Чтение онлайн

Родители были в шоке, когда я поделилась с ними новостью о том, что стала женой своего босса. Папа предлагал решить вопрос другим путем, он боялся, что мне придется как-то расплачиваться за помощь Мастерса. И был, по сути, прав. Я расплачивалась. Собственным сердцем. Со временем он свыкся с этой мыслью и теперь, думаю, был благодарен Колину за то, что тот помог мне.

– Поблагодари его от нас, - устало пробормотал папа. Было слышно, что он сопротивляется, но все же должен произнести эти слова.
– Как дети? Оля, выпей валерьянку, в конце концов!
– зло произнес он, прикрывая микрофон.
– Прости. Мама решила, что она сама справится со стрессом, без лекарств. Сказала, что устала пить успокоительные.

– Дети хорошо, пап. Мы скоро переедем в дом Ксюши, Колин пообещал, что сегодня туда отправят клининговую компанию, чтобы… чтобы убрать там.

– Это хорошо. Ты его спроси, сколько все это стоит, я переведу деньги.

– Я справлюсь, пап. Это недорого.
– Я уже спрашивала. Дважды. Но Колин сказал, что не примет от меня деньги, потому что теперь это и его дети тоже.

Через минуту мама перехватила телефон у папы, и мы еще несколько минут разговаривали, пока она выспрашивала подробности, ахала и охала, а я успокаивала ее и старалась как можно сильнее сократить свой рассказ, чтобы не травмировать ее и без того расшатанную психику. Нора ласково улыбалась, поглядывая на меня. Так неожиданно было получить поддержку от человека, которого совсем не знала до этого. И так странно было ощущать с ним родство душ.

Я думала, что после того, как меня морально истощил суд, буду хотеть только спать, но Норе все же как-то удалось своими отвлекающими разговорами вернуть меня в реальность и немного настроить на позитив. С каждым часом я улыбалась все чаще и все больше расслаблялась. Определенно, шампанское с селедкой и картошкой теперь стали ассоциироваться у меня со вкусом победы.

За ужином я плакала, вспоминая сестру. Смеялась над выкрутасами Ноа и Вики, над шутками Колина. Я давно не испытывала такого всеобъемлющего счастья и такой радости, которая наполняет сердце до краев. Такие моменты заставляют нас поверить в то, что больше никогда ничего плохого с тобой не случится. Дальше только счастье и мы, как сказал Колин.

Мы уложили детей спать ближе к одиннадцати, и пошли раскладывать подарки под елкой. Колин принес из машины несколько коробок и сложил их под елкой. На одной из них было написано мое имя и я потянулась к ней, но он аккуратно отвел мою руку.

– Рождество еще не наступило.

– Но осталось всего несколько минут.

– Утром, Лана, - с улыбкой ответил он, притягивая меня в свои объятия, в которые я тут же окунулась, завернувшись в них, как в шерстяной плед.

Мы сидели на полу и смотрели на огонь в камине. Обстановка в доме была расслабляющей и располагающей к мечтам. Рождество - это такой праздник, когда ты готов поверить даже в самые невероятные чудеса. Когда тебе мерещится магия на каждом углу. И что бы ни происходило вокруг, как бы жизнь тебя не гнула, ты все еще по-детски веришь, что можешь все исправить, и счастье вот там, совсем рядышком, буквально за углом.

Колин поднял мою руку, которая поглаживала его предплечье, и поцеловал пальцы.

– Кольца потерялись?

– Нет, - я качнула головой.

– Тогда почему ты их не надела?

Я пожала плечами.

– Подумала, что не имею права.

– Ты - единственная, кто имеет на это право, Лана.

У меня на кончике языка крутился вопрос, который прожигал его, и я наконец решилась озвучить его.

– Как Карен?

– Ты спрашиваешь о ее самочувствии или о том, что происходит между мной и ею?

– Наверное, второе.

– Наверное, - усмехнулся Колин.
– Она мне изменяла, ты была права.

Все мое тело превратилось в каменное изваяние.

– С Хантером?

