На блюдечке
Шрифт:
– Да уж. Так сбил, что сам в дурку угодил.
– Или даже так: он поиски в подвале устроил для отвода глаз, а на самом деле за тарелкой и приходил.
Ник удручённо вздохнул. Идея о том, что все преступники склонны создавать ложные следы для следствия, становилась для партнёрши маниакальной.
– Сильви, ну какой в этом смысл? Он ведь вернулся с разрисованным блюдом. Он грозил убить Нэвиллов, если они не будут держать её на прежнем месте. Раз мы считаем, что Тэйлор не полностью лишился ума к тому времени, у этих поступков обязан быть мотив.
– И в чём он, по-твоему?
– В том, что тарелка висела прямо у двери. Любой входящий должен сразу обратить на неё внимание. И, если он знает тайный язык этой странной графики, прочесть послание.
Бандиты убили одного инкассатора, но, скрывшись с деньгами, отпустили двух других. Когда один из них рассказал о произошедшем полиции, начальник героев сказал, что такой сюжет неплохо смотрелся бы на пакете с кукурузными хлопьями. Ник подумал, что фразу здорово было бы запомнить и как-нибудь употребить
– А что, если всё вообще наоборот?
– В смысле?
– Он приходил не искать, а прятать!
– Сильвия оказалась в таком восторге от своей новой идеи, что даже захлопала в ладоши.
– Что-то принёс с собой и тщательно спрятал в подвале. Поэтому и пугал хозяев, чтобы те не посмели туда идти.
– Хм... Тогда, на блюде написано, что и где он положил. И Тэйлору стоило вернуть эту штуку на место.
– Но ведь его всё равно поймали.
– Либо риск, с его точки зрения, был оправдан, либо, всё-таки, здравомыслие начинало подводить. В пользу последнего говорят и его крики про Европу при задержании. Кто в своём уме станет кричать: "Не ищите мои сокровища там-то и там-то"?
– Да, даже если полицейские и поверили бы, кто их пустит в эту Европу? Нет, я думаю, он как раз путал следы. Или какая-то тайна происхождения тарелки всё-таки есть. Завтра попытаюсь выяснить, в какую психлечебницу его поместили.
– А это разве не конфиденциальные сведения?
– Вообще-то, да. Но уже полвека прошло... Может, его уже давно нет в живых.
– Короче, возможно всё. Ну и ладно, перенесёмся в восьмидесятые. Новое нападение, опять ничего не пропадает, опять внимание грабителей сосредоточено на подвале... Может нам его обыскать?
– Ну не сейчас же! Ты там бывал, вообще?
– Я помню, как на твой день рождения ходил туда за вином, но как-то смутно.
– Не удивительно. Точнее, удивительно, что помнишь. Но барахла там под завязку. Что-то искать - подвиг. Я пока не готова.
Детективы с экрана угнали речной буксир, стремясь попасть на баржу. "Ты хоть умеешь им управлять?" - язвительно поинтересовалась Харри. "Ты у нас специалист, вот и становись за штурвал" - урезонил её Джон.
– Так её!
– не удержался Ник. И встретил негодующий взгляд собственной напарницы.
– Что? Мужик учит девчонку решительности.
– Ник!
– Сильвия разве что когти не выпустила и не подняла шерсть дыбом.
– Сама же завела эту шарманку!
– он развёл руки как можно беспомощней.
– Ладно. бог с ним, с подвалом. Вернёмся в теперь уже не столь далёкое прошлое. Что скажешь о новых визитёрах?
– Очевидно, это совсем другие люди. Наткнувшись на тарелку в кладовке, они к ней даже не притронулись.
– Ошибаешься. В том смысле, что не очевидно. Предположим, что это был Тэйлор. Выздоровел, выписался, сбежал из психушки. Он мог и не нуждаться в тарелке. Сам всё помнил. Или те, кто о тарелке знали. Нашли, прочитали послание, положили на место, дальше действовали по инструкции.
Злодеи загнали маленькую машинку с героями в пресс для сплющивания автомобилей и начали давить. Джон палил в противников, в окна их будки, в электрощиток управления - откуда только патроны в барабане брались? Лопались стёкла в кабине, взрывались шины - режиссёр нагнетал. Закончилось всё за секунду до того, как отважные детективы превратились в плюшки. Естественно, удачно.
– Да, так тоже могло быть. Но, если новые грабители ничего не знали о тарелке, выходит, что сокровища в этом доме - популярная тема?
– Была. Сейчас твой подвал никому не интересен.
– Хотелось бы надеяться. Но в те времена всё это почему-то сильно заинтересовало полицию.
– Точнее, конкретного следователя по фамилии Милн, - Ник вздохнул и покачал головой.
– Если бы его не попытались убить, может, всё тогда и закончилось бы.
По экрану, к вящей радости Ника, поползли титры.
– И почему у них всё время иностранцы плохие?
– возмутился Ник.
– В тот раз русские были, теперь мальтийцы!
– Кто бы говорил! Женоненавистник!
– Сильвия уже запустила следующую серию.
Экранный Демпси развлекался карточной игрой в казино. Тоже довольно предсказуемый сюжет. В их с Сильвией отношениях такое заведение сыграло не самую однозначную роль. Ник решил тему не развивать.
– А как ты думаешь, покушение связано было с тем делом, что он вёл?
– Вот это вряд ли. Раз был суд, значит виновного поймали. И посадили. Мндаа... Неплохо было бы завтра что-то найти по этому разбирательству.
– Там же всё засекречено. И заседание было закрытым.
– Больше двадцати пяти лет прошло. Могли секретность и снять. Да и потом: в нашем участке такой бардак, что-либо найти всегда проблема. Но нам это может быть и на руку.
– Это ещё почему?
– Они секретные материалы могут отправить и в открытый архив. Ну ладно, что найду, всё наше будет. А вообще, я вёл к тому, что, выписавшись из больницы, Милн вернул дело о нападении на Нэвилловский дом на доследование. Значит, грабители были на свободе, и не связаны с теми, кто пытался его убить.