Чтение онлайн

– Смех от щекотки. Рефлекс, потерявший свое значение, как, например, хорошо известный коленный рефлекс. Можно только догадываться и строить гипотезы, зачем он был нужен.

– Нервный смех, истерический смех. Такая «неадекватная» реакция организма полезна, чтобы «сбить с толку» противника в критической момент. Такое поведение может спасти жизнь в определенных ситуациях.

– Собственно смех, когда нам смешно. Поскольку только он связан с юмором, то о нем мы и будем говорить далее.

– Смех злорадный и смех саркастический — интересные проявления сочетания нескольких эмоций, которые мы разберем позже.

Перво-наперво надо констатировать тот факт, что эмоция «смешно» и связанный с ней смех появляются только в одном-единственном случае: когда мы наблюдаем или слышим, как кто-то попадает в «нелепую», «неприличную», «глупую» ситуацию.

 Это — не статистическая закономерность, это правило, которое выполняется всегда. Нет ни одного анекдота, ни одной смешной сцены в кино, не попадающих под это правило. Абсолютно все случаи в нашей жизни, когда нам было смешно, связаны только с этим правилом. Все без исключения смешные ситуации строятся на том, что кому-то плохо, кто-то попал в сложную ситуацию, кто-то опозорился или «предстал дураком» и т. п. Если вспомнить ранний детский юмор или просто юмор примитивного, начального уровня (ранний кинематограф, цирковые репризы), то практически весь он крутится вокруг того, что кто-то упал, кого-то облили, кого-то ударили.

 Эмоция «смешно» — эмоция положительная. Мы не просто, а с удовольствием откликаемся на «смешные» ситуации. Целесообразность такого стимула — в том, чтобы не пропустить ситуацию, «достойную осмеяния». Однако польза от такого поведения еще не видна. Идем дальше.

 В процессе эволюции у нас сформировался рефлекс смеха. Смех рефлекторно возникает каждый раз, когда мы испытываем ощущение «мне смешно». Сила смеха напрямую зависит от степени «неудачливости» объекта смеха.

 Кстати, обратите внимание, что объект смеха — всегда человек. Можно категорически утверждать, что не бывает ощущения «смешно», не направленного в итоге на человека. Каждый раз, когда нам смешно, за этим стоит человеческое «неправильное» поведение. Бывает, мы смеемся и над предметами, но только если «оживляем» их и видим за ними людей. Смех же над животными вызывается переносом на них человеческих качеств.

 И вот тут мы уже подходим к сути.

 По ходу эволюции у нас сформировалась эмоция, которая возникает и мучает нас каждый раз, когда смеются над нами. Это — обида. Обида на смех, если этот смех направлен на нас, возникает рефлекторно и возникает абсолютно у всех людей.

 Следует разделять два различных типа ситуаций, которые сопровождаются смехом в наш адрес:

 1. Мы оказываемся в «нелепом» положении, и остальные смеются над нами, у нас возникает эмоция «обидно».

 2. Мы рассказали что-либо веселое, чем вызвали смех окружающих. Люди смеются не над нами, а над героем нашего рассказа. Мы воспринимаем этот смех как признак их удовольствия, возникшего вследствие нашего рассказа. У нас возникает положительная эмоция, нам приятно, что другим приятно и причина этого мы.

 Ну вот и собраны вместе все элементы, делающие целесообразным «смех». Смысл ощущения «смешно», смеха, обиды на смех — в том, что даже мелкий промах, замеченный соплеменниками и осмеянный, послужит сильным уроком, который позволит избежать повторения этого промаха в дальнейшем. Очевидно, что такой механизм сильно ускоряет обучение. Человек, допустивший ошибку, может не усвоить урока или даже не заметить его. Но, будучи осмеянным другими, он, скорее всего, навсегда постарается избежать повторения позорной для себя ситуации. Сила неприятного ощущения обиды гарантирует, что условный рефлекс «не повторять эту ошибку» сформируется сразу. Для обучения «нужному» поведению будет достаточно даже единичного опыта. Недаром говорят, что на ошибках — учатся. Вот только действительно быстро обучение происходит, когда ошибка — своя и за ошибкой последовало «наказание». Причем «наказание», вызвавшее сильную негативную эмоцию.

 Но обучение бывает разным, под обучением мы понимаем приобретение любого опыта, который будет влиять на формирование поведения. Так вот смех помогает в быстром обучении в той части опыта, который относится к обучению поведению, принятому в племени, группе или обществе. Когда эволюция объединила некоторые виды животных в стаи, начали формироваться и эмоции, направленные на регулирование стайного поведения. Каждое поколение на базе этих эмоций формировало заново инстинкты стайного поведения. То, что в стае присутствовали особи разных поколений, позволяло наследовать стае некое устоявшееся поведение. Например, поведение, продиктованное знанием об особенностях местности, где эта стая проживала. По мере роста возможностей мозга увеличивалась и возможность формировать более сложное поведение. У предков человека сложность поведения достигла той критической массы, когда возможность иметь механизмы эффективной передачи опыта стаи новому поколению стало очень выгодным эволюционным приобретением. Тогда и сформировался «смех» как инструмент, в том числе, «быстрого» обучения законов и традиций, принятых в этой стае.