– Я не уверен, что только с ним. Карен - скучающая дочь богатого папочки. Она будет оправдывать любые свои действия, призванные разогнать ее тоску.

– Вы расстались?
– спросила осторожно, потому что еще до конца сама не определилась, имею ли право задавать такой вопрос. Но в голосе, как мне показалось, все равно явно слышалась надежда.

Колин тяжело вздохнул и прижал меня крепче.

– Пока нет.
– Я кусала губы, изо всех сил пытаясь удержаться от следующего логичного вопроса, но Колин как будто читал мои мысли.
– Поэтому я и попросил тебя немного потерпеть, Лана. Я связан некоторыми обязательствами и мне нужно время, чтобы разрешить данный вопрос.

– Ты сязан с ней финансово?

– Можно и так сказать. Не задавай пока вопросов. Я все решу сам и сообщу тебе, ладно?

– Да. А где Карен сегодня?

– У своих родителей.

– Разве ты не должен быть там?

Он снова тяжело вздохнул.

– Я все задаюсь вопросом: почему все говорят о том, что я должен делать? Я ведь и сам знаю, что должен. И почему-то никто ни разу не спросил меня о том, чего я хочу.

Я повернулась боком и посмотрела ему в глаза.

– А чего ты хочешь?

Он опустил взгляд на мои губы, приблизил свое лицо к моему и, обдавая жаром своего дыхания, прошептал:

– Тебя. Всю.

Мне больше не нужно было слов. Достаточно этих двух, чтобы в моем теле разгорелся пожар, и кожа покрылась мурашками. Мне было мало его, всегда мало. Я ухватилась за него, как только наши губы столкнулись. Зарылась пальцами в короткие волосы на затылке и притянула ближе. Хотя куда было еще ближе, когда его язык требовательно врывался в мой рот, а губы сминали мои? Колин перехватил меня, развернул и подмял под себя в считанные секунды, уложив спиной на ковер. Я ахнула и содрогнулась, скривившись от боли, и он отпрянул.

– Что такое?

Я изогнулась и вытащила из-под себя элемент конструктора. Показала ему, и мы вместе рассмеялись. Отбросила игрушку в сторону, как только губы Колина опустились на мою шею.

– Больше там ничего нет? Ужасно хочу придавить тебя своим телом.

– Нет. Больше ничего, - выдохнула я, когда он прикусил основание моей шеи.

– Веди себя тихо, милая, - сказал он и положил руки мне на грудь.

Его пальцы так знакомо сжимали соски, покручивали их, пока я извивалась на полу и кусала губы, сдерживая стоны. Колин был жадным. Он не ласкал медленно, не стягивал с меня одежду сантиметр за сантиметром. Он срывал ее и впивался в мою кожу губами и зубами, как дикий голодный зверь, а я отвечала ему царапинами и всхлипами. За короткие мгновения я уже лежала под ним обнаженная, в то время как он был все еще полностью одет.

Я села и начала стягивать с него свитер. Колин практически не отрывался от моей кожи, ласкал ее руками и губами, вдыхал запах и кусал. И каждое его прикосновение сводило с ума, от него скручивались внутренности и пылало сердце. Вот так я хотела: жадно и до сумасшествия, неутомимо и горячо. Мне нужен был его голод, его жажда. Я перевернула его и оседлала. Расстегнула джинсы, а Колин улегся на спину и подложил руки под голову, вопросительно глядя на меня, как будто спрашивал: «Ну, и что ты будешь делать дальше?»

А дальше я стянула с него джинсы с боксерами и проглотила слюну, когда, упруго покачнувшись, его член появился передо мной. Бросила быстрый взгляд на Колина, а потом наклонилась, взяла его в руку и провела пару раз вверх-вниз. Колин резко и шумно выдохнул, его глаза покрылись пеленой похоти. Наклонившись ниже, я коснулась губами самого кончика, размазывая по ним смазку.

– Лана, пожалуйста, сделай уже это, - тихо простонал Колин, когда я продолжила водить губами по набухшей головке.