Чтение онлайн

Двое "зулусов" пили холодное, горьковатое пиво в абсолютной тишине. Случайных прохожих, способных нарушить святость момента, тут не было. А если бы кто и увидел их на подходе к "народному" мемориалу, сразу бы понял, что происходит, и отнесся бы с уважением к чужому ритуалу. Коди и Коре не нужны были разговоры в тот момент. И не было никакого тяжелого расставания и нескольких лет молчания. Брат и сестра воссоединились и отдавали дань памяти двум погибшим братьям, понимая друг друга без слов.

Допив пиво они встали, вылили содержимое двух стоявших на земле банок под корень "жетонного" дерева, собрали мусор и медленно побрели прочь. Первой нарушила молчание Кора.

— Зачем ты нашел меня, Бурбуль? Случилось что?

— Я тебя и не терял, - пожал широченными плечами Коди.
– Обязательно что-то должно случиться, чтобы старые сослуживцы встретились?

— Не пудри мне мозги, - раздраженно поморщилась Кора.
– Столько лет прошло, от вас ни слуху, ни духу ни от кого, и вдруг вот тебе, на тебе, не сказывай матери! Нарисовался!

— А ты не изменилась, - широко улыбнулся старший брат.
– Уж не поэтому ли опять на работу вышла? Бывших не бывает, да, Ведьмочка?

— Не бывает, - как-то грустно признала Кора, оставив без ответа первую часть вопроса.
– Как остальные? Ты с ними в контакте?

— Угу. Тео в Центральном военном госпитале работал до недавнего, а потом в частную практику ушел. Крис перевелся в РЭР*. Генри еще в "Зулу". Макс недавно пошел на повышение и развелся. Опять.

— Dio mio, опять?!
– искренне удивилась Кора.
– Это в который раз уже?

— Четвертый.

— А в остальном у него как?

Кора помнила, как из командира "зулусов" пытались сделать козла отпущения, свалив на него ответственность за гибель товарищей и невыполнение основной задачи по ликвидации полевого командира Ашара Тахири. Тогда по допросам затаскали всех выживших, но никто из них не ошибся в показаниях и Макса не подвел. Командира в конце концов оставили в покое, изрядно вымотав нервы и спровоцировав развод с третьей женой.

— Да нормально, - пожал плечами Коди.
– Он, конечно, долго в себя прийти не мог, но ничего, оклемался. Вот, недавно даже полковника дали. Будет теперь в кабинете сидеть, пузо отращивать.

— Это Макс-то?
– недоверчиво хмыкнула Кора.
– Да он, скорее, опять загремит в какую-нибудь дыру и будет там аборигенов учить растяжки ставить. И опять женится и разведется, если кто на его полковничью зарплату губы раскатает.

Коди выдал еле слышный смешок в знак согласия и чуть нахмурился, предугадывая дальнейший вопрос. Однако Кора удивила его, обойдя тему их друга-инвалида. О самом Коди она не расспрашивала, прекрасно понимая, что он сам ей расскажет то, что можно. Они прошли еще немного в полном молчании, пока Коди не решил поинтересоваться:

— О Дасти не спрашиваешь потому, что не хочешь знать или потому, что уже все знаешь?

Кора остановилась и обожгла его злым взглядом. Здесь была и боль, и обида, и ярость от того, что она поняла - Коди знал то, что ему знать не полагалось.

— Не зыркай так, - неожиданно мягко произнес Коди.
– Синтия как-то обмолвилась, что кто-то каждый месяц анонимно переводит ей деньги. Она думала, это мы. Мы поняли, что это ты, больше некому.

— Вы их навещаете?
– хрипло выдавила Кора.

— Когда можем. Но он не узнает никого. Совсем как маленький ребенок. Руки еле слушаются, ходит с трудом. Говорит по слогам.

Кора опустила голову. Она навещала Дасти до поры до времени. Помогала его жене Синтии, как могла: где по мелочи, где серьезней. Современная медицина смогла починить сильно поврежденную голову Дасти, но мозг всегда был штукой сложной. С каждым визитом Дасти все труднее было узнавать Кору, он едва помнил, что произошло, думал, что Ганнер и Рик живы. Коре казалось, он уходил все дальше и дальше от реальности, совсем этому не сопротивляясь. Пока, наконец, Дасти не стало. Его тело жило, дышало, двигалось, даже могло что-то сказать. Но Дасти не было. С тех пор Кора прекратила визиты. Но поддержку Синтии отправляла исправно.

На глаза навернулись слезы. Кора закусила губу и отвернулась. И тут же утонула в объятьях здоровяка Коди, который сгреб ее в охапку, как медведь, и крепко стиснул, будто пытаясь выдавить из нее сдерживаемые слезы. Кору будто прорвало. Она зарылась лицом в грудь старшего брата и расплакалась.

— Прости нас, девочка, прости, - нежно наглаживая ее по волосам тихо приговаривал Коди.
– Прости, что бросили тебя.

От его слов внутри будто вскрылся старый нарыв. Было невероятно больно, но с болью приходило очищение и облегчение. Коди - большой, надежный и такой родной - продолжал держать ее, пока боль и слезы не иссякли. Кора отстранилась и стерла остаточную влагу с лица.

— Давай найдем, где можно посидеть, поговорить без лишних ушей, - предложила она.
– И пожрать. Я голодная как волк.

Они дошли до места, где бросили хавербайк Коди, чтобы на своих двоих дойти до "жетонного дерева", оседлали стального коня и отправились на поиски подходящего заведения. В пределах базы такого места не было, пришлось забирать гравикар Коры и отправляться в город. Там, где-то в стороне от богатейших районов они зашли в небольшой ресторан, имевший отдельные кабинки для гостей, позволявшие отгородиться от внешнего шума, а заодно и говорить, не боясь быть услышанными. Коди все же предпочел подстраховаться и кинул на стол маленький, размером с монетку, приборчик, в котором Кора мгновенно узнала "глушак".

— Старая привычка или серьезный разговор?
– уточнила Кора скосив глаза на таблетку заглушки.

— Как знать, в какое русло разговор пойдет, - расплывчато ответил старый друг.

Беседа, однако, началась вполне безобидно. Под оригинальные сивольские блюда из морских гадов Кора и Коди обменивались историями, в которых "все совпадения с реальными событиями и людьми были случайными". Кое-что озвучивать не могли даже с "глушаком", но было достаточно способов донести мысль до собеседника, тем более того, с кем знаком уже сто лет и кто по совместительству работает в той же профессии.

— Слушай, а с чего ты вообще обратно вернулась?
– напрямую задал вопрос Коди, ловко вскрывая шипастый красно-пятнистый панцирь сивольской креветки, у которой одна только головогрудь была длинной с ладонь.

— Кейси позвал. Лично, - ответила Кора, выскабливая фаршированную ракушку.

— И ты прям отказаться не могла из-за вашей многолетней дружбы?
– фыркнул Бурбуль.

— Да я вообще удивлена, с чего он обо мне вспомнил. Он же мне ухода так и не простил.

— Ты не уходила, - твердо возразил друг.
– Ты доработала контракт. Разница есть. А не простил он тебе другое.