Чтение онлайн

Спустя несколько дней, 23 августа 1942 года, в целях объединения всех сил и средств для борьбы с врагом в районе Туапсе был создан Туапсииский оборонительный район.

На туапсинском направлении оборону с суши осуществляли войска 18-й армии и части морской пехоты Черноморского флота. С моря район Туапсе прикрывали корабли и артиллеристы Туапсинской ВМБ. Этой базе подчинялся ОВР, в состав которого вошли 5-й дивизион малых охотников (14 единиц), 7-й дивизион сторожевых катеров (13 единиц), 4-й дивизион тральщиков (5 единиц), отряд сторожевых катеров (5 единиц), 9-й дивизион катерных тральщиков (12 единиц), охрана рейда Туапсе (командир капитан-лейтенант Б. Д. Берначук) и охрана рейда Сочи (командир капитан 3 ранга А. В. Пичугин). Все дивизионы кораблей базировались в Туапсе, за исключением 7-го, который базировался в Сочи. Во главе ОВР стояли командир капитан 2 ранга Д. Г. Чернов, замполит капитан-лейтенант В. П. Медведев, начальник штаба капитан 3 ранга А. А. Керн [81] .

Организация обороны Новороссийска и Туапсе с моря осуществлялась силами и средствами ОВР. Она включала и оборонительные минные заграждения, выставленные на подступах к портам в первые дни войны. Входы в них прикрывались боковыми заграждениями с противолодочными сетями. Корабельные дозоры и береговые наблюдательные посты вели наблюдение в пределах операционных районов военно-морских баз. Силы и средства соединений ОВР взаимодействовали с артиллерией береговой обороны баз.

С наступлением темного времени суток для усиления базового дозора на поиск торпедных катеров противника высылались катера-охотники и торпедные катера, а прожектора и артиллерия находились в готовности к немедленному отражению врага. Перед выходом транспортов в море катера-охотники проводили поиск в пределах операционной зоны базы и по маршруту следования судов с расчетом закончить его за два часа до подхода советских кораблей к порту назначения. Все эти мероприятия обеспечивали безопасность плавания транспортов по фарватерам Новороссийской и Туапсинской военно-морских баз.

Противолодочная оборона в этих районах строилась по принципу систематического поиска подводных лодок противника на фарватерах и рекомендованных курсах. Одновременно за районом базы вели наблюдение корабли противолодочного дозора и береговые наблюдательные посты.

Противоминная оборона военно-морских баз, и в первую очередь Новороссийской, осуществлялась за счет контроля постами противоминного наблюдения. В случае постановки самолетами противника мин они тут же пеленговались. Данные с постов передавались в ОВР, там записывались в специальный журнал (минной обстановки) и наносились на карту. Каждая мина нумеровалась, проставлялась дата ее постановки. Кроме того, в районе Новороссийской ВМБ проводилось систематическое траление контактными и неконтактными тралами, бомбометание с катеров-охотников на фарватерах и рекомендованных курсах. Словом, здесь нагнел широкое применение опыт, приобретенный овровцами в Севастополе.

В районе Туапсинской ВМБ постановку мин противник не производил.

Противодесантная оборона побережья Новороссийской ВМБ осуществлялась частями 56-й и 47-й армий и морской пехоты, береговыми батареями, ранее выставленными минными заграждениями, а также силами ОВР, бригады торпедных катеров и авиации флота. Руководство противодесантной обороной базы Военный совет флота возложил на полковника П. Ф. Горпищенко, подчинявшегося одновременно и командующему 56-й армией, и командиру Новороссийской ВМБ. Вдоль побережья моря на участках, пригодных для высадки десанта, было поставлено 10 тысяч противопехотных мин.

За весь период обороны Новороссийска, вплоть до частичного овладения городом 7 сентября 1942 года, противник ни разу не пытался высадить десант.

Организация противодесантной обороны побережья в районе Туапсе возлагалась на Туапсинскую ВМБ. Четыре боевых участка этого района занимали части военно-морской базы и приданные ей подразделения 18-й и 56-й армий. Наблюдение за морем производилось дозорными кораблями ОВР и постами службы наблюдения и связи.

