Чтение онлайн

– Убирайся, - небрежно процедил Фред, кивая головой на дверь.

Лютая ненависть охватила меня. Я уже не чувствовал боли во всем теле, а только видел наглую, улыбающуюся физиономию Фреда. Я поднялся на ноги и, пошатываясь, сделал к нему шаг. Я еще не знал, что произойдет, но шел, шел медленно ступая, с огромным трудом передвигая, казалось, чужие ноги, немного приподняв связанные руки.

– Иди... иди, ублюдок, - цедил Фред, жуя резинку и отступая к стене.

Вдруг он остановился, и я понял, что сейчас последует удар.

Но в ту же минуту, собрав последние силы, я подскочил в воздух, согнув ноги, и затем резко выпрямил их, ударяя ногами Фреда. Я почувствовал, что мой удар достиг цели...

Это последнее, что я мог сделать, теряя сознание. Но в последний миг я услышал какой-то глухой удар.

Уже второй раз я приходил в себя под нежное прикосновение рук Мерседес.

Все тело нестерпимо ныло, болела голова, но я почувствовал, что мои руки были развязаны. Она обтирала мое лицо, - Я с трудом приоткрыл глаза.

– Ты уже пришел в сознание, милый?
– нежно произнесла она.

– Да... Мерседес...
– едва прошептал я.
– А кто развязал мне руки?

– Это сделала я.

– А как... как же охрана?
– с трудом я высказал вслух мелькнувшую мысль.

– Им сейчас не до тебя...
– тихо произнесла Мерседес.
– Ты убил Фредди...

– Что?!..
– выдохнул я.

– Да, после твоего удара он ударился головой о стену, и кровь пошла у него изо рта и ушей... Лежи тихо, - сказала она, нежно удерживая рукой мою попытку приподняться.

Она поднесла мне ко рту чашку с жидкостью, а когда я сделал несколько глотков, стала меня кормить, как ребенка, кашей с ложечки. Я не хотел есть, чувствуя тошноту, но и не мог сопротивляться такому нежному уходу, какого не видел и в детстве. С трудом проглотив несколько ложек каши, запив несколькими глотками настоя каких-то трав, я тихо прошептал:

– Спасибо тебе за все... Я никогда это не забуду...

– Все будет хорошо, милый... Ты только поправляйся...
– снова произнесла она певуче своим нежным голосом.

– Мерседес, - внезапно спросил я, с трудом произнося слова.
– А отсюда нельзя убежать?

– Это тебе в таком виде?
– и она грустно улыбнулась.

– Ну, если не сейчас, то позже?
– настаивал я.

– А будем ли мы еще живы "позже"?
– спросила она, и грусть легла на ее прекрасное лицо.

– Будем, - почему-то уверенно, несколько окрепшим голосом, произнес я.

– Хорошо, милый... Тогда и убежим. А пока пей это и спи...

Я сделал еще несколько глотков и ощущал нежное прикосновение ее рук, пока не заснул.

Глава 5

"Подонок!.. Вон!.."

Давно я не просыпался от видения разъяренного лица мистера Эндри, но сегодня опять пробуждение было именно таким. Я открыл глаза, и возникший перед моим взором потолок и боль во всем теле напомнили мне о моем положении. Я постепенно пошевелил руками, а затем и ногами. Я почувствовал боль, но и почувствовал то, что кости целы: мои конечности двигались. С трудом я встал с топчана и прошелся по комнате. Голова кружилась, и я шел как по палубе корабля в хорошую качку.

Как и говорила Мерседес, у противоположной стены я увидел следы запекшейся крови.

– Да, Фред получил свое, - подумал я.

Я сделал несколько кругов по комнате и уже был уверен, что могу, хоть и медленно, но передвигаться сам, без посторонней помощи. Однако, дотронувшись до распухшего лица, я снова ощутил боль при прикосновении к небритому лицу.

Пожалуй, я не мог бы найти ни одного дюйма на своем теле, прикосновение к которому не отзывалось бы болью. Однако, вероятно, благодаря напитку, даваемому мне Мерседес, чувствовал себя весьма сносно. Я доковылял до топчана и опустился на него.

"К чему мне приснился этот старый дурной сон?" - мелькнула у меня мысль.

Открылась дверь, и вошла с подносом Мерседес.

– Добрый день, мой милый, - приветствовала она меня.

Она нравилась мне с каждым днем все больше и больше, а ее нежность и непосредственность просто умиляли меня.

– Добрый день, мой ангел, - тихо проговорил я, любуясь ею. И вдруг увидел румянец на ее лице...

– Кушайте, сеньор, - тихо произнесла она, ставя передо мной поднос. Взор ее был опущен.

– А разве вы не будете меня сегодня кормить?
– искренне огорчился я.

– А я... я не знала, будет ли это приятно сеньору, - смущенно проговорила девушка.

– Очень... очень приятно. Мерседес... Вы единственная девушка, кому я говорю это, - горячо заговорил я.

– Успокойтесь, милый, - мягко сказала она, перебивая меня.

Она села рядом и начала снова кормить меня, как маленького ребенка. Даже из ее нежных рук мне было больно брать пищу и жевать. Однако я упорно ел, чтобы с каждым новым кусочком пищи ощутить ее нежное прикосновение.

– Ешь, милый... Ешь... Тебе надо набраться силы... Силы, чтобы жить... жить...
– тихо шептала она.

Мне хотелось, чтобы завтрак длился бесконечно. Но я видел, что уже скоро не смогу проглотить даже маленького кусочка из ее рук. Вновь стало подступать чувство тошноты.

Нашу идилию прервал Мигуэль, вошедший в сопровождении Хосе и еще каких-то двух крепких парней.

– Прекрасная картина!
– воскликнул он.
– Она Подала мне блестящую идею!

Мерседес поспешно вскочила и поспешила выйти.

– Останься!
– властно приказал ей Мигуэль.

Она остановилась в нерешительности.

– А теперь, мистер Томпсон, я дам вам на размышление только десять минут, - обратился он ко мне.
– Или вы назовете место, где хранятся интересующие меня бумаги, или сейчас на ваших глазах мои парни будут забавляться с этой девкой, - и он кивнул головой в сторону Мерседес.

– Нет!..
– вырвалось почти одновременно у нее и у меня.

– Но это еще не все, - продолжал усмехаясь Мигуэль.
– Чтобы вам не было скучно слышать ее вопли и радостные возгласы моих парней, Хосе в это время постарается лишить вас мужской гордости, чтобы вы больше никогда не заглядывались на девок. Это сохранит вашу пока еще нужную мне жизнь, оставит возможность болтать вашему глупому языку, а остальное... Это уже ваши проблемы... У Хосе есть уже такой опыт с животными, но, по-моему, ты не намного хуже скотины... Итак, десять минут для принятия тобой решения...