Чтение онлайн

– Стоп!

– Та я навить нэ вспотив!

– Назад, я сказал! И выйди вон.

– Чого? А шо я такого зробыв?

– Па-шол вон!

– Та ладно, чого вы, як скажэтэ.

Когда дверь за ряженым пыточником закрылась, американец резво придвинул стул вплотную к связанному, который за все время мордобоя не проронил ни слова, а теперь сидел, как ни в чем не бывало. После доброй дюжины ударов - только слегка разбитая губа и кровь под носом.

– Спецназ ФСБ? ГРУ? Кто? А?

– Развяжи - узнаешь.

– Не, подожду.

Хозяин кабинета возбужденно зашагал взад-вперед перед носом Андрея. Внезапно дернулся вплотную к его лицу.

– Я же вижу, что ты не простой смертный.

– Ошибаешься, самый простой. Как и ты.

– Ну хорошо. Откровенность - за откровенность: я тебе говорю, куда ты вляпался, ты мне - о себе и зачем ты здесь. Хорошо?

Андрей сделал вид, что задумался.

– Допустим. Что я буду с этого иметь?

ЦРУшник (а кто же это мог быть еще?), выпрямился. Начинался торг - то, в чем он, как все американцы, был докой (по его глубокому наивному заблуждению).

– Ситуация такова: максимум, на что ты можешь рассчитывать - это свобода передвижения по объекту.

– И всё?

– Объект секретный, поэтому всё. Хотя нет. Возможны более комфортные и даже выгодные условия, но их, как ты понимаешь, нужно заслужить.

– Как этот придурок в бандеровской форме? А если мой рассказ тебе не понравится?

Американец пожал плечами:

– Тогда тебя колоть будут другие и не здесь.

– «Колоть»? «Не здесь»? Я не дрова, чтоб меня колоть. И вообще, не слишком ли много внимания моей скромной персоне?

– Не слишком, я уверен.

– Ну тогда давай попробуем. Начинай первым, но сначала расстегни железяки.

– Пока посиди так. Доверие нужно заработать.

– Ладно, потерплю. На какие жертвы не пойдешь ради доверия!

– Начнем. Может, сначала представишься?

– Алексей Марченко.

ЦРУшник зыркнул на ленту «детектора лжи».

– Ты мужчина или женщина?

Андрей загоготал.

– Отвечай быстро!

Видимо, такой неожиданный и нелепый вопрос должен сбить сосредоточенность тестируемого, выбравшего глухую защиту. Андрей и не собирался защищаться. Вместо этого он жеманно вопросил:

– А ты что, гей? У, противный.

– Отвечай, ты мужчина или женщина!!

– Ладно, мужчина, мужчина. Давай дальше.

– Что ты делал в окрестностях объекта?

– Опять рупь-двадцать пять. Какого объекта?

– Хорошо, перефразируем вопрос: что ты делал в тайге недалеко от этого места?

– Я не понял, от какого именно места, но так уж и быть, отвечу. Я, гуляя по тайге, увидел «снежного человека» и погнался за ним.

– Зачем?

– Как это зачем? Разглядеть поближе, конечно!

– Где ты живешь?

– В Москве.

– Как попал в тайгу и зачем?

– Ты же знаешь нас, москвичей. Бегаешь целыми днями внутри Садового Кольца, как белка в колесе: офисы, бутики, фитнес-клубы, боулинг-центры, корпоратив-пати. Жажда экстрима замучила вконец, захотелось в одиночку побегать по сибирской тайге. А попал сюда на вертолете. Знаешь, вертолет - это такая машина, которая.

– Где служил в армии?

– В секретном элитном подразделении.

– Каком?
– у американца заблестели глаза, он еле сдержался, чтобы инстинктивно не податься всем корпусом вперед.
– ФСБ или ГРУ? Ну, говори же!

– В… стройбате. Только тс-с, там такие зверюги, что даже оружие не выдают!

Американец сдулся, как надувная игрушка.

– Ты идиот?

– Блин, ты все-таки расколол меня!

Двойные обручи из высоколегированной стали разомкнулись на руках, ногах, поясе и шее.

– Что, всё? Каков вердикт? И как рассказ, понравился?

ЦРУшник внимательно рассматривал ленту детектора.

