Чтение онлайн

Твейн до последнего не подозревал о вероломстве дочери, списав свою гибель на происки врагов. Он продолжал любить и ценить Евгению, помогал, верил обещаниям. После же возжелал мести.

— То есть демон задолжал желание Соланжу? — выслушав историю королевы, вернулась к приятелю Твейна.

М-да, сначала играешь с существом в бильярд, а потом хладнокровно его убиваешь. Ну и мир!

— Именно, — кивнул герцог и хищно улыбнулся. — Я даже знаю, о чем он попросит до того, как убить. О да, милая леди, демон не жилец. Но зачем разбрасываться желаниями, верно?

Кивнула, хотя не одобряла подобного подхода.

Евгению и Геральта заочно приговорили к смерти. Не сомневалась, Соланж постарается их уничтожить. С одной стороны, вздохну спокойно, с другой, я не желала крови.

— А почему герцог Альдейн не желал воскрешать лорда Онора? — картинка пока не желала складываться.

— Графа, — поправил собеседник. — Твейн у нас граф. А воскрешать… С живым подобное проблематично.

— Так Соланж знал? — изумилась я. — И о королеве?

— Да и нет. Он считал, что Твейн разыграл собственную гибель. —Родриго подогрел остывший чай. Поблагодарила его улыбкой и приготовилась слушать дальше. — Благо повод имелся: Твейн тоже лелеял честолюбивые планы. Евгения же мастерски изображала скорбь и не оставила улик. Ничего, теперь Твейн умрет, как положено, с гарантией, — осклабился герцог. — Темные ритуалы и измена караются о-о-очень мучительно.

Сглотнула, представив, что скрывалось за скупыми словами.

И казнить предстояло Соланжу…

Наверное, прежде возненавидела бы некроманта, но нынешняя Дария продолжала любить. Пусть у него руки в крови, он всего лишь карающий меч. В конце концов, Эллан тоже не невинный младенец.

— Оставим политические дрязги в стороне, чем меньше знаете, тем лучше. Я затеял разговор по другой причине. Демон Иллир общался не только с Твейном Онором, но и с лангами. Оба приложили руку к вашим злоключениям.

Прерванный ритуал не убил некроманта, а забросил в Сумеречный мир. Там Твейн освободил демона и, заручившись его поддержкой, начал свои странствия. В Веос возвращаться не торопился, полагая, что воскресать пока рано.

Мир воды прекрасно подходил для ритуалов и экспериментов, в том числе, над наиви. Твейн развлекался, помогая лангам их ловить, заодно кормил душами демона.

— Судя по всему, граф взял в наложницы вашу тетку. Во всяком случае, она жила в замке, захваченном магистром Багеслом.

— Она жива? — с надеждой спросила я.

Сердце забилось чаще.

Неужели я не одна на свете?

— Вряд ли, — убил надежду герцог. — Когда девица ему наскучила, Твейн отдал ее лангам как подстилку. Извините, миледи, но предпочитаю сказать, как есть, — он развел руками.

Кивнула, пряча слезы в уголках глаз.

— А моя мать, отец?

— Беременная наиви заинтересовала только лангов. Не стану вдаваться в подробности, хотя демон охотно ими поделился, — все же ваша мать. Благодарите Твейна и его дружка за ее смерть. И гибель вашего отца тоже. Думаете, кто навел лангов на убежище светлых, кто забрал остриженную прядь волос — так, на всякий случай. И пригодилась! — усмехнулся герцог. Он умалчивал о большей части событий, хотя и в усеченном виде рассказ поражал жестокостью. — Твейн едва не подарил другу-демону еще одну светлую душу — вашу, только вот Шепчущий подвел. Ваша мать тоже ускользнула: умерла родами после изнасилования.

— Кем? — губы едва размыкались.

Отвернулась, скрывая слезы.

— Какая разница. Нет, я могу показать, благо визуальный слепок показаний с собой, но вряд ли выдержите.

— Так ее не один?..

— Твейн тоже любил хорошеньких женщин, — равнодушно ответил Родриго. — Навестил вашу матушку. Уж не знаю, до или после магистра — подобные подробности меня не волнуют.

Как обманчиво первое впечатление! Поначалу Твейн Онор не казался чудовищем, но чем больше я узнавала о нем, тем больше разочаровывалась.

— Зачем вы мне рассказали? — сдавленно спросила я.

От переполнявших эмоций стало тяжело дышать, будто грудь завалило камнями.

Поражала бессмысленная жестокость. И навсеи. Родриго так спокоен, словно не видит ничего кошмарного в произошедшем. Ну да, он навсей, а темные не только галантны, они отдают пленных девушек общине и развлекаются всей семьей сами в глубине подвалов.

Одинокая слезинка стекла по щеке.

Гадко и тошно!

— Это ваше прошлое. Соланж бы не сказал, пожалел.

— А вы жалеть не стали? — ядовито подметила я.

— Я расплатился предельной честностью и открытостью за будущую услугу. Вина?

Не дождавшись ответа, герцог хлопнул в ладоши, и в воздухе материализовался призрачный слуга. Родриго приказал принести второй бокал и новую бутылку. Я отказалась пить, но герцог настоял, чуть ли не насильно заставил сделать первый глоток. Сразу отпустило, чувства вырвались наружу. Думала, Родриго уйдет или отчитает, — нет молча протянул платок. Я одновременно злилась и благодарила его. Теперь мозаика сложилась, пусть чудовищная, но такова жизнь. Светлые — вымерший вид, остальные: и темные, и серые, и люди, — способны на подлости ради собственной выгоды.

— Все? — обратила заплаканные глаза на герцога.

— Да, если вам не нужны подробности.

— Вы присутствовали на допросе?

Родриго кивнул.

— В качестве кого?

Сомневалась, будто Соланж позволил кому-то вмешиваться в свою работу.

— Свидетеля и помощника. С демонами трудно, одному не удержать. Не бойтесь, я не обманул и готов повторить слово в слово при лорде Мароне. Он Чувствующий и не даст солгать.

Герцог внезапно улыбнулся и лукаво глянул на меня.

— Однако, ну и кашу вы заварили! Соланж Альдейн в бешенстве. Отказать Хозяину смерти! Видимо, я стал для вас учебным пособием.

В горле резко пересохло.

Шутка, угроза, предупреждение?

— Вы не делали официального предложения, — осторожно напомнила я.

Вроде, Родриго не из тех, кто подло мстит. Хоть бы не изменил принципам! А то не поймешь, что кроется за беззаботностью. Герцог — навсей серьезный, не уподобился бы кумушкам.

Герцог мягко улыбнулся..

— Я не утверждал иного, выдохните, Дария. Считайте обычным злорадством. Приятно, когда Соланж Альдейн получает щелчок по носу.

Часы пробили семь.

Родриго встрепенулся и поспешил откланяться, напомнив об обещании навестить Валерию.

— Вы желанная гостья в нашем доме, — заверил он, уходя. — Можете не предупреждать о визите.

Головокружительная карьера: от ничтожества до протеже герцога Терского!

***

Я волновалась. Волновалась так, как, казалось, никогда в жизни. Замучила бедную горничную выбором платья и все равно осталась недовольна.

Помолвка. Сегодня Эллан официально сделает мне предложение!