Чтение онлайн

Статуя Афродиты Милосской стоит в центре небольшого зала. Перед ней расстилается целая анфилада комнат, но ни один из экспонатов не выдвинут в них на середину. Поэтому, войдя в античный отдел, посетитель почти сразу же видит Афродиту. Надо сказать, что в Лувре вообще умеют показывать шедевры. В лабиринте залов, лестниц и галерей человек может без труда отыскать наиболее знаменитые вещи. В античном отделе многие (особенно те, у кого мало времени) смотрят, например, только Нику Самофракийскую и Афродиту Милосскую и поднимаются затем во второй этаж.

Пройдя мимо прославленной статуи богини любви, посетитель вновь попадает в IV век до н. э., когда Греция была завоевана македонскими царями. Римские копии произведений Лисиппа, любимого художника Александра Македонского, вводят нас в художественный мир этого периода. Затем идет зал Кариатид, о котором уже упоминалось выше. Богиня охоты Артемида, присевшая Афродита, гладиатор Боргезе, мраморный кратер Боргезе, украшенный рельефами, – таков далеко не полный перечень произведений, завершающих экспозицию греческого искусства. Каждое из них по-своему совершенно, но уже лишено жизненности и высокой красоты, которые поражают в греческой пластике V-IV веков до н. э. Все чаще повторяются штампы, все реже за виртуозным мастерством проглядывает взволнованная душа художника. . . Греческая культура переживает упадок и вынуждена уступить место римской.

Да простят нам поклонники римского искусства, но рядом с греческим оно меркнет, кажется холодным и сухим. Для того чтобы оценить его, надо побывать в Италии, там, где до сих пор стоят триумфальные арки, величественные акведуки, грандиозные колонны. Древние римляне были воинами, строителями. И от искусства они требовали прежде всего документальной точности, верности изображения. Поэтическое очарование, фантазия греков были недоступны для них!

Афродита Милосская. II в. дон. э.

Наиболее интересная часть римской экспозиции в Лувре – портреты. С давних времен в Италии сохраняли гипсовые или восковые маски умерших. Потомки верили, что мертвые зримо присутствуют среди них, участвуют в торжествах, в обсуждении важнейших семейных дел. Портреты II-I веков до н. э.( хотя и утратившие религиозную основу, тесно связаны с этой традицией. Они отличаются удивительной достоверностью, порой прозаизмом. Постепенно портреты становятся более парадными, репрезентативными, появляются элементы идеализации. В этом убеждают памятники эпохи Империи: статуя Октава-оратора, Октавиана Августа, портрет жены Августа Ливии. Однако в I веке до н. э. характеристика портретируемого смягчается, образы становятся свежее, непосредственнее (портрет сына Марка Аврелия).

В отличие от скульптуры, живопись античной поры (особенно греческая) до нас почти не дошла. Тем большую ценность имеют фрагменты мозаик и фресок, дающие представление о высоком мастерстве живописцев. Больше всего мозаик и фресок собрано в неаполитанском музее, но и в Лувре есть несколько первоклассных образцов. Неподалеку от Ники Самофракийской находится зал Феникса. На его стене мозаика (V век н. э.) с изображением легендарной птицы Феникс, которая умирала и вновь возрождалась из пепла. Птица стоит на зелено-коричневой горе, окруженной розовыми цветами. В орнаментальности, строгой симметрии, с которой разбросаны по ровному полю цветы, сказывается влияние восточных ковров.

О живописи древних народов в Лувре можно судить не только по мозаикам. Музей обладает хорошей коллекцией фаюмских портретов (I-IV века н. э.), названных так по имени оазиса Фаюм в Египте. Они написаны на деревянных досках восковыми красками и хорошо сохранились до наших дней. Портреты помещали обычно в могилу усопшего на месте лица.

Этрусский саркофаг. Фрагмент. VI в. до н. э.

Произведения античной поры выставлены в Лувре не только в первом, но и во втором этаже. Здесь можно увидеть чернофигурные и краснофигурные вазы, изделия из серебра, бронзы, терракоты. Экспонаты размещены в залах, находившихся некогда в центре дворцовой жизни: этрусском, или Генриха II, залах бронзы, драгоценностей (бывший Большой кабинет). В центре этрусского зала возвышается монументальный саркофаг из терракоты, исполненный в VI веке до н. э., в эпоху расцвета этрусского искусства. На нарядном ложе полулежит, опираясь на подушки, супружеская пара. Жена доверчиво прислонилась к мужу, он положил ей руку на плечо. Видно, что люди близки друг другу, В руках супругов некогда были кубки. Эта небольшая деталь также подчеркивала земной, жизнеутверждающий характер сцены. Раскраска фигур темно-красной, белой и черной краской усиливала впечатление жизненного правдоподобия. Предки древних римлян -этруски предвосхищали в такого рода работах последующие достижения римских портретистов.

