Чтение онлайн

В небольших лирических произведениях гекзаметр употреблялся в чередовании с пентаметром — «пятимерным». Это элегический дистих, или элегическое двустишие.

(II, 42 ; см. также III, 67 ).

Античный пентаметр действительно пятимерен: каждое полустишие состоит из двух с половиной стоп –––|–––.

Русский пентаметр — это 6-стопный дактиль с двойным стяжением на цезуре и мужским окончанием. Подобно античным стихам, русский гекзаметр и пентаметр — стих безрифменный.

Начиная с XVIII в. стяжения изредка применялись не только в гекзаметре, но и в других 3-сложниках, например, в стихотворении Державина «Снигирь»: «Что ты заводишь песню военну, || Флейте подобно, милый снигирь» (I, 32 ). Ритмическая схема первых трех стихов 4-стишия такова: ––––; между 2-м и 3-м иктом — стяжение. Во всем стихотворении стяжения стоят на тех же местах (см. также II, 18 ).

В античной поэзии небольшие стихотворения писались часто особыми размерами, логаэдами, в которых один стих состоял из различных стоп, но все последующие стихи (а в более сложных случаях — комбинации стихов в строфе) были построены точно так же. Античные логаэды в русском стихе не привились, употребляются обычно лишь в переводах античных авторов и стилизациях (I, 14 ; V, 121 ). Попытки применять их в оригинальных стихотворениях остались единичными экспериментами. Приведенное стихотворение Державина можно назвать русским логаэдом.

Из русских логаэдов и по примеру немецкой поэзии развились дольники, единичные в XIX в. и чрезвычайно популярные от начала XX в. до наших дней.

(IV, 102 ).

Здесь тоже встречаются стяжения, но располагаются они, в отличие от логаэдов, неупорядоченно, что дает возможность ритмического разнообразия. Основной признак дольников: интервалы между иктами переменны, то два слога, то один, обычно с преобладанием 2-сложных, что создает ощутимую инерцию 3-сложников. Встречаются дольники как с постоянной анакрузой, так и с переменной. Наиболее часты 3-дольники (IV, 49 ), затем 4-дольники сплошные (V, 76 ) или чередующиеся с 3-дольниками (IV, 101 ); 2-дольники или дольники вольные (IV, 63 ) редки.

Для схем дольников и других еще более свободных размеров обозначение черточками и дужками неудобно. Теперь принято обозначать сильные слоги, как и ранее, черточками, а количество слабых в интервале между ними — цифрами. Общая схема дольников будет выглядеть так: (2/0) – 2/1 – 2/1 – (2/0). Цифрой в скобках обозначены анакрузы и клаузулы, колеблющиеся, как и в силлабо-тонике, от 2 до 0. Дробные цифры между иктами показывают, что интервалы между ними могут быть то 2-сложными, то 1-сложными. Так как анакрузы и клаузулы у дольников такие же, как в классических размерах, то самая общая схема дольников, показывающая только их специфику, будет – 2/1 – 2/1 –. Заметим, что знак ударения стоит только на последнем икте; это значит, что, как и в силлабо-тонике, ударения на всех сильных слогах, кроме последнего, могут пропускаться.

У 3-дольников может быть 5 основных ритмических форм, звучащих различно:

Форма I — исходная форма дольника, чистый 3-сложник. Форма IV в изолированном виде — хорей или ямб, но в контексте дольников звучит иначе, подчиняясь общей ритмической инерции дольника. Формы II, III и V встречаются только в дольнике. Весьма своеобразна форма V: в ней пропущен («стянут») не безударный, а ударный слог. Получается интервал в четыре безударных. Эта форма похожа на трибрахий в 3-сложниках (интервал еще длиннее — 5 слогов). Поэты XX в., часто пользующиеся и V формой дольника, и трибрахием, нередко и в 3-сложниках, и в дольниках употребляют их на равных правах (V, 38 , 79 ). Если добавить, что на сильных местах дольника встречаются пропуски ударений, а на слабых — сверхсхемные ударения, то легко понять, как разнообразно звучание дольников (ср., например, IV, 30 , 49 , 94 , 99 , 114 ; V, 16 , 62 , 74 , 76 , 101 ). Исследовавший их М. Л. Гаспаров различает следующие основные типы 3-дольников: «есенинский», в котором преобладает I форма, затем III, остальные реже (V, 62 ); акмеистский — III и II (V, 95 ) и «цветаевский» — III и V (V, 51 ). Это формы урегулированного дольника, в которых отступления отсутствуют или немногочисленны. К ним следует добавить дольник неурегулированный, в котором не столь редки межударные интервалы в 3 или 0 слогов. Такие дольники встречаются у Блока (IV, 52 ), иногда у Есенина (V, 61 ), часто у Маяковского (V, 9 ). Это переходная форма от дольника к тактовику.

Тактовик — более свободный стих с амплитудой колебаний междуударных интервалов не в один, а в два слога.