 Мы смеемся над теми, кто попадает в «нелепую» ситуацию. Какие же ситуации мы относим к «нелепым»? «Нелепые» ситуации не «отпечатаны» у нас от рождения. Накопление знаний о том, что надо относить к таким случаям, происходит по мере формирования человека. Этим формированием «руководят» эмоции, заложенные в каждом из нас, и стереотипы, принятые в обществе. Важно понять, что ощущение «смешно» возникает не по отношению к попавшему в объективно «плохую», то есть, например, угрожающую жизни ситуацию, а по отношению к попавшему в ту ситуацию, которая в процессе нашего формирования была отнесена к разряду «постыдных». А сюда будет, кроме всего прочего, отнесено много ситуаций, определенных правилами и нормами поведения, принятыми в обществе. Кроме того, эмоция «смешно» возникает в тех ситуациях, которые носят «обучающий» характер, в «серьезных» же ситуациях срабатывают совсем другие эмоции. Одно дело, если человек поскользнулся на банановой кожуре и больно ударился, и другое дело, если кто-то упал и разбился насмерть. Мы четко различаем ситуации, где человек случайно вышел за пределы принятого, и ситуации, где кто-то сознательно пошел на нарушение правил. Если первые вызывают смех, то вторые осуждение или другие эмоции в зависимости от контекста.

 Например, если у человека в присутствии других случайно упадут штаны — это вызовет смех, если же он снимет штаны специально, реакция будет совсем другой.

 Едет блондинка на машине, слушает дорожное радио: «Водители, будьте осторожны! Какой-то придурок выехал на встречную полосу и гонит на полной скорости!» Блондинка думает: «Да их тут тысячи!»

 Сравните с ситуацией, когда блондинка выехала бы на встречную полосу, например, спасаясь от погони.

 Знание о «нелепости» ситуации, так как формируется на слабых эмоциях, не образует сильного условного рефлекса, непосредственно влияющего на поведение. Обучение, построенное на «осмеянии» и, соответственно, сильных эмоциях, позволяет одновременно узнать «правила поведения», если они были не знакомы, и сформировать сильный условный рефлекс.

 Теперь, собственно, зачем нужен смех. Для четкого срабатывания всей цепочки рефлексов должна быть надежная связь стороннего наблюдателя и объекта обучения. Тот, над кем смеются, должен четко определить, что это смех, и смех над ним. Именно поэтому смеху соответствует очень яркая мимика. Кроме того, издается звук, собственно и называемый смехом, а в особо сильных случаях мы рефлекторно показываем рукой на объект смеха.

 Я упоминал злорадный и саркастический смех. Теперь их не сложно объяснить. Злорадный смех возникает, когда чья-то «нелепая» ситуация, кроме собственно смеха несет нам некую моральную выгоду, например, когда эта ситуация произошла с нашим врагом. Саркастический смех — это поведение «от обратного», когда кто-то в «не смешной» ситуации сознательно смеется, давая понять, что предмет его осмеяния «нелеп», желая тем самым унизить того, на кого направлен этот смех.

 Теперь перейдем к анализу юмора. Сначала попробуем понять, какой смысл мы обычно вкладываем в этот термин. Наверно, неправильно будет отнести к юмору все то, что вызывает у нас смех, тем более теперь, когда мы с вами лучше понимаем его природу. Юмор для всех нас что-то большее, чем просто смех. В чем заключается эта разница? Если вы проанализируете собственный опыт, то, наверное, согласитесь с таким определением: Юмор — это все, что вызывает у нас одновременно эмоции «смешно» и «красиво».

 Как правило, красота в юморе, в частности в юмористических фразах, проявляется так же, как и в литературном тексте. За счет богатства ассоциативной картины. Ощущение «красиво», как мы уже говорили, возникает, когда в коротком «послании» удается за счет использования ассоциаций передать значительный объем информации. «Послания» могут быть различными по форме, а иногда несколько посланий идут параллельно. Так в кино мы имеем речь, к которой применимы наши рассуждения о красоте литературного текста, но мы имеем также движения и мимику героев, и подчас одно движение, одна мимическая деталь полностью изменяют смысл повествования. В кино говорят: на крупном плане перевод взгляда равносилен изменению мизансцены. Эти «быстрые» движения, несущие за собой массу информации, воспринимаются как «красивые». Если в результате кто-то оказывается в «нелепом» положении, то мы смеемся и называем это юмором.