Музыка Лондона. История одной любви (полная версия)
Шрифт:
– Да, знаю, - отозвалась я, - тебе совсем на меня наплевать.
– Не начинай, - раздражено промолвил Фредди, - не начинай эту песню, меня уже тошнит от нее.
– Тебя от всего тошнит! – я должна была остановиться, но не смогла, - может мне бросить тебя? Тогда и тошнить тебя перестанет?
– Бетти, - он приподнялся на локте, - не начинай, своим нытьем ты ничего не сделаешь, оно не действует на меня.
– Ну, ладно, тогда там я найду себе какого-нибудь парня, и тогда…
– У тебя кишка тонка, мне изменить, - я вскочила с постели.
– Ну, да, меня же выкинут, как последнюю шлюху за волосы, - крикнула я, - да, пошел ты, - я стала одеваться, несколько не заботясь, что у меня вид, как у девушки легкого поведения.
– Сейчас ночь на дворе, - он тоже встал.
– Я пойду к Гарри, - отрезала я.
– Не сходи с ума, - он грубо схватил меня за плечи, прижимая к стене, - не веди себя, как маленькая девочка.
– Мне плевать на тебя, - выдавила я из себя, в упор, смотря на него, - и на то, что думаешь, - я вырвалась из его рук, - пока, Фредди.
Я ушла среди ночи, закрыв дверь на ключ, чтобы он не успел меня догнать. Я долго бродила по ночным улицам, я замерзла, но к Гарри я тоже не могла пойти. Что я натворила? Но больше терпеть его такое отношение к себе, я не хотела. Он немного охладел ко мне, и даже мой такой поступок, не притягивал его ко мне. Теперь ему не особо нравилось битье посуды. Что же я наделала?
Фредди.
Куда она могла пойти? Я думал, когда она остынет, то вернется через полчаса. Я позвонил Гарри, но ее там не было, потом Антонио, но М-Джейн ответила отрицательно. Я набрал номер Дженни, потом дозвонился до Глории. Куда она могла пойти? Признаться, в этот раз она перешла всякие границы. Но я не мог знать, что она решится на такой шаг.
– Бетти! – крикнул я, ища ее.
Я прошелся вдоль Темзы, искать ее в Лондоне ночью, это, как искать иголку в стогу сена. Куда она могла пойти? И самое главное, чтобы ничего с ней не случилось, иначе я никогда себе это не прощу. Я вернулся домой, до утра я не мог заснуть, только с первым рассветом меня охватил сон. Проснулся, когда кто-то зашел в квартиру. Я сразу понял – это была она. Кто-то шуршал на нашей кухне. Я встал, проходя босиком на кухню. Бетти ушла ночью в одном лишь сарафане, прошедшая ночь оказалась ветряной и прохладной.
– Бетти, - она вздрогнула, почти подпрыгивая на месте, - где ты была?
– Тебе нет до этого дела, - отрезала она, - я соберу вещи, и уйду.
– Не делай этого, - я сделал шаг навстречу к ней, - прошу тебя.
– Что не делать? – ехидно переспросила она, - что, Фредди?
– Не уходи.
– Ты охладел ко мне, - сдавлено произнесла она.
– Нет, - я все же обнял ее, - нет, девочка моя, я по-прежнему люблю тебя и хочу тебя.
– Этого мало…
– Я боюсь, что твой мир отвергнет меня, - она прерывисто вздохнула, - что тебе будет больно от этого.
– Мне все равно, я могу жить и без моего мира, - она подняла на меня лицо, ее болотные глаза были полны слез.
– Если тебе так важно, то мы поедем туда вместе, - согласился я. Бетти прижалась ко мне, я сжал ее тоненькую фигурку в своих объятьях.
– Я люблю тебя, - прошептала она.
– Я знаю.
Мне пришлось пойти на уступку, иначе бы все для нас закончилось раньше, чем мы бы хотели. Мы всегда чем-то жертвуем, мне пришлось подавить свою гордость. Я должен быть рядом с ней, хотя бы попытаться попасть в ее мир.
***
Через неделю я приехал в Аллен-Холл на бал. Для этой ночи я взял напрокат дорогой костюм, мне хотелось порадовать Бетти. Я заметил ее у компании молодых людей. Она, как всегда была красива – в дорогом платье цвета пудры расшитое жемчугом и кружевом, напоминая русалку. Я никогда не смогу ей купить такое дорогое платье, никогда не смогу устроить ей шикарную жизнь. Она заметила меня, что-то говоря своим знакомым, и направилась ко мне. Я взял ее руку, галантно целуя, ее глаза таинственно улыбались. Мимо нас прошел официант, она подала мне шампанского, взяв бокал и для себя. Я понимал, что выгляжу немного чудаковато со своими длинными волосами и в этом костюме, но Бетти, словно этого не замечала. На нее смотрели молодые парни, я сжимал кулаки, чувствуя очередной приступ ревности.
