Чтение онлайн

– Что - это?
– спросила я, улыбаясь.
– Вот это?

Я опустила голову и вобрала его практически всего.

– Ох, черт, - вырвался из него резкий хриплый шепот.
– Это. Еще.

Я и не собиралась останавливаться. Распахнула глаза и смотрела в глаза Колина, отмечая, как они темнеют, как взгляд становится диким, как будто наружу рвался неконтролируемый зверь, готовый поглотить меня без остатка. Я бы и не упиралась, отдалась бы в его власть, не мешкая ни секунды. Моя голова двигалась все ритмичнее, и Колин начал резко двигать бедрами, трахая мой рот. Быстро, с остервенением, с тяжелыми вздохами. Он откидывал голову и закатывал глаза, а потом снова возвращался взглядом к соединению наших тел. И это было чертовски хорошо. Огонь в его глазах заставлял почувствовать мою власть над этим сильным мужчиной.

Колин сел и, взяв меня за волосы, потянул наверх, но я успела лизнуть головку по дороге, со шлепком выпустив член изо рта. Второй ладонью Колин взял меня за подбородок и поднял вверх, заставляя приблизиться своим лицом к его.

– Грязная девочка, - с улыбкой, задыхаясь произнес он.

– Твоя грязная девочка, - согласилась я.

Мы целовались. Долго, жадно, потом нежно и снова поглощали губы друг друга до онемения. А потом Колин перевернул меня и, поставив на колени, легонько сжал мое горло. Приблизившись к моему уху, он прошептал, задевая влажными от поцелуев губами мочку уха:

– Ты знаешь, что с грязными девочками не занимаются любовью, Лана? Их трахают.

– Так трахни меня, - выдохнула я, когда пальцы второй руки начали кружить у меня между ног.

– Ты обещаешь вести себя тихо?

– Да, - больше всхлипнула, чем ответила.

Колин наклонил меня немного вперед и заставил встать на четвереньки. Я услышала, как он шуршит одеждой, потому звук разрываемого пакетика и в следующее мгновение он уже медленно проталкивался в меня. Я выгнула спину, закусив губу. Вот это первое вторжение всегда самое лучшее. Оно самое чувствительное и дарит восхитительное чувство наполненности.

– Ах, - выдохнула тихо, когда он заполнил меня собой.

Колин взялся за мое плечо и снова поднял меня, заставляя выгнуться и прижаться спиной к нему. Он обнял меня одной рукой под грудью, а второй все еще держал за бедро. И начал вколачиваться, как сумасшедший, как оголодавшее животное. С этой стороны я его еще не знала и была удивлена, что такой человек, как он, мог растерять всю свою собранность и потерять контроль. Колин Мастерс сорвался с цепи и превратился в ненасытного мужчину, который отрывался на мне за все время, пока мы не позволяли себе близости. И я принимала его с благодарностью, запоминая каждый толчок, ощущение его горячих губ на затылке, звук шлепающих друг о друга тел, запах секса. Все это откладывалось у меня в подсознании, пока сознание блуждало где-то далеко за пределами этой комнаты. Я растворилась в ощущениях, отдавая всю себя без остатка.

Меня накрыло удовольствие и я, наклонившись укусила руку Колина, которая переместилась выше, и он зарычал мне на ухо. Опрокинул вперед, положил руку мне на голову и вдавил в ковер. Он вдалбливался в мое тело, не щадя и не пытаясь быть нежным. Колин брал, а я отдавала. Он рвал мою душу на куски, а я с радостью преподносила ее ему на блюдечке. Потому что мой, потому что любила вот такого: настоящего, неконтролируемого и хищного.

– О, боже, о, да, - шептала я, отдаваясь удовольствию.

