Чтение онлайн

– Вот именно! – резко ответил я. – Вы еще можете спасти ваши головы. Вы сейчас еще можете приступить к работе в таком количестве, какое необходимо для того, чтобы эту работу произвести.

– Ну, раз вы угрожаете… – начал Чарльз Дэвис, но грозный взгляд висельника заставил его умолкнуть.

– Ну, ладно, в чем там у вас дело? – спросил Берт Райн. – Выкладывайте!

– Все это в ваших же интересах, – ответил я. – Надвигается шторм, который сбросит все эти развернутые паруса и реи на ваши же головы. Мы здесь, на корме, находимся в безопасности. Рискуете только вы, и вам надо позаботиться о том, чтобы поднять всех ваших бездельников, послать их наверх и сделать все, как полагается.

– А если мы этого все же не сделаем? – дерзко спросил он.

– В таком случае вы рискуете собственными жизнями – и больше ничего! – небрежно ответил я. – Я хотел лишь обратить ваше внимание на то, что одна из этих стальных рей проломит прикрытие вашего бака, как яичную скорлупу. Вот и все!

Берт Райн взглянул на Чарльза Дэвиса, как бы ожидая подтверждения моих слов, и тот молча кивнул.

– Нам надо сначала посоветоваться, – произнес висельник.

– Хорошо, в таком случае, я даю вам на это десять минут, – согласился я. – Если по истечении десяти минут вы не начнете убирать паруса, будет слишком поздно. И тогда я всажу пулю в первого же, кого увижу.

– Ладно, мы переговорим об этом между собой.

Когда они повернулись, я крикнул:

– Один момент!

Они остановились и обернулись ко мне:

– Что вы сделали с мистером Пайком? – спросил я. Берту Рейну не удалось скрыть свое изумление.

– А что вы сделали с мистером Меллером? – задал он встречный вопрос. – Скажите нам, и мы ответим вам.

Я не усомнился в искренности его изумления. По-видимому, мятежники считают нас виновниками исчезновения мистера Меллера точно так же, как мы считаем их виновниками исчезновения мистера Пайка. Чем больше я об этом думаю, тем больше эта история напоминает мне рассказ о Килькеннийских кошках: случай взаимного истребления.

– Еще один вопрос! – крикнул я. – Где вы достаете пищу?

Берт Райн засмеялся своим беззвучным смехом. Лицо Чарльза Дэвиса приняло выражение таинственности и превосходства, а Карлик выскочил из-за угла рубки и начал танцевать победную джигу.

Я вынул часы.

– Помните, – напомнил я. – В вашем распоряжении только десять минут, в течение которых вы можете сделать свой выбор!

Они повернулись и пошли, и еще до того, как окончились назначенные десять минут, вся их команда убирала и приводила в порядок наверху паруса и снасти. Все это время дул северо-западный ветер. Вдоль снастей вновь понеслись песни пробуждающегося ветра – старые, хорошо знакомые песни, похожие на звуки арфы. А люди наверху – я думаю, это от недостатка практики – работали слишком медленно.

– Было бы хорошо, – заметила Маргарет, – верхние и нижние марсели поставить так, чтобы мы легко могли управлять ими. Это придаст устойчивости судну, и нам удобнее будет лавировать.

Я воспользовался этой идеей и этим много выиграл.

– Вы бы лучше подняли верхние и нижние марсели для того, чтобы легче было управлять судном! – крикнул я висельнику, который, как настоящий помощник, отдавал приказания с крыши средней рубки.

Он немного подумал над моим советом, затем отдал соответствующее распоряжение, которое стали выполнять уже подчиненные ему кокни, Сёндри Байерс и Нанси.

Я же приказал Тому Спинку стать у давно бездействовавшего штурвала и по компасу взять курс прямо на восток. Таким образом, ветер оказался у нас за кормой, и «Эльсинора» под прекрасным бризом плавно понеслась по воде. Прямо на востоке, на расстоянии тысячи миль от нас, лежал берег Южной Америки и порт Вальпараисо!

