Чтение онлайн

— Предполагалось, что они должны были записать на мой счет все расходы. Ты расплатилась собственными деньгами? — спросил он.

— Да, конечно.

— Гммм. Я скажу, чтобы записали все на меня. Вот… — С этими словами он вытащил свою чековую книжку, поинтересовался суммой и выписал чек. Я очень долго благодарила его. Возможно, таким образом Майкл хотел выразить свою признательность за всю ту любовь и заботу, которые я дарила его детям.

Мне просто не верится, что Майкл сделал для нас заказ в «Спаго» и заплатил за наш обед! Далеко не каждый может заказать там столик. Сара сказала, если заказ поступает от лица «без имени», то ждать надо больше месяца. Вольфганг Пак самолично пожелал узнать, довольны ли мы едой. Просто фантастика! Я почти привыкла видеть в доме таких, как Мартин Скорцезе, и никто тут не сознает, насколько это сюрреально. Для меня стало уже привычным, что телефонная трубка в руке означает разговор с Шер или Чеви Чейзом либо обсуждение опрелостей у детей с Кристиной Феррейре. На следующий после «Спаго» день я приняла сообщение от Джона Траволты, и он оказался действительно любезным. Обычный парень.

Возможно, верно говорит Опра: «Ты все тот же, каким был до того, как к тебе пришла известность; просто теперь тебя знают миллионы».

Я выждала несколько недель, прежде чем набралась смелости и спросила Джуди, нельзя ли мне снова взять джип. Даже зная, что они не собираются уезжать на выходные, я не была уверена, смогу ли осуществить свое желание. Однако она сказала «да». Свобода! Но что с ней делать? Друзей, не занятых на работе, с которыми я могла бы куда-то отправиться, у меня не было, я решила развлечь себя другим способом. Покупая детскую обувь в местном торговом центре Брентвуда, я обнаружила симпатичный косметический кабинет. Опыт, приобретенный мной в «салоне» по наращиванию ногтей, был, мягко говоря, разочаровывающим, но я не отказалась от своих фантазий. Я очень хотела посетить настоящий косметический салон. Все утро я только и думала об ожидающем меня там наслаждении. Успокаивающая музыка, фиточай, полный комфорт. Пакет услуг включал даже массаж шеи и стоп, что звучало совсем уж божественно. Я заслужила небольшую релаксацию в Эдеме. И я собиралась провести это время в лучших традициях голливудского стиля жизни; я даже подумала, что после всего могу побаловать себя ленчем в бистро.

Вывеска в окне салона гласила: «Салон Флёр де Лиз. Модные прически, косметология, маникюр, педикюр». Девушка за конторкой немедленно провела меня в заднюю комнату и предложила переодеться в белый халат — он висел на двери. Затем я должна была занять место в большом кресле, обтянутом тканью «Ногахайд» [58] .

В течение нескольких минут невысокого роста женщина, одетая во все белое, кружила вокруг меня. Поглаживая рукой свой подбородок, она склонялась к моему лицу и тихонько приговаривала «так, так», словно я была некоей антикварной вещицей, которую она оценивала. Непонятно, какой она была национальности, но ее сильный акцент и очень темные глаза заинтриговали меня. Там, откуда я родом, большого этнического разнообразия не наблюдалось, и для моих ушей ее акцент звучал экзотично. Она представилась как «Са-ми-и-на».

— Здравствуйте, юная леди, — сказала она. — Ми-и должни сделат вам пи-и-илинг.

Я побледнела. Неужели я выгляжу настолько плохо, что она настаивает на необходимости изменений в моей внешности? Я сконфузилась. И уж тем более не протестовала. Я знала, что накладывать макияж, отправляясь на свидание, мне необходимо.

— Да, да, моя дорогая. Пилинг, — повторила она, видя выражение моего лица. — Кислотный косметический пилинг! Солнце си-и-льно повредило твою кожу. И у тебя еще не закончился период полового созревания.

Она не шутила. Я все еще была тинейджером.

— Нам придется усилить обычную процедуру. Ты, наверное, из сельской местности, — прибавила она.

