Чтение онлайн

– Мальчики, - по дороге я взяла бокал шампанского, Фредди оглядел меня. На мне было короткое лиловое атласное платье-плиссе. Оно свободно спадало от самой шеи, поэтому, когда дул ветер, то он обнажал лиловые шортики.

– Бетти, шикарно выглядишь, - начал Грэг.

– Не боишься, что Фредди будет возмущен, - закончил Джеймс.

– Нет нисколько, - ответила я.

– Я уже взбешен, пойдем, поговорим, - он протянул мне руку, - где-нибудь в укромном месте, - Он затащил меня в мужскую уборную, вталкивая в кабинку.

– Молодец, что надела короткое платье, - прошептал он мне на ухо.

– Все для тебя, милый, - тоже шепотом ответила я.

Рассвет приближался, и вместе с ним приходило утро, и новый день… Утром он улетел, вечером я давала концерт, и улетала на гастроли. Самые длинные, мы расставились на пять месяцев, это была самая длинная разлука в нашей жизни. Но разлуки и были сутью наших отношений.

***

Я прошла в свой номер, приглушила свет, и села в кресло у окна. Все еще дрожало после концерта, все еще не проходило ощущение эйфории, кровь еще кипела в жилах. Но все же надо остыть, а потом позвонить Фредди. Мы начали гастролировать с Европы и уже месяц, почти не отдыхали, а TSF начали с Латинской Америки.

Я почувствовала, как внутри загорелся знакомый огонек, что-то внутри зажглось, словно новая жизнь. Я положила ладони на живот, чтобы понять, что это за ощущение. Такие мысли и варианты развития событий, я быстро отвергла. Все же мне казалось, это абсолютно не возможным, особенно сейчас. Но все при таких отношениях, что у нас с Фредди были, глупо полагаться, что это не так, но лучше думать о хорошем. Утром я нашла Анну.

– Подожди пару дней, мы скоро будем в Мюнхене, - ответила она, - там будет время, сходишь к фрау Вонг.

– Тебе легко сказать, а если так я даже не знаю какой срок, с моим любовником, это может любой, - я надула губы, - ненавижу его за это.

В Мюнхене мои опасения подтвердились, срок был уже три месяца. Конечно, я была рада, что до гастролей я это не узнала, потому что пришлось бы уезжать со скандалом. Я все сказала Джошу, он был озадачен, но это был не первый случай, когда нам надо придумать, как скрыть мое положение и закончить гастроли. Я чувствовала себя очень хорошо, если не успела заметить сразу свою беременность.

– Черт еще четыре месяца работы, а я беременна, я убью Менори, - расхаживала у Джеймса и Анны в номере, в тот день, когда мы сказали все ребятам.

– Кстати, о нем, как ты ему скажешь?

– Я позвоню.

– Ну и как ты себе представляешь, «милый я беременна», ты хоть сама понимаешь, что это абсурдно, а для него оскорбительно. Он вместе со своей ревностью до такого додумается, - Анна отпила чая.

– Ну и что ты предлагаешь, - я тоже села пить чай.

– Мы в конце августа уже будем в Штатах, четвертого и пятого сентября Фредди будет в Ванкувере, приедешь к нему туда и скажешь ему, хотя он сам все уведет.

Сентябрь 1982.

Фредди.

Накинув халат, на спинку стула, я остался в одних трусах. Питер, мой секретарь, сидел в кресле и пил вино. Завтра мой день рожденье, а я должен ехать на съемки телешоу, где придется петь под фонограмму, я ненавидел это делать. Просто не понимал, как можно открывать рот без голоса, но все же придется.

Кто-то постучал, Питер привстал, но я сам решил открыть. Передо мной стояла Бетти. «Бог мой!» - подумал я, какая она была красивая сегодня. В платье с завышенной талией, ее грудь казалась еще пышнее, или это так показалось. Я хотел устроить ей взбучку, но от ее шаловливых глаз растаял. Питер наблюдал за нами.

– Бетти, - прошептал я, выходя из оцепенения. Она кинулась в мои объятья, совсем забыв обо всем. Бетти прижалась ко мне округлившимся животом, я отстранился от нее, смотря в ее глаза с недоумением, - Так нам надо поговорить! – я схватил ее за подмышки, и стал, пяться назад вместе с ней, не отрываясь от ее глаз. Она потяжелела, хотя я сразу и не понял, она так умело, скрывала все платьем, что и не поймешь в чем дело. Я посадил ее на кровать, опускаясь перед ней на колени. Питер скользнул в свою спальню, - И когда ты мне хотела все рассказать?

– Сейчас, - она улыбнулась.

– Ты ведь знала, когда уезжала на гастроли? – спросил я спокойным тоном.

– Нет, я узнала, только через месяц, когда срок был уже большой. Ну, прости меня, я и вправду ничего не знала, ну прости меня, - она запустила пальцы в мои волосы.

– А если бы знала, поехала бы?

– Да, - ответила она напрямик.

– Ну почему ты меня не слушаешь? И я тоже хорош, значит, ты была беременна на своем дне рожденье, да?

– Да, так и есть.

– Ложись спать, - я выпрямился, приглаживая волосы, - я так понимаю у тебя завтра самолет?

– Да, - она тоже встала, и подошла ко мне.

– Бетти ты же беременна, - возразил я ей.

– И что, я не могу нарушить твой обет монаха, - она посмотрела в мои глаза.

– Но…

– Если ты будешь сдержан, то все будет хорошо.

– А можно?
– я был похож на мальчишку, которому разрешили поиграть. Я схватил ее за плечи, не терпеливо снимая ее платье, нижнее белье. Я посмотрел на нее, многие мужчины считают, что беременность, портит женщину, но Бетти стала еще красивее. Я мягко опустил ее на постель, сдерживая свою неуемную страсть.

С последней нашей ночи прошло уже три месяца, я три месяца не наслаждался женским телом. Конечно, на нас засматривались фанатки, но мне кроме одной женщины никто не нужен был. Кто бы, чтобы не говорил, но Бетти была для меня жизнью, и даже больше. Я склонился над ней, она потянулась к поясу на халате, развязывая его и нежно гладя поросль на груди. Я коснулся ее губ, и застонал. Я растянулся на постели, Бетти обернула ко мне свое лицо, целуя в плечо. Я набрался решительности, и посадил ее на себя. Господи, как она была прекрасна, чем обычно. Ее волосы были словно в нимбе, окутанные лунным светом, кожа светилась каким-то волшебном мерцании, я провел рукой по плавному изгибу ее бедер, по налитой груди. Ее лицо сияло желанием. Я поддержал ее, чтобы она не рухнула на меня, потом положил ее рядом с собой.

– Я люблю тебя, - прошептала она, приникая ко мне.

– Я тоже люблю тебя, - ответил я, тоня в волнах ее нежности.

– Ты не сердишься? – она приподнялась на локте.

– Нет, ну что ты, малышка, разве можно на тебя сердиться, - я положил теплую ладонь на ее живот, Фредди ощутил движение под ладонью, - Он шевелиться!

– Уже пора, - она засмеялась.

– Ну, здравствуй сын.

– С чего бы это, мистер Бульдасар, может это девочка, - она ударила меня по груди кулачком.