Странно, но никто из мятежников не воспротивился моему распоряжению, и после того как стемнело, когда под дуновением все усиливавшегося ветра мы быстро неслись вперед, я послал моих людей на крышу рубки для того, чтобы снять реванты с бизани. Это был единственный парус, который мы могли ставить, убирать и всячески контролировать. Правда, еще со времени обхода мыса Горн бизань-брасы сзади на корме все еще были оснащены, но сами паруса находились в руках мятежников. Маргарет, стоя в темноте рядом со мной, тепло пожала мне руку, и тут мы оба затаили дыхание, пытаясь почувствовать, как растет и усиливается скорость «Эльсиноры».

– Я никогда не хотела выйти замуж за моряка, – сказала она. – Я считала, что находилась бы в полной безопасности, живя с таким сухопутным человеком, как вы. Но вот вы здесь, и все фокусы моря уже внедрились в вас, и вы ведете судно на восток, в порт, как настоящий моряк. Я так думаю, что скоро увижу вас с секстантом в руках, по солнцу или звездам вычисляющего положение судна.

Прошло еще четыре дня. Ветер уже прекратился, и мы находимся на расстоянии не более трехсот пятидесяти миль от Вальпараисо. И «Эльсинора», благодаря мне и моей непреклонности, легко и плавно несется по морю, подгоняемая легким бризом.

Во время наивысшего напряжения ветра мы проходили по восемь и только иногда по девять узлов. Но меня очень беспокоило то, что мятежники так покорно соглашаются выполнять мою программу. Им были достаточно известны элементарные географические понятия, и они, несомненно, знали, что я делаю. В их власти оставался полный контроль над парусами, и, тем не менее, они не препятствовали мне направлять судно к берегам Южной Америки.

Больше того! Когда на утро третьего дня ветер стих, они полезли наверх, поставили брамсели, бом-брамсели и подтянули их к ветру. Это было слишком для моего саксонского разума, и я повернул судно через оверштаг и оставил руль.

Мы с Маргарет сошлись во мнении, что их план заключается в том, чтобы подойти к земле как можно ближе и бежать с судна на шлюпках.

– Но ведь мы не хотим, чтобы они бежали! – заявила она со сверкающими глазами. Нам нужно в Сиэтл. Они обязаны вернуться к своей работе. И они сделают это в самом скором времени, потому что начинают голодать!

– Как жаль, что с нами нет настоящего моряка! – возразил я.

Она сразила меня своей презрительной усмешкой.

– Вы, литератор и специалист по книжной части! Да ведь вся «морская кровь» в вашем теле говорит за то, что вы в один миг, еще до того, как я перестану издеваться над вами, способны усвоить всю теорию навигации. Больше того, не забудьте, что я в состоянии исполнять матросские обязанности. Да знаете ли вы, что любой тупоголовый мужик, пройдя шестимесячный курс в морской школе, уже знает свое дело. А для вас это – дело на шесть часов, не больше, если не меньше! Если же после часового чтения и часовой практики с секстантом вы все же не сумеете вычислить широту и определить положение судна, то предоставьте это мне.

– А вы справитесь с этим?

Она покачала головой.

– Я думаю, что, как ни мало я знаю, я знаю достаточно для того, чтобы вести наблюдение за меридианом. Полагаю, что научусь этому за пару часов.

Совершенно невероятно, но после того как порывистый ветер перешел в мягкий бриз, он снова задул с неимоверной силой. При том состоянии, в котором сейчас находилось судно, это положение вызвало тревогу во всей команде на баке.

– Поднимите реи! – закричал я Берту Райну, который удалился ото всех для совещания с Чарльзом Дэвисом и кокни.

– А вы продолжайте плыть по ветру, и тогда не придется ставить паруса! – ответил мне висельник.

– Ах, вот что: вам хочется поскорее на сушу попасть, а? – засмеялся я. – Проголодались, что ли? Прекрасно! Так я вам доложу, что вы на землю не попадете или же попадете эдак лет через тысячу, а к тому времени все марсы свалятся вам на головы!

Я забыл сказать, что все это происходило вчера днем.

– А что вы намерены делать, если мы поставим паруса? – спросил Чарльз Дэвис.

– Да поплывем от берега, – ответил я, – и я приведу всю вашу свору в открытое море, где голод вынудит вас приступить к исполнению своих обязанностей.