Чтение онлайн

Царевне нужен герой,

Что сам шагнёт за край

И зарядит ружьё

Гранатом.

Трёхглавый зверь рванулся вперёд, пытаясь сорваться с цепи, пасть ощерена, глаза налиты кровью, пена капает с зубов.

Аластор подскочил, распахнул шкаф для одежды, внизу стоял старый сундук. Принялся открывать его, затем вскрыл второе дно. Именно там, в секретном отсеке, раньше лежал весь его арсенал. После «Чёртова Колеса» «Скиес» отобрал у него всё оружие, кроме револьвера «анфиз», просто на память. Без пуль он был бесполезен. Но остался у него ещё и кремнёвый пистолет «экивит», его Аластор получил в качестве подарка на десятый год своей службы в «Скиесе». Модель старая, скорее трофейная, он как-то раз пробовал сам стрелять из него, но лишь ради интереса. «Экивит» — «инициатор», не годился для боя, а Аластору не было нужды возиться с порохом, когда он имел столько отличных стрелковых пушек. Однако немного пороха в нём осталось… Крупная гранатовая ягода заняла своё место в стволе, заменив дробь. Он взвёл курок. Сладкий лязг стали. Открыл крышку полки, проверил наличие пороха. Кто знает, может, стал уже непригодным за эти годы? Но какая разница сейчас, если вместо пули он использует косточку? Вот бы Гектор посмеялся над тобой сейчас, — подумал он, но был слишком зол, чтобы остановиться.

Аластор приложил дуло к горлу, вертикально. Прямо через мозг. К чёрту деньги. К чёрту что-либо. «Скиес» и Гектора тоже к черту… Проглотил комок, подступавший к горлу. Так правильно.

Вдруг трехлапый пёс скромно просеменил по коридору и остановился у входа в комнату. Тихое постукивание когтей по полу стихло, грустные чёрные глаза устремились на человека.

— Ладно тебе, всё равно больше ничего не остаётся, — сказал Аластор собаке.

Пёс стоял у входа с потерянным видом и смотрел на человека. Аластор зажмурился, чтобы не видеть собаку с её грустными влажными глазами. Тут пёс принялся скулить. Так мерзко, так протяжно. Трёхголовый зверь тут же присоединился к нему.

Аластор убрал дуло от горла, направил на пса. Тот замер и замолк, глядя на человека.

Горячие слёзы бежали по щекам. Голова начинала кружиться, а зрение рассеивалось, должно быть, из-за ципуро.

Что теперь делать?

Аластор смотрел на собаку, положил палец на спусковой крючок. Затем выдохнул, отвёл револьвер, поднял глаза к потолку, вновь посмотрел на пса, снова наставил дуло.

— Да, ладно! Перестань, пес… так намного лучше, чем хромать всю свою жизнь. И намного лучше, чем остаться одному, верно? Мы с тобой одинаковые. Две хромые бешеные собаки.

Гелиос подошёл чуть поближе, так, что его нос оказался точно напротив дула. Затем наклонил голову и скромно лизнул Аластора в руку, что сжимала револьвер.

— Я многих убивал, пёс. Ты меня не разжалобишь, — прямо сказал ему человек.

… собак, правда, не убивал…

Гелиос вновь тихонько заскулил. Затем отодвинулся чуть в сторону, широко зевнул, почти завалился на бок и почесал единственной задней лапой горло.

Тут взгляд Аластора остановился на шее пса.

— У тебя разве был ошейник, Гелиос? — спросил он.

Пёс не ответил.

Аластор положил револьвер на крышку сундука. Нагнулся к собаке и принялся ощупывать тонкий ремешок, который висел у Гелиоса на шее. Вместо бубенчика или значка с адресом он вдруг увидел закреплённую маленькую женскую серёжку.

Эхо не носила украшений. У неё даже уши не были проколоты.

Но он точно помнил, кто носил.

— Машины гудели: дрох-рох-рох, платье девушки в горох, — пробормотал Аластор задумчиво, снимая серёжку с шеи пса.

Это было приглашение… и не от кого иначе, как от подражателя.

У меня появился подражатель, — подумал Аластор, услышав, как внутри него Цербер заурчал от этой фразы.

