Чтение онлайн

Катрина относится к другим девушкам с безразличием, но, когда речь заходит о Лили, она становится настоящей фурией.

Кэмерон бросает взгляд на стекло, прежде чем отвести Мию в ванную. Я незаметно проскальзываю в комнату, куда я попросил отвести её, и с радостным волнением сажусь на стул. Мысль о том, что я снова увижу её, на этот раз вдали от любопытных глаз Джуниора, вызывает у меня мурашки по коже.

— Райкер?

Моё сердце начинает биться чаще, когда я слышу, как она произносит моё имя.

— Мия? — Спрашиваю я, вскакивая на ноги и преодолевая расстояние между нами. Обняв её, я наслаждаюсь её ароматом, ощущая её теплоту. Проводя руками по её волосам, я как будто пытаюсь исправить то, что натворил.

Я хочу разрыдаться, прижавшись к ней, и умолять о прощении. Я готов солгать ей и сказать, что все будет хорошо. Я хочу поднять её, пока она не обхватит меня ногами за талию, и прижать к стене, впиваясь в её губы. Я хочу. Я хочу. Я хочу… Но то, чего я хочу, не имеет значения. Я бы отдал свою жизнь, если бы это сделало её счастливой. Но когда она растворяется в моих объятиях, обвивая руками мою талию и крепко прижимаясь ко мне, в моей голове возникают вопросы, на которые нет ответов.

Боится ли она меня?

Простит ли она меня за то, что я сделал?

Ранена ли она?

Что он с ней сделал?

— Я думала, что больше никогда тебя не увижу, — говорит она, и её голос, приглушённый тканью моей рубашки, проникает в самое сердце. Когда она поднимает заплаканное лицо, чтобы встретиться со мной взглядом, я чувствую, как моё сердце разрывается на части. — Мне так жаль, — произносит она, прерываясь на всхлипы, и переводит взгляд на моё плечо. — Я думала, что это единственный способ сбежать. Я думала, что…

Она просит прощения за то, что причинила мне боль. Она просит прощения у человека, который держал её взаперти в камере и требовал от неё того, чего никто не должен требовать. Чувствуя, как во мне пульсирует чувство вины, я беру её лицо в ладони, желая, чтобы она почувствовала правду, стоящую за моими словами.

— Тсс, всё в порядке, — говорю я. — Это именно то, что ты должна была сделать. Это именно то, что я бы сделал на твоём месте. Я просто хотел, чтобы это сработало.

Она сдерживает смешок.

— Я тоже. Но ты в порядке? С твоим плечом всё в порядке?

Даже после всего, что произошло, она продолжает заботиться обо мне. Я не хочу говорить ей правду. В данный момент это не имеет значения.

— Все хорошо, — лгу я. — Я в порядке.

Однако она мне не верит, её нежные глаза наполняются слезами.

— Ничего серьёзного, — повторяю я. — Даже не думай об этом. — Я провожу ладонями по её рукам, нежно касаясь её кожи, как делал это тысячи раз до этого, но на этот раз всё иначе. На этот раз не я держу её в ловушке. Это делает он.

— А как насчёт тебя? Он причинил тебе боль?

Она не говорит ни слова, но опускает глаза в пол, словно не желая признавать правду. Конечно, он причинил ей боль. Это то, что он делает. Чего он хочет. Её волосы падают на лицо, словно она пытается спрятаться от меня, оградить от правды. Она отступает на шаг, и ярость вскипает в моей крови при мысли о том, что он сделал.

Я приподнимаю пальцем её подбородок и умоляю взглянуть на меня. В её глазах я ищу привязанность, которую так жажду увидеть. Но там только стыд, словно она считает, что это её вина, что он прикоснулся к ней.

И тут я замечаю их. Отметины на её шее. Их скрывает слой косметики, но они все ещё на месте, такие же красные и сердитые.

— Блядь! — Я поворачиваюсь, чтобы ударить кулаком по стене. Мне нужно на чем-то выместить свой гнев, на чем угодно, только не на ней. В её жизни и так достаточно страха.

— Мне так жаль, — шепчет она. — Я такая слабая. Я должна была бороться упорнее. Я должна была…

— Нет! — восклицаю я, ужасаясь при мысли, что она может причинить себе ещё больше боли. — Сделай всё возможное, чтобы облегчить ситуацию, слышишь меня? Сделай всё, что в твоих силах, чтобы выжить! — Я снова обхватываю её лицо руками, зарываясь пальцами в её волосы.

— Никогда не извиняйся — шепчу я, — это я должен просить прощения. Я ненавижу себя за то, что не смог вытащить тебя отсюда, за то, что не приложил больше усилий, чтобы найти способ для всех нас покинуть это место. Во всём этом нет твоей вины.

Она моргает, и ещё одна слезинка скатывается по её щеке.

— Но в том-то и дело. Иногда бывает проще, если я… — Она замолкает, и это разбивает мне сердце, потому что я знаю, что она скажет дальше. Я видел, как девочки Старшего поступали так же. Я сам поступал так же. Немного времени прошло с тех пор, как я увидел её, когда мои пальцы оказались внутри Катрины, потому что это было проще, чем пытаться сопротивляться. Проще, чем делать всё, что она от меня хотела.

— Иногда его просто легче успокоить, — заканчивает она.

— Это не твоя вина, — говорю я, обращаясь скорее к себе, чем к ней. — Я бы поступил так же, — я поправляю себя. — Я поступаю так же. Ты должна делать то, что должна. Никогда не испытывай чувства вины за это.

Если я смогу облегчить хотя бы часть её боли, это уменьшит и мою. Вместо того чтобы отстраниться, она прижимается ко мне ещё теснее, и жар её тела воспламеняет моё. Она поднимает голову, смотрит на меня сквозь длинные тёмные ресницы и прижимает свои губы к моим. Я жадно целую её, эгоистично, понимая, что, если её поймают, это будет означать для неё определённое наказание. Но всё это становится невыносимым. Я больше не могу быть источником её боли. Я не могу жить в согласии с самим собой.

— Мия, — я отстраняюсь несмотря на то, что каждая клеточка моего тела протестует.

Но её губы продолжают ласкать мою кожу, искушая и заставляя трепетать от желания. Они нежно скользят по моей шее и подбородку, пробегая по ключицам, а её пальцы нежно перебирают мои волосы, вызывая во мне бурю эмоций. Моя решимость начинает таять, и я готов наплевать на последствия и просто взять её. Любить её. Обладать ею.

Я отрываюсь от неё, сердце бешено стучит в груди.

— Мия, мы должны быть осторожны, — шепчу я.

— Я не хочу быть осторожной, — отвечает она. — Я хочу тебя, Райкер. Ты мне нужен.

Её слова переполняют меня, они звучат слишком убедительно. Внутри меня разгорается настоящая война. Но я не могу подвергнуть её риску.

— Девочки Старшего будут задавать вопросы, почему ты так медлишь, — говорю я.

— Пожалуйста, Райкер, — умоляет она, смахивая слёзы. — Мне это нужно. Мне нужно, чтобы ты меня увидел.

Я страстно целую её, желая, чтобы она ощутила мою боль и страдания, и чтобы она знала, что я вижу её.