Моя жизнь
Шрифт:
— Так, значит, первый шаг сделан. Отлично!..
После упорных поисков я решил эту задачу. Диск был меньше, но патроны в нем укладывались в три яруса. Я спешно начал готовить модель.
Теперь и у меня и у моих помощников был немалый опыт. Модель была сделана быстро и удачно. На испытаниях она показала хорошие результаты.
Мы приехали на аэродром и установили новый пулемет в кабину самолета.
Пулемет и там работал безотказно. Но возник вопрос, куда девать отработанные гильзы. Выбрасывать их в кабину было опасно, они могли заклинить управление и вызвать аварию. Летчики забеспокоились. Выходило, что совершенно готовый пулемет они не могли применить.
— Не беспокойтесь, товарищи, — сказал я, — мы упрячем гильзы в мешок, который приспособим к пулемету.
— Правильно, правильно! Это простой и легкий выход из положения, — согласились они.
Но дело оказалось не таким уж простым.
Вернувшись, я поручил изготовить брезентовый мешок для гильз. Мешок сделали по моему чертежу. Его прикрепили к пулемету и дали очередь. Пустые гильзы, звеня, сыпались в мешок.
— Продолжайте стрельбу, — скомандовал я и стал наблюдать. Гильзы вначале падали хорошо, а потом вздыбились, перемешались и застряли в горловине мешка.
— Отставить, не годится!
Я велел сделать для мешка проволочный каркас и придать ему форму воображаемой траектории полета гильзы. Но и это ни к чему не привело. Пробовали придавать каркасу самые причудливые изгибы. Результат получался тот же — гильзы застревали.
Было обидно, что сдача пулемета задерживалась из-за такого препятствия.
Этот мешок лишил меня сна и покоя. Я измучился с ним и даже прихворнул.
Однажды вечером сыновья Александр и Владимир затащили меня в кино.
— Надо, папа, тебе немного отдохнуть и развлечься, а то совсем заболеешь.
Фильм был посредственный, и я даже пожалел о том, что потратил целый вечер. Но вот начался киножурнал, посвященный соревнованию лыжников.
Движения лучших мастеров лыжного спорта были показаны в замедленном темпе и давали ясное представление о технике бега.
— Как достигается этот замедленный показ в кино? — спросил я сыновей, когда мы возвращались домой.
— Ускоренной съемкой.
— А нельзя ли было бы этой съемкой заснять полет гильз?
— Можно, — ответили сыновья.
Вернувшись домой, я позвонил в Москву и попросил срочно прислать к нам кинооператора.
Скоро оператор приехал и заснял пулемет в работе. А через несколько дней я увидел на экране поразительное зрелище — замедленный полет гильз.
Тайна полета гильз была разгадана. Мы придали мешку нужный изгиб, и гильзы в него стали падать беспрепятственно.
Видоизмененный пехотный пулемет был принят на вооружение сталинской авиации.
Не покладая рук
К тому времени в нашей опытной мастерской работали — высококвалифицированные инженеры, старые оружейные мастера и способная молодежь, которая порой выполняла очень ответственные и сложные работы.
Мне пришлось подробно ознакомиться с устройством разного типа танков. Установить пехотный пулемет в танке было нелегко, но все же эту работу мы поручили молодому работнику опытной мастерской Георгию Шпагину. Я считал, что у него есть большие способности и из него может выйти толк.
Перед Шпагиным была поставлена задача — сделать для пулемета шаровую установку, чтобы он мог стрелять под любым углом, и приспособить выдвижной приклад в целях удобства и экономии места.
Шпагин и раньше работал над конструированием шаровой установки. Он предложил в свое время отличную, своеобразную шаровую установку для автомата В. Г. Федорова. У меня не было сомнений, что и с новой работой Шпагин справится успешно.
В. А. Дегтярев с конструктором Г. С. Шпагиным рассматривают крупнокалиберный пулемет ДШК (1938 г.)
Он взялся за работу с увлечением, часто приходил советоваться или приглашал меня посмотреть, как идет дело. А дело шло хорошо. Шпагин оказался очень сообразительным, смелым мастером. Почти все его предложения по упрощению шаровой установки мы с Федоровым одобряли.
За очень короткое время Шпагину удалось создать надежную и простую по конструкции шаровую установку. Удалось ему сделать и выдвижной приклад.
Поставленная перед нами задача была решена. Пехотный пулемет был принят на вооружение всех типов советских танков.
В 1929 году меня пригласили на большие маневры Красной Армии. Там я увидел свое оружие в действии в обстановке, приближенной к боевой. Это было для меня чрезвычайно важно, так как я мог воочию обнаружить все недостатки в своих системах.
Беседуя с бойцами и командирами, я записывал в блокнот их советы и пожелания.
После маневров меня пригласили к Клименту Ефремовичу Ворошилову.
Климент Ефремович интересовался работой нашей опытной мастерской, расспрашивал о моих планах и замыслах.
В беседе он подчеркнул все возрастающее значение танков и авиации и поставил передо мной задачу — создать крупнокалиберный пулемет.
Я заверил Климента Ефремовича в том, что такой пулемет будет создан в самое ближайшее время.
Инженеры и мастера опытной — мастерской с чувством особой ответственности отнеслись к заданию товарища Ворошилова и немедленно приступили к работе.
Новый пулемет я решил конструировать по образцу пехотного. А так как теперь требовалось создать крупнокалиберный пулемет, то при его конструировании приходилось заменять деталь за деталью, и постепенно у нас получалась совершенно новая модель с сохранением общих принципов конструкции «ДП» («Дегтярев пехотный»).
Это нас радовало и в то же время тревожило. Нельзя было механически увеличивать все детали до нужного калибра.
Перед новой моделью стояли другие задачи, которые повлекли за собой новые расчеты. В работу включились все конструкторы. Часть за частью, деталь за деталью создавался крупнокалиберный пулемет. Все части и детали подвергались тщательной проверке и испытаниям. Иногда некоторые из них приходилось переделывать или изготовлять из других материалов, но все это нас не пугало. А когда новый пулемет был собран и доставлен для испытаний в тир, все мы волновались так, словно впервые сделали модель пулемета.