— Ладно, Гелиос… мы проверим гранат на меткость позднее… а пока соберёмся на бал.

320–336 день после конца отсчёта

Прямо на крыше одного из самых высоких зданий Харибды — гостиницы «Резиденция» стоял огромный дирижабль. На желтоватой поверхности оболочки изящным шрифтом красовалась надпись: «Икар». Кабина, которая называлась гондолой, была рассчитана на проживание 6 человек в двух каютах, расположенных в задней части гондолы. В каждой каюте располагалась одна двуспальная кровать со вторым уровнем, где мог бы поместиться ещё один человек и индивидуальная уборная с душевой кабиной. В передней части, на носу находилось кабина пилота с пультом управления и приборной панелью. Вид отсюда открывался поистине захватывающий благодаря панорамному стеклу, так что радиус обзора был очень широкий. Небольшое техническое помещение находилось сразу за пультом. Средняя часть представляла собой импровизированную гостиную с мягкими кушетками вдоль правой стены, столом посередине и небольшой кухней слева. Помещение было невероятно уютным, и девушки незамедлительно придали ему ещё больше шарма, поставив там арфу.

Система управления была автоматизирована, поэтому для пилотирования такого мощного судна не требовалось дополнительного обучения. Ника и Эльпис провели весь прошлый день, консультируясь с его прошлым пилотом — лейтенантом в отставке по имени Паллант. Это был военный старой закалки, побывавший ни на одной войне с Гипербореей. Старый седой вояка с шикарными усами, закрученными на кончиках. Он поведал им все секреты «Икара» и рассказывал о нём как о добром верном товарище. По большей части Паллант травил байки, но слушать его было отдельным удовольствием.

Вещи, в том числе музыкальные инструменты уже были погружены, «Икар» был готов отправиться в путешествие в любую минуту. Это будет его последним полётом, — подумала Ника с лёгкой тоской. Жаль было так обманывать пилота дирижабля, отбирая у него летучее судно, но они с Эльпис отчаянно нуждались в транспорте, который будет как можно сложнее отследить и найти. К тому же только дирижабль мог позволить им забраться в такие далёкие земли.

— Можно лететь, — заявила Эльпис.

Да, можно. Осталась лишь ещё одна последняя вещь.

Ника спустилась в их опустевший гостиничный люкс. Смешно, но он почти не поменялся. Даже спустя столько времени, что они прожили в гостинице, это место так и не стало им домом. Кроме личных вещей и инструментов у них с Эли не было ничего действительно памятного. Ничего, за что она бы цеплялась изо всех сил. Номер уже начали убирать. По комнатам сновало несколько сотрудниц «Резиденции». Кажется, гостиница намеревалась сдать его в ближайшее время, раз прислала столько человек для обслуживания.

Среди персонала, который озадаченно поглядывал на Нику, но не осмеливался заговорить с ней, слишком увлеченный своим делом, девушка заметила Психею.

— Можно тебя на минуту, — спросила она, положив руку Психее на плечо.

Удивлённые синие глаза пробежались по Нике снизу вверх.

— Я занята сейчас, кирие, — оправдалась юная девушка.

— Извини, это правда не займёт много времени.

— Хорошо, — смиренно согласилась она.

Ника вышла со служанкой в коридор на этаже. Метиска с удивлением смотрела на певицу. Какой же она была красивой. Уникальное смешение двух рас — самой южной и самой северной создавало ни с чем неповторимое очарование. Её смуглая кожа так потрясающе контрастировала с синими глубокими глазами и волосы казались не чёрными, а какими-то сероватыми.

Да простит меня Эльпис за это…

Ника взяла её за руку и потянула со всей силы в сторону лифта.

— Пошли. Бегом, пока никто не спохватился.

Она долго думала о том, как заговорить с Психеей. Всё произошло так быстро! Три дня назад она чувствовала себя совершенно растерянной, а вот уже сейчас они с Эльпис улетают куда-то далеко. И куда-то навсегда. Но оставалась одна единственная загвоздка — чтобы покинуть пределы этого мира, им нужно было найти тот самый портал в Океанию. Знать о нём могли лишь северные племена. Потому у Ники только сегодня утром родился план…