Моя попытка прожить жизнь Бессмертного Даоса
Шрифт:
«Не везёт, да?»
Я ничего не ответил.
Повытаскивав все колючки, с болью, зашагал дальше.
Скажи, Бессмертный, а в туалет мне как ходить?
«Я тебя что, и этому должен научить?»
Учить не должен, но с кувшином в руке как-то не очень это и удобно. Или ты предлагаешь мне сходить прямо в тебя?.. Сделать из тебя ночной горшок? Я-то с удовольствием, но сомневаюсь, что это тебе понравится.
«В общем — то…» — вдруг признался Ли Бо. — «Мне всё равно, к какой части тела лепиться: поставь меня на плечо, обоссы тут всё вокруг и бери в руку. Ну или неси на плече. Мне без разницы. Ты от меня теперь уже не избавишься. Даже не надейся. Во-первых, нас связала воля погибшего Ляна, а во-вторых, я бы не покинул тебя, даже если бы мог это сделать. С тобой интереснее. Ты хоть на месте не сидишь».
Через пару мгновений Ли Бо был уже у меня на плече, и я вздохнул с облегчением. Наконец-то обе мои руки освободились, и я смог сделать то, что должен. Оросить жаждущую дождя землю.
— Фуф…. — выдохнул я.
А раньше мог убраться с моей руки? — укоризненно спросил я, — И тебе было бы легче, и я бы на статую быстрее бы залез.
«Да я как-то…» — он на пару мгновений замялся. — «Не подумал об этом…»
Это я уже заметил, думать — не твое.
«Попрошу выбирать выражения, смертный!»
Несколько минут пробирался сквозь травы молча. К тому, что на меня изредка с неба сваливается птичье дерьмо я как-то быстро привык. Как и к тому, что одновременно с этим мигает где-то в поле зрения символ проклятия. Он, кстати, выглядел как черная ладошка толстячка и она будто бы становилась плотнее.
Заставило меня остановиться как вкопанного новое сообщение нейросети.
[Проклятие бога Хотея набирает силу. Моих способностей для сокрытия вашей ауры и Ци не хватает.]
Неожиданно нейросеть перестала говорить обезличенно.
Эм… И что это значит?
[Вы открыты для построенного духовного взора, а также вашу Ци ощущают теперь демоны и злые духи.]
Кто-кто-кто меня теперь ощущает? — сглотнув, переспросил я.
Она повторила.
И что мне делать?
[Не попадайтесь им на пути. На данном этапе вашего развития вы можете просто не пережить встречу с ними.]
По спине прокатился легкий холодок страха.
Ли Бо, в тот же момент, словно что-то ощутив, попытался '«прощупать» меня. И в этот раз ему это удалось.
«Действительно…чистейшая Ци… А что, твоя защита спала? Раньше я ничего не ощущал, словно стена стояла».
Как видишь, проклятие…мешает… — неохотно сообщил я.
«Да…делааааа…»
[Настоятельно рекомендуется как можно скорее избавиться от проклятия данного бога.]
И как это сделать?
[Подобной информацией я не располагаю. И вообще, я вам не нянька! Решайте свои проблемы сами!]
«Слушай», — вдруг спросил Ли Бо, доселе молчавший и не прерывавший мою мантру, — «а как ты дошел до жизни такой?»
Ты о чем?
«Ну, как ты вступил на путь Праведности. Признайся, ты это…»
А?
«Не способен осчастливить женщину, да? Поэтому решил уйти в обеты, да? Черенок не поднимается? Стручок усох и рассыпался? В твоих чреслах нет жизни, да?»
Я тяжело вздохнул. Нет, он точно безнадежен.
«Или это несчастная любовь?»
Ничего из вышеперечисленного.
«Но должны же быть причины!»
Так сложились обстоятельства. — ответил я без конкретики.
На этом он перестал допытываться причин моей Праведности.
Постепенно я всё-таки вернулся на дорогу, вдоль которой шел. От тракта я был уже очень далеко, кругом всё проглядывалось, никаких культиваторов. Их не ощущал ни Ли Бо, ни нейросеть. Так что я расслабился.
Даже монологи Бессмертного, который почему-то ударился в размышления о классовом неравенстве, не раздражали, а приятно дополняли мои мантры.
«Так постановило Небо», — завершал он свою речь, — «каждый имеет возможность стать чем-то большим, чем просто смертным, нужно просто иметь смелость следовать этому сложному пути. Те, кто слаб, будут подчиняться своей судьбе. Те, кто силен…может, даже станут Бессмертными. Как я. Я ведь не всегда был Бессмертным…»
Это заметно… — не удержался я.
«Когда-то», — продолжил он, не реагируя на мою реплику, — «давным-давно, я был обычным практиком, ищущим силы и лучшей жизни».
И выпивки, — добавил я.
«Выпивка без девок — пустое занятие, одно без другого неполноценно. Лишь вместе они обретают чарующую прелесть».
Я и так вижу, какую «чарующую прелесть» обрела твоя жизнь. Как она тут, в кувшине, полноценна?
«Давай-давай, смейся! Меня твои слова не задевают, потому что я, по крайней мере, не умру, как ты».
Разве это жизнь? Лучше быть живым человеком, чем щербатым горшком.
«Кувшином!»
Как скажешь. Живым быть лучше.
«Я живее всех живых!»
Ну-ну, — хмыкнул я, уже окончательно выходя на дорогу. Слишком уж стали бугристыми поля, и я стал проваливаться в каждую ямку.
Повисло молчание, но недолгое. Бессмертный не мог не говорить.
«Какие у нас дальше планы?»
Планы… — Я задумался, — простые. Найти секту покрупнее, не сдохнуть по дороге и потом не отсвечивать. Мало ли какими способами эти культиваторы могут тебя отследить.
«Что ж, план хороший», — вдруг довольно произнес Ли Бо, — «впервые ты озвучил дельную мысль. Лучше затеряться среди сотен других практиков, и там, где тебя смогут защитить Старшие».