Даже такая грубость, как то, что он за голову прижал меня к полу, воспринималась мной, как блаженство. Как свидетельство его потребности во мне. Все мое тело напряглось и сотряслось от оргазма, рот открылся в безмолвном крике, а из глаз потекли слезы. То, что между нами происходило, было одновременно слишком, и при этом мне было недостаточно. Я хотела, чтобы наш секс длился вечно, без остановки. Через несколько толчков Колин тихо простонал и придавил меня своим телом. Он тяжело дышал у моего уха, содрогаясь всем телом. Я чувствовала, как по моей спине стекает его пот, как внутри меня дергается его член, а руки при этом крепко прижимают к нему.

– Ты убьешь меня когда-нибудь, Милана Белова, - прошептал он, нежно поцеловав раковину уха.

– И умру вместе с тобой, - ответила я шепотом, и всхлипнула.

Он резко приподнялся.

– Что случилось? Слишком грубо для тебя?
– взволнованно спросил он.
– Прости.

– Это было невероятно, Колин, - ответила я и дала волю слезам.

– Господи, малышка, не пугай меня так.
– Я слышала улыбку в его голосе, когда он вышел из меня, снял и откинул презерватив в сторону. Лег рядом и притянул меня к себе, положив мою голову на свою грудь. Там внутри грохотало сердце, а грудная клетка быстро опускалась и поднималась. Колин крепко обнял меня.
– Я люблю тебя.

– Я тоже тебя… люблю, - запнувшись, со всхлипом ответила я.

Он негромко рассмеялся и поцеловал меня в макушку. А я молилась, чтобы ночь была долгой-долгой, и я успела насладиться ощущением абсолютного счастья.

– Эй! Это мое, Вики!

Я резко села в кровати, услышав крик Ноа, а за ним спокойный голос Колина:

– Ноа, не кричи, этим делу не поможешь. Вики, верни ему, пожалуйста, его подарок.

– Но я хотела рассмотреть его!
– возмущенно отозвалась Виктория.

– Перестаньте кричать, вы разбудите Лану, - строго произнес Колин, когда Ноа начал спорить с ней.
– Виктория, это подарок, который Ноа получил от Санты. Он сам его еще не видел. Выдергивать его из рук некрасиво. Дай ему немного времени рассмотреть свой подарок, и он обязательно покажет его тебе. Даже просто для того, чтобы похвастаться.

Потом наступила тишина и какое-то бормотание, но я не могла разобрать слов за закрытой дверью. Потерла лицо ладонями. Я снова проснулась позже всех, и Колин, кажется, успел погасить утренний конфликт. Выбравшись из постели, я привела себя в порядок, надела рождественскую пижаму и пошла вниз. Гостиная напоминала взорвавшийся магазин игрушек. Повсюду была разбросана упаковочная бумага, валялись коробки, а посреди всего этого великолепия сидели дети и рвали очередную упаковку.

– Доброе утро. С Рождеством.

– Лана! С Рождеством!
– крикнули дети с довольными улыбками и снова окунулись в ворох подарков.

Колин встал и подошел ко мне. Обняв, он внимательно посмотрел в мои глаза и, видимо, убедившись в безопасности своего жеста, наклонился и поцеловал меня в губы.

– С Рождеством, милая.

– И тебя.

– Иди пока ищи свои подарки, а я сварю кофе.
– с этими словами Колин поцеловал меня в кончик носа и, развернувшись, пошел на кухню. А я осталась недумевать: кто этот расслабленный, довольный мужчина, который легкой походкой курсирует через всю гостиную, чтобы сварить для меня кофе, пока я буду доставать из вороха бумаги под елкой подарки, которые он для меня приготовил.

– Подарки? Не подарок?
– крикнула я ему в спину.
– Вчера речь шла об одном подарке!

– Подарки, Лана, подарки. Ищи уже, - со смехом отозвался он.

Я подошла и поцеловала детей в макушки, а потом сгребла бумагу и отложила ее к камину, чтобы позже сжечь. Сама переместилась к елке, где внизу лежали две большие коробки: одна средняя и одна совсем маленькая. Меня пронзило чувство неподдельного восторга, как в детстве, когда в праздники витала особая атмосфера и вдобавок к этому ты получал подарки. Уже давно я не чувствовала того, что испытывала сейчас.