В зале драгоценностей выставлена коллекция серебряной утвари, золотых украшений и монет. Она названа по имени местечка Боскореаль (недалеко от Помпей), где ее нашли в 1895 году при раскопках виллы, засыпанной во время извержения Везувия (79 год). Очевидно, владельцы виллы надеялись избежать страшной смерти – они спрятали свои сокровища в цистерну в подвале. Коллекция Боскореаль говорит о роскоши быта знатного римлянина. Вазы, чаши, блюда, стаканы покрыты тончайшими рельефами. Здесь и традиционные фигурки античных богов, и изображения животных, растений. Иногда на кубках можно прочесть надписи назидательного характера или афоризмы, например «Будь весел, пока ты жив. . .» Встречаются и более мрачные изречения, вроде подписи под скелетом, разглядывающим череп: «И это был человек».

Голова Деметры. IV в. до н. э.

Галерея Кампана служит для экспозиции ваз и терракотовых статуэток. Разнообразные по форме, по характеру и стилю росписей вазы «читаются» как книги о жизни греков, об их богах и героях, помогают представить себе древнюю живопись. Для нас особенно интересны вазы так называемого «геометрического стиля», ибо их (в отличие от краснофигурных и чернофигурных) нет в наших собраниях. В Афинах на старом кладбище у Дипилонских ворот были найдены фрагменты большого сосуда – кратера (VIII век до н. э.), украшенного сценой погребального обряда и орнаментальными полосами. Хотя фигурки людей, колесницы, кони переданы очень схематично, в их трактовке видна склонность к повествованию, наблюдательность.

Главной героиней луврской коллекции терракот является женщина. То мечтательная, то задумчиво-печальная, то увлеченная стремительным танцем, она везде сохраняет изящество и красоту. Вот, например, маленькая головка (6,5 см) греческой богини Деметры, закутанная в платок, закрывающий нижнюю часть лица, с глазами, полными слез. Деметра оплакивает свою дочь Персефону, похищенную богом подземного царства. Но горе не искажает прекрасное лицо; складки платка ложатся таким образом, что сквозь них просвечивает овал головы безупречно правильной формы. Производство терракотовых статуэток получило широкое развитие в Греции в IV веке до н. э. Центром его был город Танагра.

Наша экскурсия по залам античного искусства закончена. Но ощущение радости от соприкосновения с прекрасным будет жить еще долго. Отдаленное от нас многими столетиями античное искусство продолжает доставлять нам огромное художественное наслаждение.

«Бесмертные». Фрагмент изразцового фриза из дворца в Сузах. V в. до н. э.

Искусство Древнего Востока и Египта. Коллекция восточного и египетского искусства Лувра пользуется мировой известностью. Интерес к Древнему Египту пробудился во Франции в начале XIX века. Приток памятников искусства был настолько велик в это время, что уже в 1826 году был создан специальный «Египетский музей». Его первым хранителем стал Шампольон, расшифровавший египетские иероглифы. Тогда же образовалась и восточная секция, превратившаяся в 1881 году в отдел Востока. В нем хранятся художественные памятники древнейших народов Передней Азии и Северной Африки. А коллекции индийского, китайского, японского искусства были переданы из Лувра в музей Гимэ.

Искусство Древнего Востока производит совсем иное впечатление, чем греческое или римское. В античную эпоху мерилом всего был человек. Статуи богов выполнялись по его образу и подобию. На Востоке обычный смертный беспрекословно покорялся божеству и царю, власть которого обожествлялась. Человек цепенел перед массивной, неподвижной фигурой божества, опускал глаза, чувствуя устремленный на него тяжелый, пристальный взгляд. И все же в рамках рабовладельческих деспотий, сквозь наслоения примитивных религиозных представлений, преодолевая условность канонов, пробивалась живая струя искусства. И, глядя сегодня на памятники далекого прошлого, мы можем судить о древнем человеке, об окружавшей его природе и предметах.