Чтение онлайн

Изначально я приехала в Москву учиться, получив стипендию фонда Сороса. Нам повезло, все вопросы регистрации решала наша магистратура. Мы приносили фотографии, заполняли бланки и через какое-то время получали бумажку под названием «временная регистрация». Шел 2001 год, и вопрос проверок был достаточно серьезным. Стоило тебе в метро достать карту или остановиться, чтобы посмотреть, куда тебе ехать дальше, ты слышала над головой заветное: «Сержант Ничипорук! Ваши документы!» И если их с собой не оказывалось, то приходилось расставаться с деньгами. Кто-то сразу называл сумму решения вопроса, кто-то просто скромно просил показать кошелек и брал оттуда ровно половину. Хорошо, что во время учебы денег не было совсем! Но в целом можно представить, сколько денег из таких вот «понаехавших» вынимает за день наша славная милиция.

Вы скажете, что это еще не повод для развития фобии? Вы, наверное, просто не бывали в «обезьяннике»! Меня однажды туда отвели – благо было недалеко. Как-то вышла за хлебом совсем без документов. И попался очень жадный товарищ милиционер. Мы долго препирались, я решила пойти на принцип – не дам денег, и все! Правда, пробыла я там пять минут, но мне хватило, если честно. До сих пор ловлю себя на том, что внутренне сжимаюсь, когда прохожу мимо милиционеров в метро. Хоть и говорю про себя: «Дура! У тебя же все в порядке!» Просто напрочь отсутствует ощущение безопасности: даже те, кто должен вроде бы как тебя защищать, тебя обирают при первой возможности. Отсюда и страхи, и целая индустрия нелегального труда.

Паспорт другого цвета – это диагноз. Доходит до абсурда – еду я в CВ поезда «Москва – Киев», ночь, граница. Я во втором купе. Слышно, как проводник встречает пограничника, они о чем-то разговаривают. Начинаю прислушиваться – и просто падаю с полки.

«Да у нас тут все в порядке, я ж паспорта проверяла. Вот только один белорус!» – говорит прекрасная проводница.

«Как белорус? Где белорус?» – восклицает пограничник, как будто белорусы в поездах российской железной дороги – это все равно что пальма посреди айсберга.

Тут уже не выдерживаю я и высовываюсь из купе с криком: «Я белорус!» И так у меня каждый раз – и в поездах, и в аэропортах. Ты априори под подозрением, тебя проверяют дольше и больше, и все еще часто можно читать в глазах заезженное «Понаехали тут!».

Я знаю одного польского финансиста, много лет возглавлявшего в Москве офис европейского банковского гиганта. Так вот, этот человек до сих пор панически боится спускаться в метро. Страх перед встречей с милицией дошел у него до того, что он опасается даже подземных переходов на улице!

В общем, легализация – это первый этап. И абсолютно реальный. Главное – взять себя в руки и все пройти. Хотите – официально и сами. Хотите – через «помощников». Их тоже нетрудно найти – объявлений в Интернете тысячи. В среднем получить российское гражданство с пропиской не в Москве, а где-нибудь в Брянске или Пскове стоит около шести тысячи долларов США. В Москве, говорят, от пятнадцати тысяч долларов и выше. А ведь если покопаться в законодательстве, то наверняка найдутся еще и специальные соглашения, согласно которым граждане некоторых союзных государств могут принять российское гражданство по упрощенной схеме. И никаких фиктивных браков и странных сделок с «продавцами» нелегального счастья. Просто надо учиться работать с законодательством и не бояться задавать вопросы и ходить в компетентные органы для консультаций. В конце концов, они в том числе созданы и для этого!

Итак, вы успешно прошли все бюрократические процедуры и готовы предстать перед потенциальным работодателем. Вы написали замечательное резюме, причем на двух языках, нарисовали себе, как вам кажется, соответствующую вашим достоинствам рыночную зарплату и ждете. И так вы ничего не дождетесь, если только вы не представитель какой-нибудь редкой профессии или везунчик. Потому что без опыта работы в Москве шансов получить адекватную позицию – минимум. Вы либо идете на меньшую зарплату, что при аренде жилья практически нереально, либо соглашаетесь на более низкую должность, надеясь в перспективе сильно вырасти. Должна сказать, тот самый заветный минимум с каждым годом растет, причем серьезно. Подбирая себе помощника два года назад, я была шокирована тем, насколько амбициозны молодые люди, только что закончившие университеты и имеющие минимальный опыт работы. «Этого я не делал, этого не умею, но мне это все интересно, поэтому дайте мне хороший социальный пакет и стартовую зарплату в полторы тысячи долларов!» Сейчас считается нормальным для молодого сотрудника менять работу через полгода – человек себя ищет. Таким образом, к двадцати пяти годам резюме пестрит различными названиями компаний, а опыта так и не накапливается. Частая смена работы становится обычным способом постепенного повышения собственной зарплаты и приобретения новых приятелей. И вот весь такой «опытный» сотрудник, не дай бог, станет вашим руководителем! Безусловно, напор и наглость – качества крайне необходимые для пути наверх, но все имеет свои пределы. Хотя, очень часто мне кажется, что Москва как раз город «беспредельщиков». Это город тех, кто умеет себя продавать. А что скрывается за яркой упаковкой – совсем неважно.

