Чтение онлайн

– Я нарисовал картинку, дядя Винс. Она в моей спальне. – Коннер подпрыгнул и выбежал из комнаты, где Винс стоял и заправлял рубашку охранной фирмы «Титан» в брюки.

Сэм откинулся на спинку стула и указал на ремень Винса:

– Где твоя пушка, ковбой?

– Мне не нужна пушка, осел. Существует более сотни способов убить человека. – Он улыбнулся. – И сотня способов спрятать тело там, где его никто не найдет.

Отэм знала, что брат шутит. Вроде как.

– Что ж, я надеюсь, ты зайдешь, пока меня не будет, и доешь остатки индейки. Или хочешь взять что-нибудь с собой? Пирог?

Винс проигнорировал ее слова:

– Меня не было рядом, когда в последний раз ты сделал Отэм больно. Но теперь я тут, и этого больше не повторится.

Сэм сложил руки на груди и откинулся на стуле так, что тот встал на задние ножки.

– Я услышал тебя и в первый раз.

Был первый раз? Когда? Отэм прошла за братом в гостиную.

– О чем это вы?

Винс крепко обнял ее, так крепко, что кости затрещали. Чтобы она почувствовала, как сильно он ее любит. Той любовью, которая будет длиться вечно. И неважно, что порой он злит свою сестру.

– Позвони мне, когда завтра доберешься до своего пляжного домика, чтобы я знал, что все в порядке.

Она не сказала, чтобы он о ней не беспокоился. Все равно будет.

– Хорошо.

– Вот он. – Коннер зашел в комнату и отдал Винсу картинку. – Мы играем в гольф в прошлом году.

– Точно. Вот это ты. – Винс показал на маленькую фигурку со светлыми волосами, затем сложил лист бумаги и засунул в нагрудный карман. – Изучу ее на работе. – Он быстро обнял Коннера и начал спускаться по лестнице. – Я зайду, пока вас не будет, проверить тут все и съесть остатки.

– Спасибо. – Отэм подняла руку, когда он вышел за дверь и закрыл ее за собой.

И почувствовала себя так, будто с ее плеч сняли воз весом в полтонны. Другая половина тонны все еще сидела в столовой.

– Ты поможешь мне все убрать? – спросила Отэм Коннера.

Тот покачал головой.

– Мне надо нарисовать картинку для папы. – И побежал через коридор в спальню. Как всегда. Крикнув через плечо: - Скажи мне, когда будет сладкое.

Отэм вошла в столовую и замерла на месте. У раковины с пульверизатором в руке стоял Сэм. Отэм просто залипла на том, как натягивается тонкий свитер на широких плечах и мощных руках, когда Сэм брал тарелку со стола. Он что-то насвистывал, споласкивая тарелки в раковине и наклоняясь, чтобы положить их в посудомойку. Ни один мужчина никогда не мыл для Отэм тарелки. Сэм, который возвышался над раковиной, разбрызгивал повсюду воду, затем наклонялся, являл собой самое сексуальное зрелище, что она видела в своей жизни.

Он выпрямился и взглянул через плечо:

– Это было весело.

– Это был адский ужин, - Отэм, взяла корзинку с круассанами и прошла на кухню. Каблуки ее красных туфель тихонько стучали по виниловому полу. – Я бы никогда не подумала, что ты знаешь, как загружать посудомоечную машину.

– В детстве я провел много времени на кухне. После смерти отца мама целыми днями была на работе, так что нам с Эллой приходилось делить работу по дому.

Она никогда не думала о Сэме как о ребенке, потерявшем отца или занявшем его место. Очень похоже на Винса. Только их отец не умер. Он сбежал.

– Большую часть времени я платил Элле, чтобы она делала мою работу, - усмехнулся Сэм. – И это очень злило маму, потому что потом мне приходилось просить у нее деньги на обеды.

Его мать Отэм встречала несколько раз, когда та приезжала в Сиэтл, чтобы провести время с Сэмом и Коннером.

– Как твоя мама? – поставив корзинку на столешницу, спросила она.

Взгляд голубых глаз скользнул по ее лицу и остановился на губах.

– Хорошо. – Взгляд медленно двинулся вниз по ее телу, груди, изгибу талии и бедрам в узкой юбке до самых красных туфель. – Может, она приедет сюда на Рождество.

– Коннер будет рад. – Отэм постаралась не обращать внимание на ускорившийся пульс и открыла ящик рядом с правым бедром Сэма, вытаскивая упаковку фольги. – Тебе не нужно здесь прибираться.

– Это меньшее, что я могу сделать за то, что пригласил сам себя.
– Он посмотрел ей в глаза, вытирая руки полотенцем.

Отэм вымыла посуду, пока готовила, так что работы было не очень много.

– Я думала, что тебя пригласил Коннер.

– Коннеру пять. – Уголок рта Сэма приподнялся в улыбке, и от глаз разбежались морщинки. – Я мог вложить идею этого приглашения ему в голову.

Отэм прекратила отрывать фольгу.

– Почему?

Зачем он здесь? Моет ее посуду, заполняет ее кухню своими все заполняющими плечами и еще более заполняющим присутствием. Осматривает ее тело сверху донизу и заставляет ее желудок сжиматься.

Сэм закинул полотенце на плечо и прошел в столовую. Взгляд Отэм сам собой последовал за ним, скользя по спине, обтянутой серым свитером, до задних карманов черных брюк. На планете существовало всего несколько мужчин, которые умели идеально заполнять брюки. Сэм был одним из этих парней.

– Любопытно, - сказал он, возвращаясь с индейкой.

– Нет.

Она не была любопытной. Она видела его задницу, и даже хотя прошло уже много времени, Отэм думала, что та осталась такой же упругой, как и тогда. Той степени упругости, которой можно добиться только тяжелыми тренировками.

– Что?

– Что? – Она перевела взгляд к его глазам и оторвала огромный кусок фольги.

– Ты спросила, почему я сам себя пригласил.

Ах, да. Отэм бросила рулон в ящик и задвинула его бедром.

Сэм поставил блюдо с индейкой на стол.

– И я сказал, что мне было любопытно.

– Что именно?

– Что вы с Коннером делаете на День благодарения.

Точно. Отэм позволила себе чуть-чуть отвлечься, но в свою защиту могла сказать, что была немного сбита с толку.

– Возможно, то же, что и ты. Только в другой день. – Она накрыла блюдо фольгой, загнув ее по бокам.

– Я уже много лет не праздновал День благодарения. – Сэм закрыл посудомойку ногой. – Здесь или в Канаде.

– Печально.

– Совсем нет. Я никогда точно не знаю, где буду в понедельник или в четверг.

Это объясняло его присутствие здесь. Ему больше нечего было делать.

– Тебе в самом деле не нужно оставаться и прибираться.

– Чем быстрее помоются тарелки, тем быстрее я получу пирог.

– Серьезно? – Отэм все еще была так напряжена, что даже толком не поела. Но Сэм от отсутствия аппетита не страдал. Он съел больше всех. – Ты хочешь пирог?

– Милая, я всегда хочу пирог. – Он посмотрел ей в глаза и взялся за полотенце. Медленно стянул его с ее плеча. – Прошло много времени с тех пор, как я пробовал хороший пирог.