Чтение онлайн

Девушка тут же отпустила мою руку, схватила мою косу и пристально всмотрелась в нее. На ее лице отразилось отвращение.

— Твою мать! — выругалась она и, бросив на меня злой взгляд, и влетела в закрывающийся лифт.

Я осталась стоять, переводя дыхание, и посмотрела на незнакомца. Он не ушел, а прислонился к косяку двери, с интересом разглядывая меня. И... принюхивался. Тихо, почти незаметно, но я уловила это движение.

Оборотень.

Страх, липкий и холодный, мгновенно пополз по моей спине. Я похолодела. Выражение лица мужчины тут же сменилось с заинтересованного на недоуменное. Он заметил мой испуг.

Я отступила на шаг, и он медленно поднял руки, показывая, что безоружен.

— Девушка, я не причиню вам вреда, — произнес он тихо, его голос был низким и, как ни странно, успокаивающим. — Уже ухожу.

И он правда развернулся и ушел, оставив меня одну в тишине подъезда. Только тогда напряжение немного отпустило. Я быстро, на автомате, домыла оставшиеся два этажа, но мысли мои были далеко.

Мои волосы... седые? Это же бред. Полный бред. У меня с детства такой цвет, пепельный, но он не седой! Может, он просто соврал, чтобы та истеричная особа отстала от меня? Но он был так уверен...

Домой к Лизе я вернулась поздно. Она уже спала, но на кухонном столе меня ждала тарелка с супом и кусок домашнего пирога. Видимо, сегодня она чувствовала себя немного лучше, раз нашла силы приготовить еду.

Больно было на нее смотреть. С каждым днем она угасала, ее силы таяли, а я ничего не могла сделать, чтобы помочь. Никто не мог.

Учеба в институте официально началась уже неделю назад. Мне звонили с неизвестных номеров, вероятно, из деканата, но я не поднимала трубку. Отправила куратору сухое СМС: «Заболела. Справку предоставлю по выходу». А выйду ли я вообще? Скорее нет, чем да. Решение было принято. Сегодня я разместила объявление о продаже своего старенького ноутбука. Он не принесет много, но сейчас каждая копейка была на счету.

Я тяжело выдохнула, потирая лицо ладонями. Усталость была такой всепоглощающей, что кости ныли. И это был только новый виток проблем. Я начала уставать еще быстрее. Надежда бегать по подработкам хотя бы до середины срока таяла на глазах. Я уже понимала — не смогу. Не вытяну физически. Сейчас я брала на себя больше, чем могла потянуть, потому что время работало против меня.

Лизе рожать уже скоро, и она спала больше, чем бодрствовала. Ее врач, которого она изредка посещала, говорил, что медвежонок инстинктивно пытался сберечь ее силы, погружая ее в долгий сон.

А я... я так и не была у врача. Все, что я знала о своей беременности, я почерпнула от Лизы и из пугающих статей в интернете. Я уже начала замечать легкую, но упругую округлость внизу живота. Это открытие шокировало меня. Я почему-то думала, что все будет, как у людей. Оказалось, беременность от оборотня протекает иначе. Быстрее. Говорили о шести-семи месяцах... Мысли об этом повергли в леденящий ужас.

— Ты чего в темноте сидишь? — хриплый голос раздался из дверного проема.

В проеме стояла Лиза. Ее длинная футболка обтягивала круглый, но, что странно, не очень большой живот.

— Да так, задумалась просто.

— О чем? — она подошла, налила себе воды из графина и села напротив, уставившись на меня внимательным взглядом.

Мне не хотелось грузить ее своими проблемами, и я решила пересказать историю с блогершей. Лиза слушала, задумчиво попивая воду. Когда я закончила, она протянула руку и взяла кончик моей растрепанной косы.

— Дай-ка посмотреть, — она покрутила прядь в пальцах, затем включила фонарик на телефоне и направила свет на мои волосы. — Ну да, — произнесла она на выдохе. — Они и правда похожи на седые.

Меня пробрал озноб.

— Ты уверена?

Она выключила фонарик.

— Не на сто процентов, но очень похоже. А ты всегда с таким цветом была?

Я кивнула, откусывая кусок пирога. Варенье было кисло-сладким.

— Я помню себя лет с десяти. Меня же нашли на заправке без памяти. Я не знаю, что было до этого. Но волосы... да, они у меня всегда были такими. Светлыми.

Лиза шокировано смотрела на меня.

— Как так? И... никто не искал тебя? Родители?

Я покачала головой, глотая комок в горле.

— Нет. Никто.

— Ахренеть... — прошептала она.

Мы еще немного поболтали, и вскоре пошли спать. Я устроилась на своем раскладном кресле, а она на диване. Эта тесная, бедная квартира с каждым днем становилась для меня роднее. Одно не давало мне покоя: скоро должна была приехать моя мама... и я понятия не имела, как смогу рассказать правду. Как посмотрю в глаза? Забеременела в восемнадцать, учебу бросила… Уехала из под родительского крыла и в подоле принесла… Стыдно до слез.

Утро встретило меня не первыми лучами солнца, а резким, настойчивым звонком телефона. Я пробиралась сквозь сон, когтистый и беспокойный, и с трудом нашла аппарат на полу.

— Алло?

— Агата, здравствуйте! Меня зовут Алена, я вам звоню по поводу уборки в ЖК «Золотая осень». У нас форс-мажор, прорвало трубу на этаже, и залило все водой, и ржавчина повсюду! Вы можете приехать и убрать? Мы вам доплатим за это, просто вам мы доверяем, на вас жалоб никогда не было... Можете?

Я протерла глаза, пытаясь прогнать остатки сна, и посмотрела на время на экране телефона. Пять утра. Чертовы пять утра... В горле запершило от желания сказать «нет», послать куда подальше их форс-мажор и их ржавчину.

— Мне нужно приехать сейчас? Или...?

— Сейчас, — голос в трубке звучал почти умоляюще. — Многие к восьми на работу, и хотели бы, чтобы жители нашего ЖК были довольны и не испытывали неудобств. И вам работу облегчить. Если растащат грязь по всему дому, мыть придется больше.

Я закрыла глаза на секунду, чувствуя, как затылок отяжелел от усталости.

— Я поняла. Сейчас приеду.

Сбросила звонок и села на краешек кресла, поеживаясь от утреннего холода. Сон не принес отдыха. Ночь была полна странных, обрывочных образов и непонятных видений, которые расползались, как дым, едва я пыталась их ухватить.

Единственное, что осталось ярким и четким, образ Бестужева. Он часто мне снится. Иногда это хорошие сны, те редкие моменты, когда он был нежным, когда его смех звучал не насмешкой, а чем-то теплым и настоящим.