– Что это значит, Бетти? – спросил я, она слегка нахмурилась, - почему они все смотрят на тебя?
– Потому что, сегодня на аукцион выставлена распечатка моей невинности, - она говорила это так, будто ничего в этом плохого не находила.
– Что? – она положила свою ладонь в белой перчатке мне на руку.
– Все хорошо, это так образно. Просто с сегодняшнего дня мне могут делать предложения, теперь я завидная невеста, - она горько улыбнулась, - поэтому ты сегодня со мной. Они будут атаковать меня, их мамаши. Ведь я - Хомс, я даже имею право сохранить свой титул.
– Бетти…
– Потанцуй со мной, - прошептала она, отдавая бокалы официанту.
Я обнял ее, моя ладонь легла на ее талию, ощущая неровную ткань платья. Лилась плавная музыка, я плавно вел ее в танце, ощущая, как во мне растет спираль желания. Мне хотелось содрать с нее это тесное платье, прижать к стене, и ласкать, ласкать, чтобы она даже не смогла подумать об этих юнцах.
– Ты хорошо танцуешь, - произнесла она.
– Ты забыла, что я учился всему тому, чему учился твой дед и отец, - я сильнее прижал ее к себе, это было слишком интимно, слишком неприлично, но Бетти ничего не сказала, - пойдем, выйдем на воздух.
– Леди Бетти, - она обернулась, перед нами стояла высокая блондинка в бледно-голубом платье и шали расшитой кружевом, - я леди Шорн, вы, наверное, не помните меня? Мой сын лорд Генри хочет с вами познакомиться.
– Я… - Бетти замялась, я должен был спасать ее в этой ситуации.
– Леди Бетти в этот вечер принадлежит мне, - учтиво ответил я, - а, теперь разрешите нам удалиться.
Когда мы оказались на улице, мы с Бетти рассмеялись. Она взяла меня за руку, подхватила свои юбки, потащив меня в глубину сада. Мы добежали до беседки скрытой среди ив на берегу небольшого пруда. Бетти втолкнула меня в беседку, приникая к моим губам. Я нетерпеливо сжал ее талию, скользя пальцами по шершавому платью. Бетти сладко вздохнула, я не мог поднять ее узкие юбки, она сама задрала их до талии. Я сел на скамью, опуская ее на себя. Ее юбка скрывала нас, но кто бы увидел нас, все равно догадался, чем мы здесь занимаемся. Бетти расстегнула мои брюки, я не видел происходящие, зато чувствовал ее. Моя плоть оказалась в ней, я сходил с ума. От ее легких телодвижений, ее поцелуев, прикосновений тонких пальцев. Мне хотелось утонуть в ней, раствориться, не делить с миром, к которому она принадлежала. Она моя, она принадлежит лишь мне и больше никому. Мое желание выплеснулось через край, Бетти опустилась ко мне на грудь, я погладил ее по лбу, целуя в полураскрытые губы.
– Нам пора, - вдруг сказала она.
– Да, - опечалено отозвался я.
Весь вечер я отбивал ее от кавалеров и их родителей. Кто уж и сделает ей предложение, так это я, осталось только накопить денег, или попытать счастье. Если она станет чужой женой, я умру от этого. Бетти создана для меня, как я создан для нее.
Октябрь 1971.
Бетти.
Я нервно вздохнула, конечно, это стоило ожидать, но, если честно к этому никогда не бываешь готов. Фредди посмотрел на меня, сжимая мою руку, такси остановилось, он помог мне выйти из машины, забирая у меня корзинку с шоколадным печеньем. Черт, как же трудно. Мы поднялись на второй этаж, Фредди открыл мне дверь, пропуская первой в дом. К нам вышла его мать. Фредди за два с половиной года наших отношений наконец-то решился познакомить меня со своей семьей. Миссис Бульдасар улыбнулась мне, хотя это была больше вежливая улыбка, кому, как не мне знать, что такое светское поведение. Она явно была не рада мне, хоть и одета сегодня я была очень просто. Я щадила их чувства, найдя в своем шкафу темно-синее платье с длинным рукавом.