Чтение онлайн

Когда утром я проснулась, на улице было пасмурно, и моросил дождь. Как всегда я заметила, что спала на его груди, накинула на себя шерстяную шаль и вышла на балкон. Я подняла глаза на тусклое небо, и обратила свой взор вдаль, там далеко небосвод был лазоревый, освещенный утренним солнцем. Подошел Грэг, он сжал мои плечики, которые ему всегда ужасно нравились.

– У нас сегодня запись в двенадцать, - произнес он.

– Я знаю, - глухо ответила я.

Сентябрь 1973.

Фредди.

Наше положение было бедственным, но, не смотря на это, мы продолжали делать новый альбом. Хоть у кого-то дела шли хорошо, Антонио продал свою коллекцию, купил квартиру, и у них начался с М-Джейн новая жизнь. Она помогала нам очень. Благодаря ей выходили хорошие статьи, которые придавали нам надежду. Постоянно кого-либо из нас пытались переманить на сторону конкуренты, это нас выматывало. Я пытался всех удержать, но прекрасно осознавал, насильно мил не будешь. Мы продали наконец-то за гроши наши лавку, и смогли, наконец, вложить деньги в костюмы. Юля с Катрин давали нам цельные советы, они точно знали, что нам нужно. Концерты в клубах и пабах тоже составляли нашу повседневность.

Мы прошли в зал, Мери нас ждала за столиком. Она восторженно нас всех расцеловала, радостно хваля наш концерт. После нас должен был еще кто-то выступать, но обычно после нашего пения никто уже не слушал остальных. Но в этот раз все пошло не так, и зал замер. Звучал красивый ритм, дополненный басами, что сразу же отметил Джо.

– Я поднимаюсь к тебе, в темноту… - услышал я. Я обернулся к сцене. Это была она. Это была Бетти. Облаченная в желтое платье, как вторая кожа, с черным бантом на груди, с бас-гитарой в руках, в черных туфлях на высоких каблуках.
– Лучшее для сердца лекарство, это месть, это месть, - продолжала она петь, привлекая на себя внимание зала.

– Черт возьми, это же малышка Бетти! – воскликнул Брайан, - со своими мальчиками.

– Уже не малышка, - поправил Джо, - а, как играет, просто сказка, не зря я учил ее играть на басовке.

– Такая сексуальная, - простонал Роджер, - просто секс ходячий.

– Это песня для меня много значит, я написала я много лет назад, потом много раз переписывала. А музыку на эти стихи написал один музыкант Фредди Менори, - она села на рояль, Грэг стал играть. Они сделали эту песню еще более красивой, дополнив ее изысканными звуками ударных и скрипки. Зал стал кричать, что я где-то в зале, но я не хотел быть на сцене рядом с ней. Бетти поймала звуки, исходящие от публики, - если, Фредди и Простые Вещи, здесь, то я хочу, чтобы вы любили их так же, как и нас.

Они с Грэгом менялись, пел то он, то она, мы слушали их, как заколдованные, даже не смея бросать свои комментарии. Все было просто божественно. Они точно знали, что делали, знали, как привести публику в неистовство. Они работали на «EMI», конечно, им повезло больше, чем нам. Намного больше. Перед нами поставили бокалы с шампанским, я вопросительно посмотрел на официанта.

– У ребят такая традиция, - пояснили нам.

– Классный ход, - отметил Джо. Бетти попрощалась с публикой. Они спустились со сцены, направляясь в гримерную, - Джош гений, - я заметил Анну, она что-то шепнула Бетти, та засмеялась.

– Нет, это не Джош, это Анна, - сказал я. Мери нервничала, я понимал это. Бетти так рядом со мной, - ладно пора домой.

В четыре утра мы пришли на запись, в одиннадцать мы уже заканчивали. Мы почти собрались уйти, когда услышали чужой разговор. Мы стали невольниками сцены, которая совсем не предназначалась для нас.

– Как дела Ральф? – это был Ральф Дройзон и еще кто-то.

– Моя стерва подала на развод. Сама трахалась с половиной Лондона, а поймав меня, решилась развестись.

– Развод это серьезно.

– Она спелась с этим Джеймсом Вульфом, из тех Контрастов.

– Из тех Контрастов, которые Дэвид МакОлла сказал гнобить.

– Да из этих гнид, которых должны уничтожить, вместе с этими, которые у нас, как заноза в заднице. Эти Простые Вещи. Но боюсь, у нас мало, что получиться.

– Это почему же?

– Потому что у моей женушки много связей, и она везде найдет дырку. Она стала их менеджером.

– Можно покупать, деньги многое значат.

– Мы не сможем купить всех. Анна была любовницей МакОллы, много лет назад, поэтому у них личные счеты. Ну, ничего я уничтожу ее.

Анна. Конечно, они говорили о ней. Она взяла в свои хрупкие руки Контрастов. О ней можно долго говорить, об ее характере, любовных связях, но она была крепким орешком. Значит Контрастам, как и нам, объявили войну.

Бетти.

Наша компания устраивала скромную вечеринку, пришли лучшее друзья, играла музыка, пили шампанское и наслаждались вечером. Я купила себе красивое черное вечернее платье, до колен, точеные плечики прикрывали маленькие рукава-крылышки, сделанные из тончайшего кружева. Я спускалась на высоченных каблуках по лестнице, Грэг взял меня за руку и нежно прикоснулся к ней губами.

– Шикарно выглядишь, - произнес он. Пришли Джеймс и Джон. Мы поболтали, а потом Грэг и Джеймс ушли на кухню готовить прохладительные напитки, а я с Джоном выбежала в сад, в лицо нам ударил запах осенний листвы и яблок. В этом пленительном запахе чувствовалось предвкушение сезона дождей. Солнце уже упало за горизонт и стало прохладно. Мы сели под старый шумящий дуб.

– Повезло же Грэгу! Ты просто чудо, - в его голосе звучали нотки сожаления, он положил свою руку на мою, - Мне бы найти такую, как ты.

– Обязательно найдешь, - Джон приблизился ко мне и взглянул на мою ослепительную лучезарную улыбку.

– Знаешь, я не хочу ссориться с Грэгом, он мой лучший друг и коллега, и не хочу, чтобы из-за женщины все разрушилось, поэтому не буду тебя томить и скажу правду. Я влюблен в тебя и это безнадежно, - он провел по моей щеке ладонью, я почувствовала, как все его тело напряжено и увидела в темно-голубых глазах желание. Я позволила поддаться себе этому порыву, руки обвили его шею, губы слились в поцелуи. Джона лихорадило, его разрывало сразу же два чувства: страсть и дружба, и, похоже, страсть побеждала. Мы уже лежали, мои плечи обнажены. Ко мне медленно приходил разум.

– Не надо, Джон, - я удерживала себя, чтобы не разрыдаться от отчаяния. Я не привыкла унижаться и показывать свои слабости, особенно пред мужчинами.

– Прости, просто рассудок помутнел…

– Джон я люблю тебя, но как брата и друга, - я отвернула от него свое лицо.

– Я это запомню и постараюсь забыть это ребячество, - он зашагал в сторону дома, а я дрожащими руками поправляла прическу и платье. Я пришла в себя тогда, когда подъехала машина. Это были Юля Махер и Джош.

Все разъехались далеко за полночь, но Анна уехала не одна, а с трофеем. А утром она приехала с Джеймсом, став нашим менеджером.