На кровавых крыльях
Шрифт:
— Ты всерьёз думаешь, что она может оказаться шпионкой пограничья?
— Дремучее невежество этой девки во многих отношениях казалось искренним, — задумчиво протянул Виктор. — Да и будь она шпионкой, откуда бы она могла явиться? Какой клан умудрился бы годами скрывать наездницу с такой приметной внешностью? Это кажется абсолютно невозможным. Но это ни разу не значит, что она не скрывает больше, чем говорит. У неё нет ни единой причины доверять нам. Зато есть все основания попытаться сделать ноги, — его глаза встретились с моими, прошивая насквозь. — Ей нельзя позволить уйти, Блейк. Никогда.
Я твёрдо кивнул: — Понимаю, дядя. Я лично буду за ней присматривать и позабочусь, чтобы она никуда не делась. — Я на секунду заколебался, а затем осторожно спросил: — Ты упомянул, что в Вейлмаре беспорядки. Насколько я знаю по сводкам, количество убийств на улицах резко увеличилось.
Виктор пренебрежительно махнул рукой: — Подумаешь, смерть блайтборнов. На это легко закрыть глаза.
Он имел в виду, что жизни рождённых мором для Совета регентов — пустой звук.
— Но рождённых мором явно вырезают наши же Высокородные, — вставил я, из последних сил удерживая маску ледяного терпения. — Если мы хотим сохранить тотальный контроль над массами…
— Это всего лишь баланс сил! — раздражённо оборвал меня Виктор. — Мы обязаны официально проповедовать сдержанность черни. За этот цирк мы должны благодарить твоего покойного отца. Его хвалёный «Новый путь», будь он неладен. Что ж, ваше молодое поколение аристократов выросло на этой пропаганде умеренности. Из-за этой херни вы стали слабее.
Ничего подобного мой отец не имел в виду, его реформы преследовали совсем другие цели. Но спорить со стариком я не стал, промолчал.
— Но суровая реальность такова, — продолжил Виктор, хищно оскалившись, — что хищники всегда останутся хищниками. Мы можем копить и подавлять первобытную жажду крови лишь до тех пор, пока это скрытое желание не вырвется наружу сокрушительным ударом.
Я коротко кивнул и медленно направился к массивной дубовой двери, искренне надеясь, что этот допрос наконец подошёл к концу.
— Блейк.
Его ледяной голос заставил меня замереть как вкопанного у самого порога.
— Что касается Энии…
Я сделал глубокий, бесшумный вдох, мысленно готовясь к худшему сценарию. Тягостная пауза затягивалась, давя на нервы физической силой.
— Я сегодня нанёс визит в Святилище, — тон дяди стал вкрадчивым и зловещим. — Передай Энии, что ваша мать шлёт ей привет.
Я молча кивнул, надавил на железную ручку и наконец открыл дверь, покинув кабинет.
Мысли лихорадочно выстраивали новые оборонительные рубежи. Насколько далеко Пендрагон продвинулась на уроках Родригеса за эти две недели? Скорее всего, её бумажные стены пока — курам на смех, и если Виктор решит лично пробить её ментальный контур своей вековой мощью, он сомнёт её Щит за долю секунды, а из неё самой сделает послушную куклу. И тогда пиши пропало. Я костью лягу, но заставлю её научиться защищаться, чего бы мне это ни стоило.
КНИГА 3
ГЛАВА 26 — МЕДРА
Через несколько дней после церемонии посвящения Блейка в Главы Факультета я отправилась на очередной урок по Щиту Рабства. Я искренне надеялась ещё раз тайком заглянуть в древнюю книгу заклинаний.
Я не видела Дракхэрроу с того самого дня на Арене. Он благополучно пропустил наши совместные занятия по усовершенствованному оружию. Впрочем, не то чтобы он действительно в них нуждался.
Блейк убил Корегона на глазах у всей Академии. И это был уже второй раз, когда я видела, как он лишает кого-то жизни. У него это получалось… пугающе хорошо.
Часть меня до сих пор не могла до конца осознать случившееся. Корегон Фири был мёртв. И именно он, как выяснилось, искалечил Вона. Не Блейк. А я слишком поспешно сделала выводы, выбрав самый очевидный ответ. Повела себя как глубая, безрассудная дура.
Иногда я пыталась мысленно оправдать свой поступок. Тот факт, что удары наносил лично Корегон, ещё не означал, что Блейк в конечном итоге не нёс за это ответственность. Скорее всего, он сам приказал Фири приструнить Вона. Не могло такое произойти без его ведома. Я уже достаточно узнала о том, как у Высокородных работает субординация — даже здесь, в школе, — чтобы это понимать.
После дуэли на Арене Родригес предупредил, что меня наверняка вызовут в кабинет директора Кима из-за потасовки на уроке профессора Шанкары. Очевидно, Шанкара уже успел доложить руководству все подробности. Профессор Родригес выглядел почти испуганным, когда рассказывал мне об этом.
Но повестка так и не пришла.
Я всё ещё была здесь. Всё так же ходила на занятия, ела в трапезной и спала в своей комнате в общежитии первого курса. Ничего не изменилось. Предположительно, я нарушила фундаментальный закон, прилюдно напав на Блейка, — и всё же меня никак не наказали. Меня даже не оставили отрабатывать после уроков.
Возможно, директор просто выжидал подходящего момента.
Я направилась по уже знакомому коридору к кабинету профессора Родригеса. Как ни странно, уроки по ментальной защите стали той частью дня, которую я ждала с нетерпением. Родригес был жёстким, но справедливым преподавателем и никогда не требовал больше того, с чем я могла справиться. Медленно, но верно я училась разделять свои мысли по секциям и возводить ментальные стены, способные противостоять силе принуждения.
И Родригес… Что ж, он действительно впечатлял. Он знал невероятно много. Куда больше, чем показывал на лекциях. У него явно были свои секреты, и чем больше я с ним общалась, тем сильнее мне хотелось узнать, в чём именно они заключались.
Подойдя к двери, я постучала один раз, толкнула створку и шагнула внутрь.
У меня перехватило дыхание.
Блейк сидел за столом Родригеса, бесцеремонно закинув свои длинные ноги на полированную деревянную поверхность, словно этот кабинет принадлежал ему по праву. Он лениво подбрасывал в воздух нож для вскрытия писем — маленький изящный кинжал с навершием в виде головы дракона.
Его платиновые волосы небрежно спадали на лоб. Белая рубашка была расстегнута ровно настолько, чтобы обнажить верхнюю часть чёрных татуировок, вившихся по груди. Самодовольная ухмылка тронула его губы, когда я вошла в комнату.
— Какого чёрта ты здесь делаешь? — спросила я.
— Родригесу пришлось уйти сегодня. Он попросил меня подменить его, — Блейк наклонил голову, явно наслаждаясь моим замешательством, а в его серых глазах насмешливо поблескивали искры.
Внезапно до меня дошло. Блейк был одним из тех тайных учеников Высокородных, которых Родригес обучал технике ментального щита.
— Ради всего святого, — пробормотала я, уже разворачиваясь на каблуках. — Нет, спасибо. Скажи Родригесу, что я приду на следующий сеанс.