Чтение онлайн

— Детектив Гурни?

— Верно.

— Проезжайте прямо до конца. Все машины — у главного входа.

— Спасибо. Он мёртв?

— О да, мёртв. Я был одним из первых на месте. Одного взгляда хватило — второй не понадобился. Два попадания: в грудь и в челюсть. Затылок снесло. Единственное, что не дало ему разлететься по всей теплице, — капюшон толстовки.

Полицейский приподнял ленту, и Гурни въехал через распахнутые ворота в аллею высоких деревьев, обрамлявших посыпанную гравием подъездную дорожку. Он приткнул «Аутбэк» в ряд у колонного портика — рядом с тремя патрульными машинами полиции Ларчфилда, «Додж Чарджером» Словака, фургоном для трупов, «Мерседесом» Фэллоу, «Тахо» Моргана, «Камри» криминал-фотографа и техничкой Барстоу. На панели приборов мигнуло: 22:15.

Обогнув массивный каменный дом, Гурни вышел из мягкого лунного сумрака в слепящий свет прожекторов, заливших пространство между оранжереей и лесом. На пороге он разминулся с фотографом — тот тащил на плече пухлую сумку с оптикой.

Словак и патрульный в форме изучали оранжевый джип Тейта, стоящий у начала дорожки напротив входа в теплицу. Двое других полицейских натягивали жёлтую ленту, формируя широкий коридор через лужайку. Сквозь стеклянную стену Гурни увидел, как Барстоу говорит с Фэллоу.

Морган стоял у распахнутой двери оранжереи. В его глазах читалось нечто большее, чем тревога.

— Слава богу, ты тут!

— Что случилось?

— Сейчас увидишь.

Гурни шагнул внутрь.

Поначалу увиденное соответствовало ожиданиям — сложенным из звонка Моргана и слов офицера у ворот.

Ничего неожиданного: распростёртая фигура на каменном полу; привычная «форма» Тейта — серая худи, чёрные джинсы, кроссовки. Тело лежало на спине, ноги вытянуты в сторону Гурни.

Крупные, ещё липкие пятна крови слева от головы и груди говорили сами за себя: сначала тело лежало лицом вниз в этих лужах, а судмедэксперт перевернул его в ходе первичного осмотра. Распределение крови на груди и вороте худи подтверждало это.

Приблизившись, он смог оценить разрушительный характер попадания, которое раздробило подбородок и скуловую кость, прежде чем пуля, похоже, — как отметил охранник, — раскроила затылок и ушла в капюшон.

Ещё шаг — и в верхней части лица его поразило нечто странное. Будто оно резко постарело — и совсем не походило на снимки Тейта. Уж точно не на тот, что висел в спальне Селены Карсен.

Особенно притягивали внимание глаза — застывшие маленькие, тёмные, мёртвые бусины.

Он остановился, присмотрелся, шагнул ещё ближе.

Не может быть?

Он оглянулся на Моргана. Тот кивнул — всё ещё ошарашенный.

Гурни наклонился, вглядываясь в эти крохотные чёрные глазки. Теперь сомнений не оставалось.

Кровавое тело на полу принадлежало Чандлеру Асперну.

Он отступил, пытаясь это всё осмыслить.

Голос Барстоу разорвал паузу:

— В кармане худи нашли любопытное. — Она подняла пакет для заморозки.

Гурни наклонился, чтобы тщательно рассмотреть находку.

Внутри лежала отрезанная правая кисть — судя по размеру, мужская.

За сорок восемь часов после перестрелки сложилась новая версия дела — с достаточным набором улик и с Чандлером Асперном, мэром Ларчфилда, в роли главного злодея.

Гурни признал эту гипотезу в целом удовлетворительной. Хотя некоторые ключевые вопросы оставались без ответа, она правдоподобно объясняла два момента, что давно его терзали: сообщение Тейта Асперну из морга и разницу в судьбах Руби-Джун Хупер и Мэри Кейн.

На утро третьего дня назначили встречу с окружным прокурором: представить «версию Асперна», добившись согласия на её обнародование и закрытие дела.

Гурни согласился присутствовать.

По просьбе Моргана он пришёл в штаб за двадцать минут до начала, чтобы выслушать, как тот собирается подавать доказательства вины Асперна.

Когда Морган попросил в финале прокомментировать, Гурни сказал, что всё звучит убедительно. Хотя в душе у него оставались сомнения, но озвучь он их сейчас — и Морган всполошится ещё сильней.

— С нашим окружным прокурором ты встречался? — спросил Морган.

— Нет.

— Быстро восходящая звезда, воспитанница сильных мира сего, заточенная на большую карьеру.

— Проблемы были?

— Ничего драматичного. Просто трение с человеком, которому нужно всё идеально — и ещё вчера.

— Ждёшь серьёзных помех сейчас?

Прежде чем он ответил, в открытую дверь постучали. Дежурный сержант сообщил:

— Страйкер здесь, — будто объявил о прибытии налоговой проверки.

Брэд Словак и Кира Барстоу уже заняли места за столом. Напротив, сидели Мартин Кармоди и Грета Викерц, профессор машиностроения, установившая, что гроб Тейта был сломан изнутри.

В торце стола стояла женщина спортивного сложения с короткими каштановыми волосами и говорила по телефону. На вид — едва за тридцать, одна из самых молодых окружных прокуроров штата; но в холодной жёсткости лица не было и намёка на юность.

Гурни сел рядом с Викерц. Морган оставался стоять, пока Страйкер не закончила звонок и не опустилась на стул. Она положила телефон перед собой, демонстративно глянула на время и без приветствия произнесла:

— Ваш выход, шеф.

Морган откашлялся:

— Кажется, вы знаете всех, Кэм, кроме Дэйва Гурни…

— Я знаю, кто он. Начинайте.

В уголках губ Моргана дёрнулся нервный тик.

— Я начну с истоков: видео падения Билли Тейта с крыши церкви и его «воскрешение» с уходом из морга Пила…

Страйкер пресекла это взмахом ладони:

— Видела. «РАМ новости» круглосуточно показывает эту утечку.

— Тогда вы, конечно, видели, как Тейт отправил два сообщения из бальзамировочной?

— Похоже, именно этим он там и занимался.

— Записи показывают: первое — Селене Карсен, сообщив, что жив. Второе — Чандлеру Асперну, где он предложил «взаимовыгодную возможность» и предупредил о визите тем же вечером.

— Видела эти тексты в материалах. Вы предполагаете: покинув морг, Тейт направился к дому Асперна?

— Именно.

— Дальше?

Морган изложил: Тейт озвучил «совместную возможность», упомянутую в сообщении.

— И что это была за возможность? — спросила Страйкер.