Чтение онлайн

— Свободны, — небрежно проговорил «большой чин», и исполнители почти мгновенно испарились из комнаты, а потом хлопнула входная дверь. — Не обижайтесь на моих людей. Они выполняли приказ. Полагаю, они были корректны?

Саша вспомнила про «паузу», которой ее когда-то обучала Алена Калязина. Если хочешь занять выгодную позицию в беседе, следует дать собеседнику выговориться. И тем более это важно, когда ты с ним беседовать совершенно не желаешь. Поэтому она решила слушать дальше.

— Я понимаю, — улыбнулся «чин», — что вы недовольны настойчивостью, с которой вас попросили приехать сюда. Но вы сами виноваты, Александра Николаевна. Зачем нужно было скрываться? Зачем напяливать этот ужасный наряд? Кстати, вы абсолютно не умеете менять внешность, никогда больше не делайте этого. Вот уходить от преследования — это да, тут вам нет равных. Наверное, много книжек про шпионов прочли?

— Может быть, вы как-то представитесь? — Саша решила, что ее молчание было уже достаточно долгим.

— Иван Иванович, — кивнул вошедший. — Думаю, что это имя лучше имени Никак.

— А фамилия случайно не Аржанухин?

— Аржанухин? А вы уже знаете про Аржанухина? Успели встретиться с Аркадием Брыкиным?

Саша снова решила помолчать.

— Тогда непонятно, отчего вы медлите, — сказал «Иван Иванович». — Эти документы следует срочно предать гласности. Российская и зарубежная общественность должна узнать истину. Странно, что и Брыкин не торопится это сделать, и вы. Ведь так оперативно вы послали в эфир материал об эпидемии. А документы Аржанухина — просто сенсация. Или вы не согласны?

— Где он? — спросила Саша.

— Странно, — рассмеялся «Иван Иванович». — Я полагал, что вы спросите меня, кто я.

— На этот вопрос вы как раз ответили, — улыбнулась Александра.

— Да, конечно, — «Иван Иванович» улыбаться перестал. — Странно было бы вас недооценивать. Если вы не умеете перевоплощаться, это не означает, что вы дура.

— Спасибо, — с серьезным видом проговорила она. — Так где же Аржанухин?

— Понятия не имею, — произнес «Иван Иванович». — Он нас теперь абсолютно не интересует. Он свое дело сделал. Документы передал, подлинность их очевидна. Это вам скажет любой эксперт. Теперь дело за вами, Александра Николаевна. Действуйте во имя торжества добра и справедливости. И ничего не бойтесь. Те люди, которые строят против вас козни, уже проиграли. Мы не дадим вас в обиду.

— Вы пригласили меня сюда, чтобы это сказать? — спросила Саша.

— По большому счету, да, — кивнул «Иван Иванович». — Мы на вашей стороне.

— Люди, которые строят мне козни, — представители властных структур, — нахмурилась Саша. — А вы, стало быть, из какой-то подпольной организации? Иначе зачем устраивать встречи на конспиративной квартире?

— Это не конспиративная квартира, — усмехнувшись проговорил «Иван Иванович». — Мы ее сняли на несколько дней. Чтобы спокойно поговорить с вами. Чтобы вам было где переночевать спокойно. Не гулять же нам на улице, где вас под белы рученьки подхватит любой местный мент. Впрочем, теперь вряд ли подхватит. Мы вас будем охранять.

— Я тронута, — заметила Саша. — У меня к вам больше нет вопросов. А у вас?

Было видно, что «Иван Иванович» слегка растерялся. Видимо, от журналистки ожидалось большего интереса к его персоне. Но у Александры, действительно, больше не было вопросов. Главное она поняла.

— Вы не хотите узнать, почему мы на вашей стороне? — спросил он, пытаясь скрыть растерянность.

— Вы уже ответили, — сказала Саша. — Во имя торжества добра и справедливости. Что же тут удивительного?

