Чтение онлайн

– Сто русские люди здесь делают? – спросил боец марксистско-ленинской армии.

– Нашего товарища без суда и следствия бросили в тюрьму на этом острове. Мы пришли его выручать.

– Товарис. Свобода. Коросо, – более доброжелательно произнес китаец, а затем что-то отрывисто скомандовал.

С деревьев соскочили еще четыре бойца марксистско-ленинской армии Мао, вооруженные до зубов. Двое тащили переносные ракетные комплексы, похожие на советские «Стрела 2М».

– Вам надо идти с нами, – приказал тот же китайский боец, по тону его слов можно было понять, что он командир отряда.

Пятеро китайских партизан фактически повели российских десантников через джунгли только им известными тропами. Тем временем в кронах деревьев закричали птицы, загомонили животные. Солнце быстро поднялось. Начался день.

И тут над головами десантников и китайских партизан посыпались ветки. Над лесом показался вертолет, из него начали вести огонь из крупнокалиберного пулемета. Было ясно, что с воздуха их засекли, скорее всего по тепловизору. Но винтокрылая машина не приближалась – пилот остерегался выстрела ракеты «земля-воздух».

– Быстрее! – подгонял всех командир.

Его беспокойство было оправданно. Вертолетчик передал об обнаружении партизан местным военным, и те в их сторону выдвинули подразделения солдат.

– Будете воевать вместе с нами, – предложил китайский командир. – Несколько наших доблестных воинов тоже были брошены предательским филиппинским правительством в тюрьму на этом острове. У нас с вами одни цели.

– Конечно, мы поддержим вас, – нахмурился Батяня.

Хотя освобождение Рождественского было важнейшей задачей, но пока другого выхода не было. Если бы во время боя российские десантники попытались улизнуть, то китайские партизаны расценили бы это как проявление трусости, могли пустить пулю в спину, а потом распустить слух о предательстве русских.

– Если напоремся на филиппинцев, придется воевать, – сказал своим майор Лавров. – Капитан, тебе выговор за то, что не осмотрел как следует деревья.

– Да я смотрел… Андрюха, глянь сам на них – это же карлики. И тем более они умело прячутся.

– Не оправдывайся – не люблю. Короче, задача – выжить любой ценой. И выйти к тюрьме. А там кто из нас останется – действует по плану.

– Шутишь, Батяня? – произнес Илья.

– Нисколько. Я на месте филиппинцев обложил бы со всех сторон этих партизан и просто выкашивал бы очередями квадрат за квадратом. Так что будет жарко.

– Понятно, – криво усмехнулся Ростислав. – Не люблю воевать в рядах чужих армий. Не знаю, как эти китайцы себя поведут.

Впереди идущий боец марксистско-ленинской армии Мао остановился, поднял руку.

– Внимание!

В джунглях оглушительно прозвучали автоматные очереди.

Китайцы разбежались по лощине, залегли. Открыли встречный огонь. Каждый из российских десантников быстро нашел себе естественное укрытие, взял автомат на изготовку.

Завязался бой. Автоматные очереди прошивали воздух. Их усиливало лесное эхо. Батяня в прицел увидел каску, украшенную зелеными ветками, спустил курок. Пуля с тупым звоном пробила металл. Простреленная каска опустилась за пригорок.

– Этот больше не выстрелит, – зло проговорил майор Лавров.

Через пару секунд метрах в трех от Батяни взорвалась выпущенная из подствольника граната. Китайский партизан с истошным воплем скатился на дно лощины. У него из рук выпал «калашников». Он, весь окровавленный, распластался и замер.

«Вот и первая потеря у нас», – отметил про себя Лавров. В ту же секунду он заметил, как ему машет командир китайских партизан.

– Черт, что ему надо? – выругался Батяня, но все-таки пополз к нему.

Со стороны наступающих раздались выстрелы в сторону Андрея. Но «заработал» Прошкин – своими очередями прикрыл передвижения Лаврова. Несколько бойцов марксистско-ленинской армии, а затем и Ростислав поддержали Илью. Огонь получился настолько плотным, что наступающие растерялись. Они на некоторое время затихли.

Получив сообщение от пилота вертолета, командиры трех подразделений внутренних войск Филиппин, не мешкая, выдвинули своих солдат в квадрат, где был обнаружен противник. Первое подразделение наступало «в лоб» и с ходу пошло в атаку. Однако ответный огонь партизан оказался неожиданно плотным, поэтому солдаты чуть отступили и стали дожидаться подхода подкрепления. Одно подразделение приближалось к противнику с тыла, другое – с левого фланга. Переговорив по рации, командиры всех трех отрядов отдали приказ о начале огня. В сторону партизан с трех сторон одновременно раздались автоматные и пулеметные очереди. Солдаты патронов не жалели – они тащили с собой ящики с боеприпасами, только успевай перезаряжать. Чуть ли не каждый квадратный сантиметр лощины был плотно нашпигован пулями.

Ничто живое не могло в ней выжить: ни зверь, ни птица, ни тем более человек. Когда огонь прекратился, в джунглях настала тишина.

– Вперед! – Командиры филиппинских подразделений отправили в лощину разведчиков.

Те обнаружили только одно тело китайского партизана, полностью изрешеченное и обезображенное пулями. Остальных бойцов марксистско-ленинской армии Мао и российских десантников и след простыл. Это было удивительно. Правда, один фланг – правый – во время боя оставался неприкрытым, поэтому начальник операции резонно решил, что противник ушел именно туда, и отправил в ту сторону своих солдат.

Над джунглями острова снова начал наматывать круги вертолет.

В тюрьме закончился обед. Во время его к Харлампиеву подходили «заинтересованные» представители всех «семей».

– Ну что, начинаем?

– Ждите моего сигнала. Надо все точно рассчитать, – уклончиво отвечал Дмитрий.

– Мне сказали, что на причале стоит теплоход, – сообщил Нгуан Тхао, – мы думаем, или сегодня, или никогда.

– О пароходе это точная информация? – уточнил Дмитрий.

– Да. Будет, как всегда, стоять до завтра, – ответил вьетнамец.

– Странно, почему он пришел раньше? – задумался Дмитрий.

– Не знаю… – пожал плечами Нгуан Тхао. – Из моих людей готовят команду грузчиков.

– Давай немного осмотримся. Надо все обмозговать, – предложил Харлампиев.

– О’кей. Чуть что – мы готовы в любую минуту. – Нгуан Тхао отправился к своим.

Сразу же после обеда Харлампиеву пришла малява от китайского авторитета Линь Вэйдуна. В ней было написано:

«Если «белое братство» не начнет, мы начнем сами. Сегодня наш день. Защитники Востока».

– Черт, обстановка накаляется, – сказал он Ван дер Венделю. – Чувствую, я сегодня их не сдержу.

– Если они начнут, а мы их не поддержим, они нас будут считать предателями.

– Да знаю я… – со злостью произнес Харлампиев. – А что делать с Папой Карло?

– Одно из двух, – невозмутимо сказал голландец, – или оставить его в тюрьме, или брать штурмом карцер.

– Карцер… Он как крепость, – выдохнул Дмитрий.