Чтение онлайн

Если семья в это время была в сборе, я отваживалась покинуть комнату лишь для того, чтобы перехватить сандвич или печенье. В конце концов, это мое драгоценное свободное время, и я не хочу сталкиваться нос к носу со своим боссом. Мои понятия о семейном времяпрепровождении сводились к тому, чтобы вместе поиграть в «Монополию» или покататься по озеру на водных лыжах. Но отнюдь не к поездкам на лимузине в «Диснейленд», где через ворота вас провожает охрана, дабы вы миновали очередь. Видит Бог, я торчала в доме, как свинья на цветочной клумбе. И пряталась. У Майкла было правило — проводить выходные с семьей, и если они не уезжали на побережье, то толклись дома всю субботу и воскресенье. Я прислушивалась за своей дверью: если слышу, как отъезжает джип, иду общаться «со своими». Если же семья дома, я часами сижу у себя, не решаясь даже поинтересоваться, могу ли я взять джип.

Я убеждала себя, что должна организовать себе какое-то подобие личной жизни и не важно, как я это сделаю. Как-то, листая «Лос-Анджелес таймс», я увидела приглашение на отбор участников для телевикторины. В следующую субботу! А вдруг я выиграю сколько-то денег?.. Или даже автомобиль! Но в любом случае — это поступок. Я позвонила и записалась. Авось и подвернется какой-нибудь транспорт.

Вырядившись в свое «маленькое классическое» черное платье, я покатила на грузовичке, который выпросила у Розы. И ужаснулась, посмотрев в зеркало службы охраны, когда добралась до студии. На видавшем виды пикапе «шеви» не хватало переднего бампера, зато горделиво красовался номерной знак «Баджа-Мексико», прикрученный проволокой прямо к решетке радиатора. И не забудьте уродливый тент, хлопающий поверх открытого кузова. Я высунулась в окно и протянула охраннику свою идентификационную карточку, болтающуюся у меня на «бриллиантовом» браслете. В этот момент мое лицо отразилось в зеркале — в милом обрамлении красных колокольчиков, прикрепленных по всему верху кабины, рядом с плюшевой игральной костью, болтавшейся на зеркале заднего вида.

— Удачи, мэм, — сказал охранник, возвращая мне документ, со странной улыбкой. — Вон под эту арку и далее по стрелкам к стоянке.

Элегантно тронуться с места мне не удалось. В порыве творческого вдохновения кто-то заменил наконечник рычага переключения передач бильярдным шаром, и рука скользила по его гладкой поверхности.

Через огромную щель в полу, откуда торчал рычаг, я могла видеть дорожное покрытие. Одной изящной ножкой я выжала сцепление, другой надавила на педаль газа. Потом я медленно отпустила сцепление, старый грузовик качнулся, резко дернулся и, наконец, набычившись, двинулся вперед, под арку, на которую указал охранник. Надпись «Максимальная высота 8 футов 6 дюймов» я оставила без внимания. Как оказалось — напрасно.

Протащив свою развалину до середины проезда, я услышала отвратительный звук: жесть скребла по бетону. Я подумала, что в машине не отлажен какой-то механизм, и бодро продолжила путь. О том, что у меня проблемы, я начала подозревать, когда взглянула в боковое зеркало и увидела искры, а затем почувствовала запах нагретого металла. Я потянула ручной тормоз и выскочила из машины, только чтобы убедиться: автофургон стал ниже на целый дюйм. Я подозрительно оглядела парковочную площадку в поисках команды «Скрытой камеры». Эх, не повезло им! Съемка получилась бы что надо.

Запечатлеть себя в кадре мне не удалось и далее. Ведущий программы, явно пытавшийся походить на Боба Баркера [41] , оценивал конкурсантов по их энергии, энтузиазму и тому, насколько у них естественный смех. Мой искренний смех был для него, по-видимому, недостаточно искренним. Из студии я вылетела, будто мной выстрелили из пушки.

Отдышавшись, я включила зажигание, но тут же вспомнила, что грузовик попал в переделку. Что делать? И тут же меня, образно говоря, озарило: я достала шариковую ручку и, нажимая на вентили, выпустила из шин некоторое количество воздуха, чтобы грузовик стал на дюйм ниже. Жаль, что я не пробовалась на роль в сериале «Макгайвер» [42] . Позже, когда Кармен и Делма поинтересовались моим новым звездным статусом, я рассказала им всю историю. Они долго смеялись и утешили меня тем, что высказали предположение: я — кандидат для участия в «Гонг-шоу» [43] . Может быть, мне действительно не стоило покидать надежных стен моего воскресного убежища…

Итак, чему я научилась сегодня?