— Что вы собираетесь делать с документами? — спросил он, хмурясь.

— А вот на этот вопрос, уважаемый Иван Иванович, я вам ответить не могу, — улыбнулась она. — Я не знаю, что обычно делают с вещами, которыми не обладают.

— Что? — теперь «Иван Иванович» уже не скрывал растерянности. — Но разве вы не встречались с Брыкиным в районе Холмов? И он не передавал вам документы?

— Ни в районе Холмов, ни в другом районе мы не встречались. Несколько дней назад он приходил к нам на дачу. Но тогда у него никаких документов при себе не было. А потом он пропал.

Теперь настало время паузы для «Ивана Ивановича». Только он ее специально, как Александра, не выдерживал. Он пытался думать…

Из ванной комнаты выглянул Аркадий Брыкин.

— Мне очень приятно, — прошептал он и протянул Фанни руку. — Но как вам удалось меня разыскать?

— Вы… Аркадий… Брыкин… Это невероятно, — заикаясь и произнося некоторые слова на своем родном языке, сказала Фанни. — Меня просили вас разыскать, но здесь я… совсем по другому делу. О, черт!

— Простите, я не понял, — переспросил Аркаша. — Кто просил вас меня разыскать?

— Руководитель комиссии по экологии, которая сейчас находится в Новоладожске, — ответила Фанни быстро. — Но сейчас мне срочно нужна ваша помощь. Вы знаете, кто живет в квартире напротив?

— Пенсионеры, муж и жена, — ответила Мариночка, все еще не справившаяся с недоумением. — Только они каждое лето уезжают к родственникам. Куда-то на Алтай. А что?

— Я почти уверена, что сейчас в этой квартире находятся бандиты, — выпалила Фанни. — Которые похитили журналистку Александру Барсукову.

Брыкин истерически засмеялся.

— Девушка! — задыхаясь от смеха, проговорил он. — Как вас зовут? Вы и правда из Швеции? Или вы работаете в эфэсбе?

— Я не могу вас просить, чтобы вы вышли и позвонили в эту квартиру, — сказала Фанни, рассердившись. — Это сейчас сделаю я. Но если меня туда затащат… надо, наверное, звонить в милицию.

— Но этого не может быть! — закричал Брыкин. — Александра Барсукова, которую повсюду разыскивают, здесь! В квартире напротив?!

— Успокойся, Аркадий! — вдруг прикрикнула на него Мариночка. — Выпей воды. А лучше я сейчас тебе валерьянки накапаю. Не беспокойтесь, девушка. Я сейчас туда зайду. По-соседски. Даже если там бандиты, они вряд ли со мной что-нибудь сделают. В худшем случае не откроют. Мы сейчас все выясним.

— Не ходи! — громким шепотом взмолился Брыкин. — Это ловушка. Они хотят нас уничтожить.

— Если это так, почему бы это не сделать в моей квартире? — тоном матери, уговаривающей ребенка, произнесла его подруга. — Не волнуйся, все будет хорошо.

И она решительными шагами направилась к выходу. Но прежде чем выйти, прильнула к дверному глазку. На некоторое время в квартире воцарилась тишина, только слышно было, как тяжело дышит Брыкин. Потом Мариночка выпрямилась и обернулась к присутствующим. Лицо ее было растерянным и бледным.

— Кажется, девушка права… — пробормотала она и схватилась за сердце. — Это они. Я узнала их. И они вышли. Надо звонить в милицию. Или сначала позвонить в дверь? Вдруг она еще жива?

— Господи, Мариночка, что ты несешь? — экспрессивно прошептал Брыкин. — Кто они? Почему — еще жива? Или вы на пару с этой девицей сбрендили?

— Это ты сбрендил! — возмутилась вдруг Мариночка. — Сидишь тут, нос боишься высунуть. А Саша твоя в это время борется… или боролась. Это были те же самые люди, которые увезли человека, передавшего тебе документы у почтамта.