— Ммм… Пожалуй, я действительно из сельской местности.

Должно быть, эта женщина полагала, что я каждый день провожу в прерии под палящими солнечными лучами без солнцезащитного крема. Этакая Лаура Инголлс [59] . Теперь я знаю, почему у Нелли Ольсен [60] бледная кожа. Она из «того города», Уолнат-Грув.

— Вы действительно по моей коже можете определить, где я жила? — спросила я.

— О да, весьма точно. Подожди, ты сама увидишь. Когда я все сделаю, твоя кожа будет как шелк. Как попка бамбино! Я рекомендую нашу самую мощную очистку. Это будет ровно сто девяносто долларов, — сказала она.

Именно столько стоит ленч в бистро! Пожалуй, вместо него мне придется довольствоваться «Карлс джуниор» [61] .

Задрапировав меня от шеи до щиколоток большим пластиковым передником, Саймина нанесла на мое лицо очищающую пену и промокнула все горячим полотенцем. Кожа запылала, словно я побывала на солнце. Оставив ненадолго в покое мою физиономию, она натянула резиновые перчатки такого типа, как носят пожарные, до локтей. Далее последовал огнеупорный передник. Осторожно, чтобы не попасть на себя, она начала покрывать мое лицо каким-то химическим желе, оставляя нетронутыми лишь веки и губы. Я старалась не думать о том, почему она обращалась с этим веществом, как с вирусом Эбола.

Почти сразу же я почувствовала приятное легкое покалывание. Может быть, это будет не так уж плохо?

— Не шевелитесь, мисс Сю-за-на. Это займет семь минут, чтобы подействовало. Я вернусь и проверю вас, — сказала она, уходя из комнаты.

Однако скоро легкое покалывание сменилось жжением. Я всерьез забеспокоилась и стала лихорадочно соображать. Действие вещества продлится семь минут? А что, если я умру раньше? За семь минут я могу превратиться в пылающую головешку! Минуты тянулись медленно, жжение становилось все сильнее. Может ли мое лицо расплавиться? Конечно, нет. Ради всего святого, это же лечебно-оздоровительный комплекс! По правой стороне дороги.

Скосив глаза, я попыталась прочитать этикетку на банке с гелем. Там был указан состав снадобья. Длинное слово. Я разобрала «оксид» и «пропилен гликоль».

О Господи! Час от часу не легче! Возможно, я не так хорошо знаю иностранные языки, но в автомагазине мне действительно можно поставить высший балл. Мне знакомы эти слова. Она нанесла на мое лицо антифриз! Я чуть не заорала. Но, вспомнив приказ, сдержалась. Лежать спокойно все равно не могла. Надо срочно что-то предпринять. На моем лице антифриз!

— Су-ми-ин-ха, Су-миин-ха, — ухитрилась я промычать.

Нет ответа.

Неожиданно запищал таймер. Я вздрогнула. Семь минут истекли, и в этот самый момент появилась Саймина, проверила часы и опять начала действовать пропаренным горячим полотенцем, на сей раз смывая ядерные осадки.

Я боялась дотронуться до лица.

— Немножко поболит. День или два. А потом вы увидите. Кожа будет, как у младенца. С вас ровно сто девяносто долларов, пожалуйста, — проговорила она и оставила меня наедине с моими планами.

Итак, лицо осталось на месте. В кармане же — сорок три цента.

Саймина оказалась права. Действительно, появилась легкая боль — едва я добралась до дома. Но не настолько сильная, как я того опасалась. Я еще не знала, что чудодейственный химикат пропитал первые два слоя кожи. Я оптимистично пересмотрела свое прежнее мнение относительно расходов и подумала, что 190 долларов — сущая ерунда для ожидаемого эффекта увлажнения и приобретения дивного цвета лица. Но, конечно, не ожогов второй степени. Мне был выдан с собой специальный лосьон, который надо было наносить один раз утром и один раз вечером перед сном, чтобы ослабить неприятные ощущения. Должно быть, это был чистый новокаин, потому что после того, как я им намазалась, вся моя голова онемела и речь стала нечленораздельной. Я решила использовать его только перед сном.