Чтение онлайн

Но а что? Мне двадцать, и у меня потребности, утром под одеялом поднимается флаг.

Смотрю на нее, она мимо меня, взглядом провожает девчонок из группы поддержки, качает головой:

— Надо, Эрик. Дом большой, места всем хватит. А этих своих девиц…

— При чем тут девицы? — морщусь. Сейчас взорвусь. — В чем дело? Мой моральный облик тебя не устраивает или мужа твоего нового?

— Эрик! — она ахает.

Молчу.

И каюсь. Правда. Грубить не хотел, но я на нитке и так, настроение, как комок пыли где-то за плинтусом телепается.

— В общем, ладно, — она стряхивает с моей футболки невидимые соринки. — Не обиделся, что на игру твою не успела?

— Нет, конечно, мам.

— Ясно, — она топчется на месте. Закусывает губу. — А как все прошло? Проиграли?

— Выиграли.

— А чего такой хмурый?

— Да устал просто, — улыбаюсь.

— Куда сейчас поедешь?

— Мы… — осекаюсь. Скажу про клуб — и заново шарманка про доступных леди и винно-водочные изделия начнется. — Не знаю пока. Во сколько завтра к вам?

— В ЗАГС поедем в десять, кафе там рядом. К половине двенадцатого приезжай, — напоминает она, и лицо в предвкушении снова светится. — И, Эрик. Подумай. Давид будет очень, очень рад, если ты переберешься к нам. Завтра познакомитесь с Эммой — она чудесная девочка.

— Не сомневаюсь, — с трудом гашу веселое хмыканье. — Ладно, мамуль, — открываю для нее дверь.

Она усаживается за руль.

Резво стартует.

И я тоже погнал.

Эмма. Дивное имечко у дочери Давида.

Как мужчина я в восторге от Эммы Робертс и Эммы Уотсон, Эмма Стоун тоже горячая штучка.

Но Эмма Давидовна Одинцова — не тот случай. У меня сестра намечается, которую я в глаза не видел, и знакомиться нам нет смысла.

Зачем?

Разве что она тоже любит хоккей, иначе о чем нам с ней разговаривать?

Плюхаюсь в авто.

— Минутка воспитания закончилась? — Андрюха щелкает кнопками радио, скачет по волнам. — Когда переезжаешь?

— Отвали, — беззлобно смеюсь. Сдаю назад, медленно разворачиваюсь. Замечаю на парковке коренастую фигуру рефери в полосатой, как у моряка, рубашке. Киваю в окно. — Мудак подал рапорт. Домой покатил.

— Да забей ты, — друг разваливается в кресле. — Щас в клубе расслабимся.

Хотелось бы.

Мчу туда.

Народу в клубе пока мало, еще не подтянулись, вечер в самом разгаре. Дым ядовито-зеленый, с другой стороны рассеиваются облака фиолетового, плывут к стойке.

— Два пива! — кричу бармену.

— Официантку нам можно вон к тому столику! — маячит знакомый профиль слева от меня.

Оглядываюсь.

Ну нет, ну нахрена.

Полосатая, как у моряка, рубашка, стекла очков поблескивают.

— Отдыхаешь? — он тоже меня узнал. Барабанит ладонью по стойке. — А что празднуешь? Выговор от тренера?

— Твоими молитвами, — облокачиваюсь на стойку. — Дисциплинарный — это несправедливо, не находишь? Я же не на поле твое судейство обсуждал. А на перерыве.

— Да хоть во сне, — он поправляет очки. И, подмигивает, кажется, мне. — Ну отдыхай, парень. Меня дама ждёт.

С-с-с…ука.

Подаюсь на него, себя торможу.

Нет, пусть идёт.

И он идёт. Между столиками, раз, два — к третьему.

Щурюсь на двух девчонок, к которым он подсаживается.

Одна тоже очкастая, оправа на пол-лица, и такие же губы. А вот вторая, шатенка — ничего. Надо поближе посмотреть.

И не только.

Забираю пиво.

Шагаю к своему столику и улыбаюсь.

Зря он со мной связался, сегодня даму у него уведут.

Глава 2

Эля

Я не особо люблю загадывать наперёд. Так, спланировать следующую неделю и обсудить поход в кино с подругами. Как любая девочка, думаю о том, как парень сделает мне предложение.

И совсем не ожидаю, что этого самого парня у меня уведут.

В нашей же квартире.

Которую мы снимали на двоих, и платили тоже. А ещё это именно я лазила на сайтах и бегала по магазинам, чтобы найти постельное бельё оливкового оттенка, чтобы подходило к шторам.

А Саша прямо на этих простынях и изменил мне, с белобрысой шваброй.

— Ну ты чего, Эль, не хмурься! — белобрысая швабра, которую зовут Настей, перекрикивает музыку. — Заказать ещё один коктейль?

— Олег же уже заказал.

Господи, где моя жизнь свернула не туда, что я сейчас с любовницей своего парня зависаю в клубе? Отец, узнай о таком, тут бы затащил меня домой.

Хорошие девочки, Эмма, по притонам не шастают.

И не объяснишь же, что место элитное, хорошее. В клуб очередь огромная стоит, крутой ди-джей приехал. Да и мне давно не пять, даже не пятнадцать. Многие в девятнадцать уже своих детей заводят.

И двух парней.

У меня же за плечами только Саша, будь он не ладен. Съехала же даже от отца, с криками и ссорами.

Выбила себе возможность жить с кем хочу.

Пахала, чтобы оплачивать счета.

А он…

— Ну ты всё ещё обижаешься? — новоиспеченная подруга толкает меня в бок, привлекая внимания. — Сильно?

Обижаюсь я когда мне на белые кроссовки наступают в автобусе. И когда староста забирает для своих подружек все темы курсовых, а мне достаётся муть, которой совсем нет в интернете.

Когда у меня уводят парня — я в бешенстве.

И больше на него. Не козёл же, чтобы за поводок утянули.

Хотя нет, козёл.

Вот пускай и собирает свои вещи под окном.

В грязи, муке и мёде. Последние два пункта подсказала как раз Настя, наблюдая за нашей ссорой. И вещи тоже она помогала выбрасывать из окна. Интересная, на самом деле, девчонка.

И ничего не знала о том, что у Саши есть девушка. Так что её белые волосы остались на месте. И глупые очки, которые она стащила с моей полки. Ношу линзы, а за эти забыла сто лет назад.

А Настя нашла. Пускай носит, мне не жалко.