Чтение онлайн

– Войдите!
– крикнул Полботинка. И незнакомка вошла в комнату.

Это была дама средних лет, хорошо одетая и явно следившая за своей внешностью. У неё было приятное лицо, и оно, пожалуй, было бы ещё приятнее, если бы не слишком яркая косметика. В ушах тонко звенели золотые серьги, пальцы были унизаны кольцами с драгоценными камнями, а на запястьях сверкали затейливые браслеты.

– Здравствуйте, мои маленькие друзья, - сказала незнакомка, любезно улыбаясь.
– Я увидела у подъезда гостиницы вашу машину и, конечно, сразу догадалась, где вас искать.

В ответ на неуклюжее приглашение Муфты она села в кресло, некоторое время разглядывала трёх медведей и, наконец, добавила с оттенком грусти:

– Если хотите знать правду, я одинокий человек.

– О-о!
– сочувственно воскликнул Муфта.
– Я тоже был одинок и прекрасно знаю, как это омрачает душу. Скажите, вы пишите себе письма?

Дама отрицательно покачала головой.

– Нет, - сказала она.
– В принципе я, конечно, не против писем, но давайте будем откровенны. Это больше подходит школьникам и писателям. К тому же буквы, в конце концов, всегда только мёртвые знаки. Я же тоскую по живому слову. Мне нужна беседа, мои милые, и, по правде говоря, именно поэтому я сюда пришла.

– Ах, значит, вы пришли просто побеседовать?
– удивился Моховая Борода.

– Ну не только за этим, - продолжала дама.
– Если быть откровенной до конца, то я пришла сюда в надежде найти постоянного собеседника. У меня долго была собачка, прелестное создание, но недавно её жизнь угасла от старости. И вот я пришла посмотреть, может быть, кто-нибудь из вас сможет мне заменить её?

– Заменить собаку...
– в замешательстве пробормотал Моховая Борода.

– Вот именно, - лукаво и в то же время очень мило улыбнулась дама.
– В этом-то всё дело.

В комнате стало очень тихо.

– Извините, - обратился к даме Муфта.
– Но каким образом собачка могла быть вашей собеседницей? Ведь собаки не умеют разговаривать!

– Вы слишком односторонне понимаете беседу, мой милый, - снова улыбнулась дама.
– Собеседник совсем не должен беспрерывно говорить. Гораздо важнее уметь слушать. А это моя собачка делала совершенно очаровательно.

Наступившее молчание снова прервала дама.

– У меня вполне приличные жилищные условия, - сказала она, - и конечно же, я беру на себя полное обеспечение.

Сказав это, дама окинула накситраллей внимательным взглядом.

– Борода подошёл бы больше всех, - заявила она наконец.

– Как?
– вздрогнул Моховая Борода.
– Вы это обо мне? Вы меня имеете в виду?

– Вот именно, - кивнула дама.
– Вы к тому же весьма декоративны. Как живая ваза!

Затем она повернулась к Полботинку и Муфте и добавила:

– Вы, пожалуйста, только не обижайтесь. Предпочитая Бороду, я совсем не хочу вас обидеть. Но ведь вы и сами понимаете, что всех троих я никак не могу взять к себе. У меня стало бы слишком тесно.

– Но простите!
– воскликнул Моховая Борода.
– Несмотря ни на что, я ведь всё-таки...

– Понимаю, понимаю, - прервала его дама.
– Вы - накситралль, не так ли? Именно потому-то я и хочу, чтобы вы были у меня. Потому что, видите ли, есть люди, которые держат собаку или кошку, попугая или черепаху, хомяка или морскую свинку, но я ещё никогда не слышала, чтобы у кого-нибудь был накситралль. Таким образом, держать накситралля достаточно оригинально, вы не находите?

Моховая Борода мучительно искал какой-нибудь веский довод, чтобы дама наконец оставила его в покое и отказалась от своих планов. Но ему, как назло, ничего не приходило на ум. И тут вместо него вдруг заговорил Муфта.

– От одиночества, как правило, бывает бессонница, - сказал он.
– Я думаю, что и у вас случаются бессонные ночи, поскольку человек вы одинокий, как сами изволили заметить.

– Это правда, - призналась дама.
– Бессонница действительно мучает меня.

– Вот видите, - продолжал Муфта.
– Однако дело в том, что Моховая Борода спит только на свежем воздухе. Таким образом, по ночам вы не смогли бы с ним беседовать, и бессонница по-прежнему продолжала бы вас мучить.

Полботинка сразу сообразил, куда клонит Муфта, и вдохновенно добавил:

– Даже здесь, в номере "люкс", Моховая Борода не может сомкнуть глаз и на ночь уходит спать во двор.

– Неужели?
– дама удивлённо подняла брови.
– Странная привычка. Но ведь от любой привычки можно избавиться.

Тем временем Моховая Борода уже собрался с силами.

– Я ни за что на свете не брошу своих друзей, - твердо заявил он.
– Мы трое неразлучны и всегда разделяем друг с другом как радость, так и беду.

– Прекрасно сказано, - заметил Муфта и смахнул набежавшую слезу.

Полботинка тоже был растроган верностью Моховой Бороды.

– Наш славный Моховой Борода - настоящий друг, - гордо произнёс он и добавил, обращаясь к даме: - Так что вам всё-таки придётся обзавестись новой собачкой. Или, скажем, этим... морским львом, или как его там...

Дама явно обиделась.

– Не вам, молодой человек, учить меня, - огрызнулась она.
– Лучше уж пальцами шевелите, а не языком. Заведу я себе морского льва или там морскую гидру - это вас ни в коей мере не касается.

– Пожалуйста, извините, - поспешил Муфта успокоить даму.
– Я уверен, что Полботинка совсем не хотел сказать что-нибудь плохое. Я, например, с огромным удовольствием нарисовал бы морского льва. Но к сожалению, мне не удалось выучиться на художника. Так что волей-неволей это остаётся несбыточной мечтой.

Разумные слова Муфты возымели действие.

– Мечты никогда не приносят вреда, - уже совсем ласково ответила дама. Мечты совершенно необходимы, особенно одиноким людям.

Затем она встала с кресла, поправила перед зеркалом причёску и тихо сказала:

– Ну, я пошла. До свидания, мои милые.

– До свидания, - хором ответили накситралли.

Дверь открылась и закрылась. Дамы больше не было. Накситралли молчали. И тут вдруг снова зазвонил телефон. Так же резко и неожиданно, как в прошлый раз.

Полботинка взял трубку.

– Это комната накситраллей?
– спросил незнакомый женский голос.

– Нет, это кабинет задумчивости, - ответил Полботинка и положил трубку.

Таинственная тень

Моховая Борода полёживал в гостиничном дворе под кустом сирени. Наступила ночь и принесла покой. В ресторане гостиницы умолкла музыка, на улицах тоже воцарилась тишина: не слышно было ни шума машин, ни людских голосов. Окна гостиницы гасли одно за другим. Давно потух свет и в окнах номера "люкс" на тринадцатом этаже. Высоко в тёмном небе загорелись звёзды.