Чтение онлайн

– Ты не будешь сама мыть дом после преступления. Я попрошу Джун, чтобы туда прислали клининговую компанию. Только мне понадобятся ключи, чтобы отдать их им.

– Не стоит, я…

– И я никуда вас не тороплю, - перебил он, но сказал это мягче, нежнее. Заправил выбившуюся прядь волос мне за ухо, заставив застыть на месте и наслаждаться лаской и мурашками, которые щедро покрыли мою кожу.
– Оставайтесь столько, сколько понадобится или… сколько захочется.

Я кивнула, не в силах даже рта раскрыть, чтобы ответить. Колин нежно стер с моих щек слезы и, наклонившись, прижался губами к моему лбу на несколько мгновений. Я зажмурилась, растворяясь в моменте, запоминая это ощущение, его запах, его прикосновение, потому что знала: вряд ли это когда-нибудь повторится.

– Мне нужно на работу. Развлекайтесь с Норой. Водитель заберет детей вовремя и привезет домой, не волнуйся об этом. Отдыхай.

Он несильно сжал мое плечо и вышел из квартиры, а я осталась стоять в наполовину снятом пальто. Так и не открыла глаза, потому что не хотела видеть, как он уходит. Я должна была хотя бы мысленно продлить этот момент нашей близости. Пускай эфемерный, пускай ничего для него не значащий, но он был так важен для меня. В последний раз почувствовать, что рядом со мной есть мужчина, который хотя бы только в моих мечтах разделяет крепкое, сжигающее чувство, заполняющее мое собственное сердце.

– Ну давай же, Лана!
– крикнула Нора.
– Я уже заждалась!

Я торопливо стянула пальто и повесила его на вешалку. Последний раз вдохнула задержавшийся в коридоре мужественный аромат и пошла в гостиную, где пересказала все, что произошло в суде. Мы устроили небольшое застолье на двоих, за которым я смогла выплеснуть все то, что накопилось. Примерно через час я подскочила и схватила телефон.

– Я же забыла маме позвонить!
– выкрикнула и тут же набрала номер.

После двух гудков послышался взволнованный голос:

– Лана? Ну как все прошло?

Они не спали. Несмотря на то, что у них была глубокая ночь, родители ждали моего звонка, а я, бестолковая, продлила их агонию на целый час.

– Все хорошо, мам, - выпалила, стараясь скрыть дрожь в голосе.
– Все закончилось хорошо. Мы выиграли.

Я услышала, как она расплакалась навзрыд, и у самой снова встал ком в горле. Телефон тут же перехватил папа.

– Ну, слава Богу, дочка. Поздравляю. Ты молодец.

– Это заслуга Колина, пап. Он сделал это.

Родители были в шоке, когда я поделилась с ними новостью о том, что стала женой своего босса. Папа предлагал решить вопрос другим путем, он боялся, что мне придется как-то расплачиваться за помощь Мастерса. И был, по сути, прав. Я расплачивалась. Собственным сердцем. Со временем он свыкся с этой мыслью и теперь, думаю, был благодарен Колину за то, что тот помог мне.

– Поблагодари его от нас, - устало пробормотал папа. Было слышно, что он сопротивляется, но все же должен произнести эти слова.
– Как дети? Оля, выпей валерьянку, в конце концов!
– зло произнес он, прикрывая микрофон.
– Прости. Мама решила, что она сама справится со стрессом, без лекарств. Сказала, что устала пить успокоительные.

– Дети хорошо, пап. Мы скоро переедем в дом Ксюши, Колин пообещал, что сегодня туда отправят клининговую компанию, чтобы… чтобы убрать там.

– Это хорошо. Ты его спроси, сколько все это стоит, я переведу деньги.

– Я справлюсь, пап. Это недорого.
– Я уже спрашивала. Дважды. Но Колин сказал, что не примет от меня деньги, потому что теперь это и его дети тоже.

Через минуту мама перехватила телефон у папы, и мы еще несколько минут разговаривали, пока она выспрашивала подробности, ахала и охала, а я успокаивала ее и старалась как можно сильнее сократить свой рассказ, чтобы не травмировать ее и без того расшатанную психику. Нора ласково улыбалась, поглядывая на меня. Так неожиданно было получить поддержку от человека, которого совсем не знала до этого. И так странно было ощущать с ним родство душ.