Ничего. Или он ошибся, или перед ним действительно диверсант с железными нервами. То, что он нес чушь собачью - ясно, но почему компьютер ничего не показал? Эти проклятые русские! Неужели обязательно нужно избивать? Неужели это единственный способ общения с ними? А он так надеялся на свои способности психолога, ведь он был лучшим на курсе! Можно, конечно, продолжать пытаться действовать цивилизованными методами, но на это нет времени - послезавтра отправлять транспорт с заключенными. Да, за матерого русского диверсанта начальство испытательный срок ему скостило бы. Дернуло же ему в Гонолулу напиться и назвать педерастом сенатора Мозеса Дюка, партнера в гольф самого начальника объединенных штабов! Теперь, после двух лет «сибирской ссылки», даже Аляска кажется Саймону Блюмкину (именно так звали ЦРУшника) земным раем, только бы скорее выбраться из этой долбаной России! Его прадед, Сруль Блюмкин, еле ноги унес из СССР в 1936 году, когда Сталин начал закручивать гайки, выкашивая старую революционную картавую гвардию. Дедушка Сруль до конца своих дней посыпал проклятиями и Сталина, и русских, и «эту дикую варварскую страну». «Сколько я сделал для революции! Да со мной советовался сам товарищ Троцкий, считая лучшим специалистом по подавлению всевозможных контрреволюционных заговоров!» - со слезами на глазах бил себя в хилую грудку дед и с гордостью рассказывал маленькому Саймону, как морил голодом целые уезды, как сжег двадцать церквей и самолично расстрелял двести человек. Видя круглые, как блюдца, полные ужаса глазенки правнука, Сруль Блюмкин начинал гладить кудрявую головку мальчика своей маленькой холодной и почему-то всегда влажной ладошкой и говорил: «Ну-ну, это же не люди, это всего лишь гои. С ними только так и нужно, только так». Саймон отчетливо помнил, как страшно, до обморока становилось ему находиться рядом с дедом в такие минуты, как не мог спать неделями после таких рассказов. Пламенный революционер Сруль Хаймович Блюмкин умер от острого воспаления чудовищного геморроя. Умирал долго и в страшных муках, с традиционными проклятиями на устах.

Пауза затягивалась. Андрей начал опасаться, что «передурачился» и решил первым нарушить молчание.

– А хочешь, я тебе сам скажу, куда я попал?

Американец заинтересованно приподнял бровь и поощрительно кивнул.

– Так вот. То, что ты американец - к бабке не ходи.

– Что, какой бабке?

– Ну это выражение такое русское, идиома. Оно означает что-то типа «совершенно ясно». Понял? Ну так вот. Американец, довольно молодой, но без акцента говорит по-русски. Странно? Очень. Потому что если ты нормальный средний американец, так чисто говорить по-русски ты не можешь просто физически.

– Почему?

– Потому что у американцев артикулярный аппарат с детства «затачивается» не под наш язык. Тут напрашивается два вывода: или ты гений-филолог с русскими корнями, чего не скажешь, извини, по твоему лицу, или ты обыкновенный ЦРУшник, которого под гипнозом нафаршировали русским языком. Вторую версию подтверждает то, что я мельком увидел за этой дверью.

– Что же, по-твоему, ты увидел за этой дверью?

– А то не понятно? Есть такой анекдот. ЦРУ готовит шпионов и засылает их в Россию, а они все «сыпятся» в течение первого же дня. Заряжают данные в компьютер - компьютер не дает ответа. Конгресс США увеличивает ассигнования, ЦРУ усиливает программу подготовки, засылает новых, лучших диверсантов - тот же результат. Аналитики из Лэнгли и АНБ сломали головы, но так и не смогли найти причины провалов! Конгресс утроил ассигнования, ЦРУ на все деньги основательнейшим образом подготовило одного, но суперагента: русский знает в любом диалекте, в том числе матюки и блатную феню, психолог - высший класс. Одели его в поношенный ватник, стоптанные кирзовые сапоги, в зубы воткнули газетную самокрутку и высадили в Сибири, на околице глухой деревни. Подходит он к полупьяному мужику и спрашивает: «Дед, скажи, как пройти к сельсовету?» Дед пыхнул махрой и отвечает: «А зачем тебе, американскому шпиону, сельсовет? Тебе сразу в ФСБ надо!» Диверсант в шоке. Кинул по-русски шапку о землю и спрашивает: «Даю тебе любые деньги, только скажи, как, как ты догадался??» Дед еще раз пыхнул самокруткой и, пожав плечами, говорит: «А чё тут мудреного? Вы, негры, - все американские шпионы».

ЦРУшник захохотал. Андрей повысил голос:

– Послушай, я не знаю, что ты там нафантазировал на мой счет, но увидеть солдат-негров в американской форме посреди сибирской тайги, да еще тебя, такого типичного заокеанского офисного червя в этой каморке. Каморке, отделанной гипсокартоном! Гипсокартон в глухой тайге! Вы бы еще «макдональдс» тут замастырили! Ты думаешь, много нужно ума, чтобы догадаться, кто ты и что здесь такое?

– А может, мы обыкновенная фирма по заготовке древесины? Или наркокартель? Или террористы? Солдат он видел в форме! Да кроме афроамериканцев, которых ты видел, здесь хватает и ваших.

– Вот!

– Что «вот»?

– У тебя, как у всякого американца, просто язык не повернется назвать негра «негром». У нас китайца называют китайцем, а не азиатом, еврея - евреем, а не семитом, а негра - негром. Не «грязным ниггером», а просто негром, потому что он родился таким и принадлежит к негроидной расе. И всё, без всякой политики и оскорбительных подтекстов. А у вас, американцев, «съехала крыша» на политкорректности. Впрочем, как и на многом другом.

– Ладно, оставим в покое американский языковой этикет. Так что здесь, по-твоему?