1. Прежде чем выходить на публику, нужно тщательно продумывать свой гардероб.

2. Я не настолько общительна, как считала.

3. Мне нужно посещать какие-нибудь курсы публичной речи.

4. Не следует ездить на чужих автомобилях.

Этого пока будет достаточно.

Примечание: присоединиться к тем, кто умеет говорить тосты!

О том, чтобы побездельничать вечером в будни, нечего было и думать. Майкл, напряженно работая, один или два раза в неделю присылал кого-нибудь за Джуди, когда они оба должны были присутствовать на показах, благотворительных ужинах, церемониях присуждения наград или вечеринках с клиентами. Впервые наблюдая этот ритуал, я предположила, что случилось нечто экстраординарное: Джуди вдруг предстала в умопомрачительно красивом черном, расшитом блестками платье. Она казалась взволнованной, причесываясь перед зеркалом в холле в ожидании водителя. Я не удержалась от того, чтобы заметить, какое потрясающее у нее платье, и тут раздался звонок. Я подумала, что кнопку на главных воротах нажал водитель лимузина. Но, выглянув из-за шторы, обнаружила обшарпанный «фольксваген-жук». Он урчал на холостом ходу на подъездной дорожке.

Водитель, молодой парнишка, высунувшись в окно, помахал рукой и просигналил. Увидев меня, он заорал:

— Я должен забрать миссис Овитц! Я не могу заглушить мотор. Не могли бы вы ее позвать?

Впервые я посочувствовала Джуди! Золушка, страстно желающая попасть на бал, открыла дверь и вместо кареты увидела тыкву, изрыгающую выхлопные газы. Старенький «жук» с пыхтением подполз к ней по дорожке, мотор его работал с перебоями и, казалось, вот-вот заглохнет. Позднее я узнала, что Майкл имел обыкновение посылать за своей женой того, кто в данный момент был под рукой, независимо от того, каким транспортным средством тот располагает. Сегодняшний водитель был принят на работу в почтовое отделение всего три дня назад. Возможно, Майкл не знал, что он снимался в «Душителях с холмов» [44] . Однако в начале карьеры Майкл, как я слышала, заказал для себя и своих партнеров новенькие «ягуары». Нечего и говорить: в Лос-Анджелесе ваше авто — это ваша визитная карточка!

Моя визитная карточка — детская коляска.

Были в моей жизни и другие «веселые» моменты.

Иногда Джуди могла днем уехать на джипе. Мне в этом случае ничего не оставалось, как изобретать альтернативный способ забрать детей из дошкольных учреждений. Джошуа ходил в детский сад Джона Томаса Дайе, эксклюзивное частное детское учреждение, расположенное высоко на холме. Аманда проводила полдня в группе трехлеток. Меня выручала Кармен. Я была ей очень благодарна, но сразу же поняла, насколько неуместен ее автомобиль на территории частной школы. «Короллу» цвета ржавчины, в которой я восседала, окружали «бимеры», «мерседесы», «ягуары», а иногда попадались и лимузины. Позвякивающий бампер, облезающая клочьями краска. Я следовала за парадной колонной породистых жеребцов и чувствовала себя доживающей век клячей. Чтобы двигатель не заглох, постоянно газовала, ломая голову, кто сдохнет первым — мотор (от возраста) или я (от конфуза).

Догадываюсь, что должны были думать окружающие: «Кто это, черт возьми? И почему она все время газует? Почему она вообще здесь? Что за оскорбительное зрелище! На территории школы! Неужели ничего нельзя сделать с этой… этой штуковиной? Я плачу пятьдесят тысяч долларов в год не за это! Кто-то должен позвонить директрисе!»

Я была уверена, Майклу даже и в голову не приходило, что его жена или дети разъезжают на груде металлолома, когда ему об этом думать с его плотным рабочим графиком, а машины, в конце концов, всего лишь доставляют людей из пункта А в пункт Б. Но была ли во всем этом логика? В этих правилах, нормах и ритуалах?

Я все еще не могла этого понять. Я продолжала совершать грубые ошибки, пытаясь придерживаться строгих правил, принятых в этом обществе. Делая все наугад, я часто переходила некую грань. Особенно это касалось информации. В Коттедж-Грув все знали, кто твои родители, где ты живешь, на каком автомобиле ездишь и не пронес ли тайно «Бад лайт» [45] на школьную дискотеку. Здесь же вы могли контролировать сведения о себе. Можно было скрыть какие-то подробности или, наоборот, придумать собственный образ по своему вкусу. Здесь не было миссис Марпл, чтобы она проникновенным голосом спрашивала, какого цвета у тебя волосы — грязно-блондинистые или платиновые.