ЖАНРЫ

Музыка Лондона. История одной любви (полная версия)
Шрифт:

– Это вам, - я протянула печенье, она приняла его.

– Проходите, - услышала я, Фредди забрал мое пальто. Я робко последовала за ней, чувствуя, как рука Фредди нашла мою ладонь. Мы вошли в гостиную, где сидели за столом отец Фредди и его сестра. Она вскочила со стула, не замечая недовольство Боми.

– Я Кашмира, - она была старше меня всего лишь на три года, но одета она скромнее меня. Сразу видно, как велико влияние ее родителей на нее.

– Я Бетти, - она рассмеялась.

– Садись рядом со мной, - она подвела меня к столу, усаживая рядом с собой.

– Возьмите салату, Бетти, - Нитта снова учтиво улыбнулась, этой фразой она унизила меня, дав, понять, что кроме моей фигуры меня мало, что интересует.

– Да, конечно, - сухо ответила я. Безусловно, я аристократка в шестнадцатом поколение, знала, как себя вести в ненавистном светском обществе, чтобы тебя приглашали далее. Аристократизм тек в моей крови, и Нитта пыталась подколоть меня. Не на ту напала, наши так быстро не сдаются.

– Чем вы хотите заниматься? – я подняла глаза на Боми. Боже, как же я ненавидела все эти «вы», «леди Хомс», «миледи».

– Я буду петь, - не солгала я.

– Бетти, божественно поет, - вторил Фредди, - а как она играет на арфе, это надо слышать, - Фредди подмигнул мне, давая понять – я не дам тебя заклевать им.

– А замужество? Дети? – Нитта подала мне жаркое.

– Ну, когда-нибудь я захочу этого, но не сейчас, - я почувствовала на себе осуждающий взгляд, - мне хочется открыть новые горизонты. В нашей семье не принято жить на родительские деньги.

– Виктор всегда был за самостоятельность, - заметил Боми, - но семья превыше всего.

– Мне шестнадцать, - сдерживая себя, сказала я, - сейчас все дороги впереди.

– Нас волнует еще один вопрос, это – вера, - Боми снова посмотрел на меня, - ведь Фредди другой веры, его избранница должна быть юной девственницей, - мне хотелось рассмеяться, я давно была не невинной девушкой, - и возможно вам придется соблюдать некоторые наши каноны.

– Бетти протестантка, - возразил Фредди, - у них все в семье протестанты, и, выйдя замуж, она обязана сохранить веру и титул.

– Да, мои дети могут носить мой титул, как и мою фамилию, - подтвердила я, - я дворянка из старейшей семьи Англии и Ирландии.

– Виктор рассказывал об этом, - заметил Боми, - но женщина должна заниматься домом и семьей.

– Я феминистка, - бросила я признанье, - карьера для меня важнее всего, я не буду ощущать себя нужной мужчине, если буду заниматься только домом.

– Ешьте, Бетти, - Нитта указала на закуски и соусы, - насколько близки ваши отношения?

– Мама, - воскликнула Кашмира, - мне кажется, это не наше дело.

– Это наше дело!

– Мы любим друг друга, - ответил за меня Фредди, - наверное, поэтому нам помогает все время Виктор.

– Виктор до сих пор влюблен в идею, поженить вас, сын мой, - я изумлено подняла глаза на Нитту, - он влюблен в эту идею уже тринадцать лет.

– Ты знал об этом? – повысив голос, я обратилась к Фредди, - знал?

– Да, - проронил он, мне хотелось устроить ему скандал, но я себя сдержала, - знал, как я приехал в Лондон он все мне рассказал. Поэтому-то я избежал из Аллен-Холла.

– Ты обманывал меня?

– Я просто не говорил тебе об этом, - Фредди сжал мою руку, я тут же вырвала ее, - я думал, ты знаешь.

Ты со мной из-за денег? – он мотнул головой, я заметила счастливую улыбку Нитты. Ах, вот оно в чем дело, она решила нас поссорить, - мы поговорим об этом позже. Я не бедна, если вы об этом. У меня будет фамильный дом, счет и конечно связи.

– Мы знаем, - ответил Боми, - знаем.

Они оценивали меня, смотря на меня, как под микроскопом. Я не нравилась им. Я не грезила о доме полном детей, не грезила, как буду встречать своего мужа по вечерам. Всего этого я не хотела. Мне нужна была музыка, что тоже было для них сомнительно. По их мнению, я не заслуживала их сына. Когда эта пытка закончилась, Нитта вежливо попрощалась со мной, Кашмира попросила заходить чаще. Сев в такси, я почувствовала опустошение. Главное правило общества я не выполнила. «Очаруй его маму, и ее сын твой».

– Что с тобой? – Фредди прижал меня к себе.

– Отвези меня домой, - попросила я, - мне нужно было побыть наедине со своими мыслями.

– Да, хорошо, - он ничего больше не сказал, и я была благодарна ему за это.

Фредди.

Через неделю мама вынудила меня приехать домой, в Гринвич. Понятно было, зачем все это – обсуждать Бетти. Нитта налила мне чаю, жаль, что Кашмиры нет дома.

– Я поводу этой твоей Бетти, - начала она.

– И чем же она тебя не устроила? – задал я в лоб вопрос.

– Она ветряная девица, не удивлюсь, если у нее окажется табун любовников, - я стиснул кулаки, какое она имеет право оскорблять ее?

– У нее я один, - процедил сквозь зубы я.

– Ты уверен? – Нитта подлила мне чаю.

– Да, уверен, - хоть я и бешено ревную ее, но в ее верности ко мне я был уверен.

– Она не пара тебе!

– Ну, конечно, - я встал, - конечно, не пара. Чертова аристократка, которая бежит от своей жизни, которой не нужны деньги, связи, фамильные украшения, которая просто ненавидит свет, к которому она принадлежит, мечтая только об одном вырваться из-под опеки своего папочки, и начать свою жизнь.

– Роберт Хомс не примет тебя.

– Да, плевал я не Роберта Хомса! – крикнул я, - плевал я на него, и его принципы! Если он надавит на собственную дочь, то считай, он ее потерял!

– Он думает о будущем своих дочерей, - Боми стоял на пороге гостиной.

– Ни черта он не думает! Только о своем кошельке, да престиже! – зло выплюнул я.

– Когда у тебя будут свои дочери, то мы поговорим об этом! – вставил отец.

– Он ничего не знает о Бетти! А, ее мать настоящая сучка! Ей совершенно по фиг, что делает Бетти, лишь бы она была послушной и смиреной.

– Не смей оскорблять леди Хомс! – Нитта тоже встала с дивана.

– У леди Хомс полный гарем любовников, об этом весь Лондон знает, только вы делает, что ничего не знаете!

– Она тебе не пара, эта малолетка, которая только и думает о своей карьере! – я обернулся к отцу.

– Ну, конечно, Бетти не пара, мои чувства не в расчет! Я ухожу!

– Знай, что мы никогда не примем твой брак! – бросил мне вдогонку отец.

– Плевать! Да, и о браке не идет пока и речи! – хлопнув дверью, я ушел.

Поделиться с друзьями: