему? — Она выглядит искренне смущенной, продолжая потягивать огромную чашку кофе.

— Ты танцевала с другими мужчинами. — Мой голос звучит немного грубее, чем я намеревался.

— Ой.

— Я был готов драться с каждым в том баре, кто смотрел на тебя. Особенно бармен, который так любезно сказал, что отвезет тебя домой. — Бросаю на нее взгляд, и у нее хватает порядочности выглядеть смущенной, что успокаивает мои раны.

— Я… я просто рассказала все Тиффани, а потом один напиток привел к другому, и внезапно мы оказались в баре, и, честно говоря, это все, что я помню. Пока не проснулась с тобой между бедер.

— Довольно отличный способ проснуться, не так ли? — Я подмигиваю ей, и она смеется.