Чтение онлайн

Принялся окучивать картофельные ряды, показывая, как “правильно

делать”. Через час - полтора работы сказал: “Чуть - чуть посплю...

Прилягу здесь, в тенечке...”

Я, стараясь не шуметь, вскипятил чайник, поставил на стол тарелку с

хлебом и салом. Отец, проснувшись, выпил стакан чая и на мой вопрос:

”Останешься ночевать?” ответил: ”... Нет.. Пойду назад...В полночь приду

на стан...И так пропустил целый день.... А там, на хуторе, надо побыстрее

кончать...”

...Сорок седьмой год, как и многие другие, прошел в бесконечной

работе... Труднее всех было отцу: ведь только он мог сделать все нужное

семье, чтобы она чувствовала себя спокойно и уверенно. Даже с

карточками, на которые “ничего не купишь”.. Впрочем, и после их отмены

товаров в магазинах больше не станет, а очередь (теперь- “живая”,

“вольная”) по - прежнему будет толпиться на улице.... Но глава нашего

дома твердо сказал: ”Голодать не будем...” И мы ему верили...

..

11

....Отец был человеком “старой закалки”, хранителем патриархальных

семейных традиций...Он помнил хорошо “прежнее время” с его обычаями

и тревогами, работой и праздниками. Мы, мальчишки, недоверчиво

относилось к “старому” и старались не принимать участия в

торжественной “церемонии” родительских праздников. Но наше

равнодушие не могло серьезно повлиять на давно сложившийся уклад

семейной жизни. И все же что -то внешне незаметное происходило...И

накануне войны наш дом уже не казался таким крепким, сплоченным,

каким был десять лет назад. Но в тяжелые годы наша семья вновь стала

единой. Спорные вопросы, волновавшие старых и молодых. ее членов, как

– то забылись... Как оказалось, на короткое время: через два – три года

после войны они вновь заявили о себе.. И более серьезно, чем прежде

226

Начинались семейные “неприятности” в тяжелом 47-м году...

Запомнился он мне не только длинными, бесконечными очередями за

хлебом, скандалами около магазинов, неудачным сенокосом и

одиночеством на бахче... Но и событиями, непосредственно

относившимися ко всей нашей семье...

Неожиданно серьезно заболел Владимир. Около месяца он не

приходил в родной дом... Но так уже не раз бывало. Старший сын не раз

предупреждал родителей, что обязан постоянно находиться в казарме:

“Ведь служу в армии... Не могу же каждый день бывать дома...И так часто

прихожу.” Но теперь его длительное отсутствие серьезно обеспокоило

маму: “... сердцем почувствовала что -то неладное.” Шура старалась

успокоить ее: “Придет... Обязательно придет... Куда денется? ”

Действительно, брат пришел домой. И показался всем совсем другим, не

похожим на прежнего, - сильного, веселого, энергичного, уверенного в

себе. Непривычно желтое, исхудавшее лицо, тусклые глаза, болезненный

взгляд - таким предстал перед родителями Владимир. “Тебя что прибили

на службе ? ” - насмешливо спросил отец.. Но сын - в ответ - даже не

улыбнулся. Сдержанно сказал, что заболел, попал в госпиталь, домой не

стал сообщать, надеясь скоро “выписаться”, но пробыл на больничной

койке больше трех недель....Врачи нашли в его легких какое - то

“затемнение” и советовали серьезно лечиться: “.Только не сказали, как и

чем... И болезнь не назвали... Из армии пока не отпускают...Говорят, что

обязан отслужить весь срок...”

Мама назвала имя местного чудо - лекаря, с которым сыну надо

обязательно

встретиться...Отец

нахмурился:

рассказ

Владимира

встревожил его серьезно. И заставил задуматься. На следующий день он

нашел решение: “Вот что сделаем.

В Гурьеве у меня есть приятель. Еще со старых времен... Попрошу

прислать жир. Он знает, какой... Попьешь месяц - другой... И все болячки

пропадут...” Именно так и произошло. Владимир, преодолевая чувство

отвращения, три месяца принимал “казачье лекарство”, сумел избавиться

от неизвестной болезни и почувствовал себя, по его словам “совершенно

здоровым”. Или ему надоел тюлений жир?..

12

Как говорится, “пришла беда, - отворяй ворота”... Болезнь брата

напугала Шуру. Она теперь боялась, что страшная болезнь может угрожать

ее дочери...

Малышка готовилась осенью следующего года пойти в школу.. И

вдруг в доме объявилась загадочная болезнь.. Похожая на туберкулез (о

227

нем сестра знала по рассказам своих фабричных подруг). В семье никто не

произносил этого слова, но Шура уже серьезно беспокоилась: “...Не дай

Бог, еще Люся заболеет...Что тогда делать?..”

Мама не сразу поняла тревогу дочери : “Ну, что ты мечешься из угла

в угол? .. Только себя пугаешь... Ведь все прошло...” Но Шура знала, что

болезнь “не прошла” и неизвестно, когда окончательно “пройдет”. Она

решила - для себя -, что должна делать, но не начинала разговор с

родителями, так как знала, что ее слова отец не поймет и не примет. И надо

было как можно быстрее решать... ... Сначала Шура поговорила с мамой,

надеясь, что она объяснит отцу желание дочери и тот спокойно выслушает

ее: ” Нам надо жить своей семьей. Ведь вы тоже когда - то отделились... И

не плохо жили... Вот и нам хочется купить или построить свой дом...Я уже

давно не девочка...Да и мальчишки подросли. Им надо свое место в

доме...” Мама, кажется, поняла Шуру.. Однако спросила :

“ А как же мы?. Без помощников?.. Ведь уже не молодые... А что