Чтение онлайн

В это же время на надгробных памятниках появились первые стихотворные эпитафии. Одна из них была высечена на невысокой известняковой стеле в Пантикапее: «Я, Санон, сын Главкиона, покинул свет солнца двадцати пяти лет». Памятники ставились не только грекам. В Пантикапее обнаружена стела с редчайшей эпитафией: «Под этим памятником лежит муж, для многих желанный, родом тавр. Имя же его Тихон». Вполне вероятно, что он был гомосексуалистом. В основном же на некрополях боспорских городов стояли скромные стелы, иногда с архитектурным оформлением и простыми надписями: «Алкифон, сын Комона», «Анаксистрат, сын Гистиэя», «Анна, дочь Теодора», «Афинаида, хиянка» — то есть уроженка острова Хиоса (Пантикапей); «Буласт, сын Дионисодора», «Пасафиликата, флейтистка» (Мирмекий); «Диа, жена Дия», «Анаксипол, сын Фания», «Пирр, сын Эвринома, гераклеот» (Нимфей); «Гекатонима (памятник)» (Фанагория); «Архипп, сын Хрисиппа», «Полемарх поставил (памятник) Исократу ахиллейцу» (Гермонасса) и другие.

Следует отметить, что на Боспоре надгробные памятники с надписями появились позже, чем, например, в Нижнем Побужье, где уже в архаическое время ставились стелы со стихотворными эпитафиями. Тем не менее желание боспорских греков оставить память о своих близких хотя бы краткой надписью, высеченной на вечно «живущем» камне, свидетельствует об их принадлежности к цивилизованному миру. И благодаря этому мы через 24-25 веков имеем представление о том, какие имена носили жители Боспора, как они относились к своим родным и друзьям даже после смерти.

Известняковая надгробная статуя Аристофонта, сына Формиона. IV в. до н. э.

В IV в. до н. э. в Пантикапее, а возможно, и в других городах были организованы специальные мастерские скульпторов, торевтов, художников, в которых создавались разнообразные произведения искусства. Особенно много изготовлялось статуй, в том числе и портретных, а также в зависимости от социального статуса семьи различные типы надгробий. Среди них выделяется надгробная статуя Аристофонта, сына Формиона, высеченная из одного блока известняка. Постановка фигуры и тщательность в ее изготовлении указывают, что она скорее всего была сделана профессиональным скульптором, имевшим опыт работы с мраморными изваяниями. Однако на Боспоре встречается немало крайне примитивных антропоморфов с едва намеченными чертами лица. Остатки красок, правда, свидетельствуют о том, что они расписывались и выглядели более живописно, чем сейчас, по прошествии тысячелетий.

Еще при Археанактидах в Пантикапей привозились в основном из Афин первоклассные культовые скульптуры. Среди них великолепен круглый мраморный алтарь, украшенный рельефными фигурами движущихся по кругу в торжественной процессии женщин, закутанных в гиматии. При первых Спартокидах здесь была установлена мраморная статуя Диониса, в которой прослеживаются отдельные стилистические приемы, характерные для творчества великого Праксителя. Свободной копией афинской статуи Афродиты этого скульптора является ее мраморная статуэтка из Пантикапея. Тщательная моделировка тела, грациозность движения и мягкий наклон головы, трактовка приспущенного в виде жгута гиматия дают представление о творчестве этого мастера. К произведениям выдающегося ваятеля IV в. до н. э. Скопаса или его школы относится мраморная голова Геракла тоже из Пантикапея. В этом же городе найден мраморный рельеф какого-то афинского скульптора с изображением сидящей на троне Деметры и стоящей рядом Персефоны с факелом в руке. Перед богинями стоят участники празднества в их честь с факелами. Уже эти произведения показывают, что Пантикапей являлся не только политическим и экономическим, но и культурным центром Боспорского государства.

Примечательной особенностью художественной жизни на Боспоре являлась торевтика. Многие золотые украшения и разнообразные предметы изготовлялись в мастерской, организованной при царской резиденции. В ней работали талантливые ювелиры и художники, которые по специальным заказам царей изготовляли вещи для посольских даров, брачных подарков, откупа и дани варварским царям. Именно здесь при Левконе и Перисаде были созданы настоящие шедевры ювелирного искусства, которые до наших дней сохранились в погребениях скифских вождей под высокими курганами. Этими произведениями пантикапейские мастера внесли значительный вклад в общеэллинское художественное творчество.

Никогда более боспорская торевтика не достигала таких выдающихся успехов, как в период правления Левкона и Перисада. Художественная обработка драгоценных металлов, появление на Боспоре выдающихся мастеров стали возможны благодаря экономическому процветанию государства, обогащению его правителей и определенной прослойки населения. Для удовлетворения их запросов привозились ювелирные изделия из многих греческих городов. А обогащение многих шло, как известно, за счет торговли хлебом и рыбой, хорошо налаженным вывозом этих продуктов в города Эгеиды и в первую очередь — Афины.