Конечно, главное, чтобы был товар, который можно продать: образование, адекватный опыт, коммуникативные навыки, здоровые амбиции и трудолюбие. Весь этот набор – просто идеальный рецепт перспективного сотрудника. Таких, слава богу, много. Потому что должен же кто-то все-таки работать. Но найти их трудно – ведь какие бы сложные и инновационные технологии ни применяли консультанты по подбору кадров, спрогнозировать все на 100 % невозможно. Очень часто крупные холдинги открывают собственные консалтинговые компании для работы с собственным персоналом.

Так как в первый раз мне очень повезло с работой – она сама меня нашла, что такое играть на открытом рынке вакансий, я пока не знала. Лет пять назад у меня случился серьезный личный кризис, и я навсегда (как думала тогда) вернулась в Минск. Оставаться на старой работе было больше невмоготу, новая работа не находилась, личные планы окончательно рухнули, и мне показалось, что оптимальный вариант – уехать к родителям. В Минске я прожила почти месяц – не выдержала и засобиралась назад, тем более меня позвали на работу в одно крупное издательство. Но все оказалось не так радужно – несмотря на то что я без труда проходила все этапы собеседований, в последний момент почему-то все срывалось и мне отказывали, хотя вроде бы, по договоренности, через несколько дней мне уже надо было выходить на работу. Так я пробегала по работодателям два месяца.

За это время я досконально изучила профессиональный рынок Москвы и патологически устала рассказывать о себе незнакомым людям, отвечая на их не всегда корректные вопросы и иногда – откровенные глупости. В итоге я так устала, что на одной из встреч, когда меня попросили рассказать о своей работе по-английски, я впервые поняла, что не могу выговорить ни слова – наступил такой ступор, что его можно было видеть и трогать руками. Все, приехали. Больше не могу!

И тут совершенно неожиданно мне приходит приглашение на собеседование в один крупный московский банк, на должность специалиста в Управление розницы – необходимо было переводить буклеты и прочие «радости» от международных платежных систем, адаптировать их креатив под российский рынок и устраивать тренинги для персонала по поводу запуска новых продуктов. На тот момент меня все устраивало, так как в моей ситуации это была гарантия относительно престижной и стабильной работы. И потом, в банках очень много симпатичных мужчин в красивых костюмах!

Однако не все так просто – в холдинге банка с потенциальными кандидатами как раз работала такая «домашняя» консалтинговая компания. Сначала со мной проводил двухчасовую беседу психолог. Вопросы были самые разные – от моего детства до моей личной жизни. Очень часто некорректные или провокационные. В любом случае, их было много. Конечно, меня не очень смущало это мероприятие, скорее наоборот – я еще никогда в жизни не общалась с психологом и уж тем более не рассказывала на протяжении двух часов о себе любимой. А так как поговорить о себе я люблю, то время пролетело незаметно. Психолог (очень симпатичная девушка, ненамного старше меня) слушала с таким удовольствием и интересом, как будто смотрела увлекательный фильм! В чем она, собственно, и призналась в конце.

Но общение с психологом было только началом – далее следовал тест на определение моего IQ. Мне дали вопросы, карандаш и засекли время. За 30 минут я должна была ответить на 40 вопросов. Причем часть из них были просто на эрудицию, часть – на знание русского языка, на логику, а также задачи по математике и геометрии. Ну, мне после физико-математической школы это даже было в удовольствие.

Испытания не закончились даже на этом. По результатам тестирований команда консультантов писала на меня подробное заключение, которое рассматривал лично генеральный директор холдинга, после чего именно он принимал решение. Если честно, весь этот процесс меня искренне веселил, так как больше был похож на процесс вербовки в какие-нибудь спецагенты. В итоге мне поставили диагноз «очень перспективный сотрудник» и предложили совсем не ту позицию, на которую я шла, а новое и очень непростое направление – развитие банковской розницы. И совсем за другие деньги. И я конечно же согласилась. Да, кстати, потом еще меня какое-то время проверяла служба безопасности.