Чтение онлайн

мальчишки? От них какой прок?.. Все на сторону глядят... Вот - вот

убегут...” На вопросы мамы дочь не смогла ответить: она не знала, как

может сложиться ее новая, “своя” жизнь...

О том, что произошло дальше, когда отец узнал о желании дочери, не

хочется вспоминать...Вспыльчивый казак не сдержал своего самолюбивого

и жесткого характера и наговорил дочери и зятю много такого, о чем

потом жалел...Он, кажется, так и не понял, почему молодая семья решила

жить самостоятельно.... Сестра и зять покинули родительский дом, “сняли”

небольшую комнату на одной из центральных улиц, в полуподвальном

помещении: лишних денег у них не было, поэтому согласились на дешевое

и неудобное жилье. Оно было хуже той светлой комнаты, которая

принадлежали Шуре в нашем доме... Полгода семья продержались там, но

затем вынуждена была переехать (дочь стала кашлять) в другой район, на

окраину города, недалеко от Красного яра...

Так началась “бродячая жизнь” сестры, длившаяся многие годы. В

постоянных заботах о муже и детях (в начале пятидесятых в семье родился

мальчик). ..... .

... Отъезд дочери не просто обидел, а всерьез оскорбил отца. Он был

всегда уверен, что ничто не может осложнить его жизнь вместе с детьми, и

вдруг - неожиданное решение дочери: “Ведь так жили и живут многие в

городе... А нашим неизвестно что подавай..”. Действительно, именно т а к

к о г д а - т о жили уральские казаки.... И не только они... Но время

изменилось и вместе с ним изменялись люди и их взгляды ...

Лишь через полтора - два года отец простил дочь и восстановил с ней

и зятем прежние теплые, сердечные отношения... Может, тогда он

вспомнил далекие годы, когда начинал свою “отдельную” жизнь?..

228

13

Попытка отца создать летом 48 -го года очередную артель - бригаду

оказалась неудачной.. Его старые товарищи искали и находили

постоянную работу, поняв, что случайными заработками семью не

прокормить. Они не хотели трудиться “по временному найму”, так как

знали: нужны “хозяину” лишь неделю - месяц, пока грузят и возят, рубят

и пилят, косят и скирдуют. По окончании этого срока приходилось вновь

начинать поиски работы, опять с кем - то договариваться, беспокоиться и

пр.

Отец тоже хотел жить и трудиться без тревог о завтрашнем дне.

Возвратиться в “Гуж”?. Но оказалось, что никто не заинтересован в его

восстановлении. Да и лошадей в городе почти не осталось, и извозчики

“совсем пропали”. На улицах с утра до вечера шумели моторы и мелькали

машины...

Возвратившийся из далеких сибирских “особых мест” младший брат

Александр занялся “неказачьей” работой (пастух) и предложил отцу

“гонять” коров в степь, за Чаган. Признался: “Устал от машины, все годы

шоферил в тайге под надзором, а здесь я - свободный ...” Отец отказался

от предложения брата: ” И возраст уже не тот, да и бегать за коровьими

хвостами не приучен..” .Он все еще надеялся найти такое место в

нынешней, непростой жизни, которое позволяло бы ему заниматься

привычным делом в городе, на бахче и в лугах . Однако ничего

подходящего пока не находилось...

После отъезда дочери отец заметно изменился: часто бывал

раздраженным, куда - то уходил, неохотно разговаривал с

сыновьями...Наверное, искал или решал что - то важное для себя. Наконец

неожиданно сказал, что вновь решил стать “самостоятельным человеком”.

Забыв о казачьем честолюбии, отец купил рабочего быка (вола) и ярмо:

”Дешево отдали, а лошадь нынче дорого стоит...”.

Итак, в доме объявился “бычий хозяин”.. Отец, чувствовал себя

неуверенно, но все же старался сохранять спокойствие: “Ну, да ладно...Как

– нибудь приучу к делу эту тварь...” Ему удалось быстро привыкнуть к

новой домашней “скотине” и умело управлять ею (на сенокосе

приходилось), но при встрече с приятелями испытывал чувство стыда: “Не

наше это дело - ездить на быке и кричать: цоб - цобе...”

В доме без Шуры и ее семьи установилась непривычная тишина..

Жизнь становилась непонятной, непривычной и странной. Я не совсем

понимал

себя,

испытывая

противоречивые

чувства.

Радость?

Разочарование? Обида? На кого? Все казалось необъяснимым и

229

загадочным...Костя и я стали, как говорил отец, “разбегаться по разным

углам”. Правда, мы по - прежнему занимались не только школьными, но и

домашними делами.. Последние, в основном, теперь приходилось

выполнять младшему брату. .На нем - вода из дальнего колодца, уход за

коровой, уборка мусора во дворе и пр...

Я в то лето ( 48-й год) сдавал выпускные экзамены. Мама освободила

меня от повседневных “тяжелых” дел. Целый день я сидел над учебниками

и решал задачи... Вечером часто встречался со своими одноклассниками и

девушками из первой школы.. Мы поздравляли друг друга с успешной

сдачей очередного экзамена, вели веселые разговоры и шумные споры о

новых фильмах и книгах, институтах и будущей профессии.. Молодые,

уверенные в себе, спешили в нашу будущую светлую и счастливую

жизнь...

Случайно среди выпускниц оказалась девочка - восьмиклассница...

Говорили, что ее привело на наши встречи полудетское любопытство. Ей

хотелось узнать: ” Какие ребята появились у старших подруг, живущих

рядом ?.. И о чем они могут разговаривать... Неужели только об экзаменах

и институтах?” И трудно ( пожалуй, даже невозможно) было тогда

предположить, что эта тихая, застенчивая, не принимавшая участия в

наших беседах, но внимательно слушавшая речи выпускников девочка Оля