Большую роль в обеспечении боевых действий частей и соединений черноморской группы войск и морской пехоты сыграли морские перевозки, осуществлявшиеся транспортами и кораблями Черноморского флота. Все морские коммуникации проходили вдоль побережья. Как и раньше, овровцы принимали активное участие в противолодочной, противокатерной и противовоздушной обороне конвоев на переходе морем, при выходе и входе их в базу.

На переходе морем противокатерная оборона конвоев обеспечивалась круговой защитой, что отвечало и требованиям их противовоздушной обороны. Противолодочные ордера конвоев также строились на принципе круговой защиты при некотором усилении обороны с носовых курсовых углов (впереди по курсу располагалась подвижная завеса из нескольких катеров-охотников с гидроакустическими станциями). Соединения ОВР успешно решали и эти задачи.

В начале декабря 1942 года на главный командный пункт флота были вызваны командир бригады траления и заграждения контр-адмирал В. Г. Фадеев, командиры дивизионов тральщиков капитан 3 ранга А. М. Ратнер и капитан 3 ранга В. А. Янчурин. В кабинете командующего уже находились вице-адмирал Ф. С. Октябрьский, член Военного совета контрадмирал Н. М. Кулаков, начальник штаба контр-адмирал И. Д. Елисеев, начальник оперативного отдела капитан 1 ранга А. С. Жуковский и начальник отдела разведки полковник Д. Б. Намгаладзе.

— Задача, которую вам предстоит выполнить, — сказал вице-адмирал Октябрьский, — весьма ответственна. Гитлеровская пропаганда пытается убедить весь мир, что Черноморский флот более не существует. Надо наглядно продемонстрировать возможности нашего флота.

Командующий объяснил, что в условиях малых глубин у побережья, минных полей на подступах к вражеским портам, а также в целях более надежной скрытности операции решено послать на задание именно тральщики, хорошо зарекомендовавшие себя в боевых действиях.

Далее командующий флотом изложил план операции.

В целях маскировки тральщики действуют группами: первая в составе БТЩ «Мина» и БТЩ «Т-16» выходит с наступлением темноты 11 декабря; вторая (БТЩ «Якорь» и «Искатель») выходит позднее и догоняет первую; далее обе группы следуют совместно. Старшим на переходе назначается командир второго дивизиона тральщиков капитан 3 ранга В. А. Янчурин. Выделенный для поддержки тральщиков эсминец «Сообразительный», на котором пойдет контр-адмирал Фадеев, при необходимости как на переходе морем, так и в заданном районе будет действовать к северу от тральщиков, вне их видимости и визуальной связи.

— Напоминаю, — подчеркнул командующий, — должно быть соблюдено полное радиомолчание, равно как и светомаскировка… Вот в этой точке, — он показал ее на карте, — обо группы тральщиков разделяются: первая с утра 13 декабря должна начать поиск и уничтожение транспортов и кораблей противника в районе Дубаны, Жебрияны, а вторая — в районе Георги, Кара, Харман. Надеемся, что своими действиями сумеете сорвать на короткое время перевозки грузов противником. При отрыве от берега для создания дополнительной паники и усиления эффекта следует произвести артиллерийский обстрел указанных на карте пунктов.

Член Военного совета контр-адмирал Н. М. Кулаков напомнил, что обстановка на фронте в районе Сталинграда изменилась в лучшую сторону, завершается окружение вражеской группировки. Потребовав от участников операции высокой бдительности, он пожелал им успеха и благополучного возвращения.

11 декабря в 17 часов БТЩ «Мина» (командир капитан-лейтенант В. К. Стешенко, замполит капитан-лейтенант Н. В. Воронцов) и БТЩ «Т-16» (командир капитан-лейтенант В. И. Царевский, замполит капитан-лейтенант Н. Т. Шкляр) вышли в море. Полутора часами позже вышли БТЩ «Якорь» (командир капитан-лейтенант И. В. Коровкин, замполит капитан-лейтенант П. И. Голубев) и БТЩ «Искатель» (командир капитан-лейтенант В. А. Паевский, замполит капитан-лейтенант С. П. Хохлов). В условленное время вторая группа стала лидером первой.