Я думала, что после того, как меня морально истощил суд, буду хотеть только спать, но Норе все же как-то удалось своими отвлекающими разговорами вернуть меня в реальность и немного настроить на позитив. С каждым часом я улыбалась все чаще и все больше расслаблялась. Определенно, шампанское с селедкой и картошкой теперь стали ассоциироваться у меня со вкусом победы.

Мы просидели с Норой на кухне до самого вечера, когда открылась входная дверь, и малыши влетели в квартиру, как обычно. И, по уже давно заведенному порядку, я тормознула их в коридоре, велев разуться. Они, как и всегда, подскакивали на месте, стараясь как можно скорее стащить с себя одежду и обувь. А я, как и всегда, смотрела на них с любовью, прислонившись плечом к стене. Это были такие уютные мелочи, которые составляют счастье нашей жизни. Которые подсказывают нам и в который раз напоминают, что в мире есть место - тихая гавань, - в которой твоей единственной заботой остается быть счастливой, быть самой собой.

Водитель, приведший детей, коротко попрощался, кивнув на мою благодарность, и вышел. Как только дети разделись, то облепили меня с двух сторон и наперебой начали рассказывать, как прошел их день. Ноа и Вики пребывали в счастливом неведении о том, что мне довелось пережить сегодня. Я решила не ставить их в известность, чтобы племянница не начала снова собирать только недавно разложенные вещи, готовясь уйти в приют. Мы еще поболтали пару минут, пока они выплескивали самые острые эмоции этого дня, а потом Нора заставила их помыть руки и усадила за стол ужинать. Мы с ней заняли свои прежние места, и я решила, что пришло время сказать им то, что едва удерживала в себе.

– Сегодня был суд, - начала я. Ноа продолжил уплетать мясо, не обращая внимания на мои слова, а Вики застыла с вилкой у рта, потом опустила ее и внимательно посмотрела на меня.
– Мне и Колину позволили быть вашими опекунами.
– Тишина. До меня не сразу дошло, что все, что я только что сказала, для детей было как китайская грамота.

– Теперь Лана и Колин - ваши приемные родители, - помогла мне Нора.

И снова тишина. Оглушающая, гнетущая. А потом Вики подскочила со своего места и кинулась в мои объятия. Она разрыдлась у меня на плече до икоты, а я гладила ее по волосам и успокаивала, обещала, что теперь будет немножко легче.

– Я ничего не понял, - сказал Ноа, глядя на нас по очереди.
– Вики, почему ты плачешь?

– Потому что теперь Лана наша мама, а Колин - папа, - сказала Вики, всхлипывая.

– Да? Значит, наши первые родители точно никогда не вернутся?
– прошептал он и тоже расплакался.

Мне было смешно и горько одновременно. Смешно от непосредственности Ноа и радости за достигнутый результат, но в сердце зияла огромная дыра, которая осталась после смерти сестры. А еще было невероятно тяжело смотреть на то, как двое детей справляются с потерей родителей. Иногда они плакали по ночам, звали родителей, иногда замыкались в себе и не хотели разговаривать. И это, наверное, причиняло чуть ли не самую большую боль. Дети настолько невинны и чисты, они не заслуживают такой потери, такого горя. Если взрослый человек может пережить это, хоть и с трудом, то у ребенка эта травма остается на всю жизнь.

Вечер прошел в играх и разговорах, просмотре мультфильмов и чтении сказок. Мы не отходили друг от друга с детьми практически ни на шаг. Нора уехала через полчаса после того, как дети поужинали. Я вызвалась сама убрать на кухне, но у меня были отличные помощники, которые чуть ли не дрались за каждую грязную тарелку, только бы помочь мне и заняться взрослым делом. Ночью я уснула не сразу. Положа руку на сердце, могу признаться, что ждала возвращения Колина. Я хотела его увидеть, в сотый раз поблагодарить и просто почувствовать себя в безопасности. Знание того, что он рядом, всегда дарило мне неимоверное чувство защищенности. Как же я раньше жила без него? Как не боялась собственной тени? И как собиралась жить дальше вдали от него?