(V, 80 ; см. также V, 82 , 84 ).

Общая формула этого тактовика: … – 3/1 – 3/1 –.

Реже встречается другой тип:

(V, 8 ).

Его общая формула … – 2/0 – 2/0 –.

Наконец, встречаются тактовики с расшатанной основой, в которых попадаются строки и с 3-сложными, и с нулевыми интервалами, а изредка и 4-сложными — это уже переходная форма к самой свободной форме — акцентному стиху. В нем ритмичность определяется только счетом ударных слогов, количество безударных между ними неопределенно: –х– х – х–… Чаще всего встречаются интервалы от 0 до 4 слогов, реже — 5–6, совсем редко — 7–8. Общая формула акцентного стиха – 8/0 – 8/0 – …

(IV, 86 ).

В этом стихотворении в каждом стихе по 4 ударения. Такой акцентный стих можно назвать урегулированным. Нередко встречается еще более свободная форма: количество ударений в стихе варьируется. Обычно ритмичность поддерживается тем, что какая-то форма, например, 4-ударник, преобладает, а даже незначительного преобладания достаточно, чтобы наш слух уловил ритмическую инерцию. Другие же стихи чаще всего близки к преобладающей форме, например, 5- и 3-ударники (V, 18 ). Такова большая часть «Облака в штанах» Маяковского { Гаспаров, 398–468 }.

Если в силлабо-тонике и дольниках ритмичность создается чередованием групп слогов независимо от смысла (когда-невшут-ку-за-немог), то в акцентном стихе элементарной единицей ритма является слово, что делает его одновременно и смысловой, и ритмической единицей, тем самым сильно его выделяя. Недаром Р. О. Якобсон называл стихи Маяковского поэзией «выделенных слов по преимуществу». [4]

Чем упорядоченнее расположение безударных слогов между ударными в стихе (а иногда и в целой строфе) дольника и тактовика, тем более они приближаются к логаэдам. Интересные примеры индивидуальных размеров можно встретить у Н. Н. Асеева. Например, в «Синих гусарах» почти все стихи строятся по формуле –3–2–1– или –2–2–1– («Раненым медведем мороз дерёт» или «Чьи это там голоса и смех» — V, 27 ). В «Черном принце» почти все строфы — только двух сходных типов (V, 25 ). Если все строки стихотворения — это только одна форма дольника (см. у Цветаевой V, 49 , 57 ) или тактовика, то такой «застывший» дольник или тактовик уже превратился в логаэд — новый, не такой, как у Державина. Едва ли не первый пример такого логаэда встречаем у Жуковского (II, 18 ), но развился он уже в XX в.

Все перечисленные формы стиха обладали более или менее строгой внутренней мерой. Но есть своеобразная форма стиха, лишенная единого размера, обладающая только первым признаком стихотворной речи: разделенностью текста на ограниченные поэтом строчки-стихи. Это так называемый свободный стих, или верлибр (франц. vers libre).

Интонационная выделенность каждой строки задана посредством графики.

Единичные примеры свободного стиха встречались в XIX в., но развился он в русской поэзии только в XX в., хотя гораздо менее, чем в поэзии других языков. Заметным он стал у нас в первой четверти XX в., затем почти исчез — и опять возрождается в последние 2–3 десятилетия.

Графика и в классических размерах не безразлична. Очень редкие в классической поэзии «сверхдлинные» размеры (более 6 стоп в 2-сложниках и более 4 — в 3-сложниках) стали достаточно употребительны, начиная с Бальмонта { Исследования, 118–125 }. 8-стопный хорей с цезурой нельзя разбить на два 4-стопных. 8-стопный звучит медленнее, протяжнее, потому что стих — основная ритмическая и интонационная единица { Томашевский, 20–25 }. Тем более традиционный 6-стопный ямб с цезурой отличается от традиционного легкого 3-стопного.

Однако поэты XX в. часто пользуются разбивкой стиха на «подстрочия», печатая их «столбиком» или «лесенкой». Если так делить стих на одном и том же месте, т. е. на цезуре, симметрично, то он неизбежно разделится на более короткие стихи: 6-стопный ямб на два 3-стопных и т. д. Но если (как это обычно делал Маяковский и его последователи) такая разбивка асимметрична, то размер стиха от этого не меняется, хотя сильно изменяется интонационный строй. Подстрочия интонационно выделяются, стремятся к обособлению, хотя и меньшему, чем целый стих. Это ясно слышно, например, при сравнении следующих 4-стопных ямбов (V, 45 , 100 , 110 , 122 ) или 5-стопных 3-сложников (V, 106 и 109 ). И в обратном случае: если печатать стихотворения сплошь, как прозу (как, по воле М. Горького, были напечатаны «Песня о Буревестнике» и «Песня о Соколе»), слух безошибочно определит размер и позволит только одним способом разбить их на стихи: