Чтение онлайн

— Да. Только…

Но продолжения не услышала. Потому, что уже открывала дверь.

— Привет! Вы не ждали, а мы припёрлись! — Фраза, оригинальная донельзя. Но ничего другого на тот момент не сочинилось. — Я соскучилась, Кир!

— Елизавета Андреевна, здравствуйте. Вы не могли бы немного подождать, пока я закончу разговор?

Только сейчас заметила, что взгляд Кира метнулся сначала на меня, а потом на кого-то, сидящего в глубоком кресле. Этот "кто-то" высунулся, из любопытства, и спрятался обратно.

— Хорошо… — И попятилась обратно… И дверь за собой аккуратно прикрыла.

— Аня… Юрьевна… — Она смотрела внимательно, изучая мою реакцию, и ждала чего-то. Бровь приподняла, видимо, надеясь помочь мне окончить фразу. — А это кто там сидит у него?

Даже не знаю, что меня больше огорошило: холодный, отстраненный тон Кирилла, его мечущийся взгляд, или эта серая зализанная тетка, что сидела в его кабинете. Та, с которой он предпочел общаться, вместо меня…

— А, Лизонька! Ты разве не в курсе? — Снова очень выразительный взгляд. Только вот, хрен понять можно было, что он выражал…

— Смотря чего. Поделись, пожалуйста. Я тогда пойму, на сколько в курсе…

— Так замену же тебе подбирают, нет? Мы еще удивлялись все, куда ты собралась, и почему никого из наших не предложила на своё место…

Она впилась в меня глазами, внимательно впитывая каждое движение, каждое изменение мимики… Любопытство — её основная черта, которая не позволяла вылезти ни сочувствию, ни злорадству. Все эти чувства причудливо перемешались на лице секретаря.

— А… — Сейчас было главным не показать ни удивления, ни обиды, ни ошеломленного разочарования. Не хлопать глазами, не кривить губы слишком скорбно. — Почему такая страшная-то? Она как на переговоры ходить будет?

— Да симпатичная, вроде… Не такая, конечно, яркая, как ты, но все же…

— Ладно. Это ерунда. Раз Янкевич занят, сбегаю в отдел кадров, а потом еще зайду. Свистнешь на мобильный, когда он освободится, хорошо?

Едва получив подтверждающий кивок, я устремилась в сторону кадровиков. Не хотелось затягивать разговор и наблюдать, как на лице Анны выражение любопытства сменяется жалостью и сочувствием. Этого я бы не перенесла.

Рванула по коридору размашистыми шагами, позабыв и про шпильки, и про платье мини… Только дважды одернув юбку, неприлично позущую вверх, опомнилась, немного сбавила темп. Заодно и выдохнула. Вспомнила, между прочим, что умею справляться с яростью и гневом. На специальных тренингах учили, и эта наука помогала всегда, во всех сложных случаях, вплоть до встречи с Кириллом.

— Девочки, всем привет! — Ввалилась в отдел, уже нацепив на лицо лучезарную улыбку. Помирать — так с музыкой, так решила. Спрятаться и пожалеть себя успеется и потом, а на людях я должна была выглядеть сильной и счастливой.

— О! Лизон! Привет! Какая смугляночка… Ты где отдыхала? — Девчонки засыпали вопросами со всех сторон, так, будто не виделись пару лет, а не какие-то несчастные полторы недели.

— Девчат, я по делу. Чуть позже забегу поболтать. А где у нас лежат образцы заявлений? — Крутила головой в поисках заветной папки, но никак найти не могла…

— А! Так тебя Кирилл Владимирович сюда отправил? — Юлечка, руководитель отдела, уже протягивала мне бланки. — Я же ему сразу говорила, что без заявления и твоей подписи на приказах, все это не имеет никакой силы.

Даже присела, на первый попавшийся стул.

— "Все" — это что, Юль? Я, вообще-то, увольняться пришла…

— Зачем? Тебя еще перевести не успели, приказ не проведен, в книжку запись не вносили… Увольняться сейчас никак нельзя. — Милое личико Юли хмурилось, она не любила непорядок в кадровых процедурах. А мои шарики активно съезжали куда-то за ролики…

— Э… Лиза, а давай, тебе Кирилл Владимирович все объяснит? — В чем нельзя отказать Юляшке, так это в умении ориентироваться в обстановке. Мгновенно смекнула, что мой тон не несет за собой ничего хорошего, и тут же решила съехать с темы.

— Нет. Показывай, что я должна подмахнуть, какие написать заявления, и что еще там нужно сделать? А потом я уже уволюсь.

— А я не приму от тебя заявление об уходе без подписи директора. — Она тоже умела проявлять твердость. Как-никак, начальник отдела…

— Хорошо. Отправлю по почте. С уведомлением. А остальные бумажки будете разгребать без меня. Пусть лежат в деле без подписей. Их еще и оспорить будет можно.

— Лиз, давай, не будем ссориться, а? Ты же понимаешь, я — птица подневольная, мне за это платят деньги.

— И чего ты хочешь? Обнимемся, расцелуемся и разойдемся по-хорошему?

— Сходи, пожалуйста, к Янкевичу. Вы там с ним разберитесь, а я потом все сделаю, как скажете..

Тут у нее забренчал внутренний телефон. Извинившись, Юля подняла трубку, ответила, тут же переменившись в лице:

— Да… У меня… Да, сейчас передам, конечно же… Нет, ничего не объясняла, ничего не принимала… — Потом она долго молчала, выслушивая долгий монолог, только кивая головой, будто собеседник мог её увидеть… А потом взмолилась. — Кирилл Владимирович, пожалуйста! Договоритесь без меня, сами… Я себя как меж двух огней чувствую…

Еще пару раз кивнула, а потом закончила разговор.

Уставилась на меня, чуть не со слезами на глазах:

— Иди к нему! Пожалуйста…

Я могу долго, изощренно и упрямо сопротивляться, когда кто-то давит грубой силой. Но на такие вот слезные просьбы не ответить не в состоянии. Юля не сделала мне ничего плохого, зачем её обижать?

Вздохнув, поднялась с уже ставшего родным стула и поплелась обратно. Не зная, о чем и думать, к чему готовиться.

И уже на подходе к двери, из которой не так давно выскочила, вдруг решила: "А какого хрена? Я в отпуске, между прочим. Не должна я к нему в кабинет идти…"

Мысль понравилась. Несомненно. Поэтому снова развернулась и, совершенно не торопясь, побрела на выход…

Так же не спеша, добрела до своей ласточки, прислонилась к её нагретому солнцем боку, откинула голову назад, подставляя лицо теплым ласковым лучам… Какое на редкость сухое и теплое лето выдалось в этом году, совсем не питерское…

Совсем забыла о решении бросить курить. На автомате полезла в сумочку за сигаретами, долго в ней рылась, уже точно зная, что пачки там нет… Но надежда не оставляла. Какая дурацкая и ненужная штука, эта надежда… Только агонию продлевает…

— Лиза, ты же бросила. Зачем опять? — Удивительное дело, Янкевич. Собственной персоной.

Я долго буравила его взглядом. Усиленно сочиняла колкую ответную гадость. Не вышло. Поэтому, просто молчала и смотрела.

— Ладно. Держи мои. — Вздохнув, протянул пачку.