Боспорские мастера достигли больших успехов в художественной обработке кости и дерева. Здешняя знать проявляла все больший интерес к памятникам искусства, желание украсить ими свои жилища, туалетные принадлежности и даже саркофаги для счастливого продолжения жизни в потустороннем мире. Именно благодаря этому мы знаем, какие прекрасные рельефные и резные сюжеты выполняли здесь по специальным заказам богатых людей художники и каких успехов они достигли в своем творчестве.

Храм на акрополе Пантикапея. Реконструкция В.П. Толстикова

В религиозном мировоззрении боспорских греков происходит также ряд изменений. Они продолжали почитать своих исконных богов-покровителей и защитников, прежде всего Аполлона Иетроса, Афродиту Уранию и Деметру. О существовании их святилищ известно по посвятительным надписям жрецов и жриц или их детей, ставивших статуи за отцов, отбывших срок жречества. Редкая вотивная эпиграмма сохранилась на беломраморном постаменте в Пантикапее: «Твою статую, Антистасий, поставил (по обету) Фаномах Фебу, воздвигнув смертному отцу бессмертный памятник, при Перисаде, правителе всей земли, какая лежит между крайними пределами тавров и Кавказскими горами». Она важна прежде всего тем, что дает яркое представление о том, какие территории входили в состав Боспорской державы при Перисаде I, и поэтому используется как главный источник при характеристике его власти. Вместе с тем, эта эпиграмма еще раз подтверждает то, что на Боспоре было известно и второе имя Аполлона — Феб. Боспорские сочинители вотивных эпиграмм явно были хорошо знакомы с воспевающими Феба Аполлона гомеровскими и более поздними гимнами, которые звучали и на его празднествах в северопонтийских полисах. Наряду с Аполлоном, в Пантикапее особенно в IV в. до н. э. большую роль играли культы Артемиды Эфесской и Диониса. Последнему было присвоено редчайшее культовое имя Арей. Этим самым подчеркивался не только воинственный характер Диониса, его военные функции, что отвечало экспансионистской политике Спартокидов, но и мифологические родственные связи с Афродитой Уранией. Очевидно, этим божествам рядом с дворцом был сооружен небольшой храм.

На пантикапейском акрополе были сосредоточены статуи многих богов и героев, их святилища. Чрезвычайную популярность завоевал культ Геракла. Обычно к нему обращались, надеясь на его помощь и защиту те, кому приходилось принимать участие в битвах. Вероятно, таким был некий Манис, который поставил здесь скромную статую этого героя на невысоком известняковом постаменте за свое спасение.

Очень богатые граждане посвящали любимым божествам храмы, о чем сообщалось в надписях на каменных плитах, которые вывешивались на его стенах или выставлялись в них при входе. Одна из таких надписей найдена на Тамани: «Ксеноклид, сын Посия, посвятил храм Артемиде Агротере при Перисаде, сыне Левкона, архонте Боспора и Феодосии и царе синдов, торетов и дандариев». Не исключено, что посвятитель занимался рыбным промыслом и на продаже рыбы в Афины разбогател. Ему явно было известно, что Артемида с такой эпиклезой почиталась афинянами, и он в ее честь, вероятно, близ Фанагории построил на свои средства храм.

Сейчас в Нимфее проводятся исследования монументального архитектурного ансамбля на террасном южном склоне плато, где, очевидно, стояли храмы и другие культовые сооружения не только в эллинистическое, но и более раннее время. Совсем недавно здесь найдена посвятительная надпись на архитраве: «Теопропид, сын Мегакла, этот вход посвятил Дионису, будучи агонофетом, при Левконе — архонте Боспора и Феодосии, всей Синдики, торетов, дандариев, псессов». Она красноречиво свидетельствует о том, что в Нимфее после его присоединения к Боспору уделялось большое внимание строительству новых сооружений. Очевидно, на празднествах в честь Диониса проводились спортивные и мусические состязания, которыми в то время руководил специально избранный агонофет Теопропид. Найденные там же отдельные архитектурные полихромные детали дают представление о том, что построенный им вход (пропилеи) в святилище этого бога был украшен водосливами в виде львиных масок, расписанных желтой и красной краской на синем фоне.

В городах на Таманском полуострове, судя по надписям, в IV в. до н. э. было построено немало храмов и алтарей. В Гермонассе существовали святилища Аполлона Иетроса и Аполлона Дельфиния. Введение культа последнего можно связать с усилением торговых связей с Ольвией или Милетом, где этот бог особенно широко почитался, будучи верховным патроном полиса. В святилище Артемиды Эфесской стояло несколько статуй, посвященных ее жрицами и богатыми гражданами.

Дети боспорских царей также нередко ставили в святилищах статуи божеств и преподносили дорогие дары. Они же избирались на должности жрецов и жриц в главных святилищах не только в Пантикапее, но и Фанагории, Гермонассе. Так, Акия, дочь Перисада I, служила жрицей в общебоспорском святилище Афродиты Урании в Апатуре на Тамани, владычицей которого она часто именовалась. Афродита на Боспоре постепенно превратилась в универсальное божество, наделенное многими функциями защитницы и спасительницы гражданских общин, семейных уз и покровительницы мореплавания. В общем она была далека от той богини, которая в представлении многих связывалась лишь с любовными утехами.