На круги своя
Шрифт:
Сердце замирало в сладостном предвкушении. Огорчало одно: Соланж больше не объявился. Он старательно избегал меня и через слугу вернул приглашение. По меркам Веоса — оскорбление, но я не стала ничего говорить Эллану. Не хватало еще, чтобы он вызвал Соланжа на дуэль! Не желаю рисковать ни одним из своих мужчин.
Мысль о том, что однажды Эллана не окажется рядом, вселяла первозданный ужас, и я еще крепче прижималась к нему, целовала и с упоением, будто в последний раз занималась любовью. В такие минуты ощущения обострялись, я даже забывала дышать, удовольствие захлестывало с такой силой, что едва не захлебывалась. И так много раз — Эллан не позволял своему имени слетать с моих губ единожды за ночь. Сначала стыдилась, думала о прислуге, а потом стало все равно. Пусть слушают и завидуют!
Никогда, никогда я не испытывала такого. Ни Геральт, ни тем более Филипп не могли заставить мечтать о ноющих мышцах и осипшем голосе. Чувствующий, он и есть Чувствующий, мой и ничей больше.
Я собиралась сделать Эллана счастливым. Уж насколько смогу. Хватит, надоели самодовольные навсейки, соблазнявшие нарядами, впускавшие в постель и выбрасывавшие мужчин, словно мусор! Эллан достаточно от них натерпелся. Неблагодарные твари, во что они превратили мужчин! Те боялись ухаживать за женщиной, если не вполне подходили под список выдвинутых ей требований.
Навсейки, восседая на троне, купались в подарках и попирали ногами поклонников. Мне такое претило. Я окружу Эллана заботой, рожу ребенка. Лорд может сколько угодно твердить о невозможности зачатия, оно случится. Эллан здоров, а мы так старались. Чтобы точно все получилось, заставила любимого выбросить дурно пахнущую жидкость, которая «замораживала» мужские силы, то есть делала бесплодным. Он глотал ее долгие годы, пришлось помучиться, но я таки вывела из организма последствия.
Отныне пару раз за ночь ложилась на спину — идеальную позу для зачатия. Да и Эллану нравилось. Пусть он молчал, меня не обманешь. Мужчина всегда мужчина, ему нужно повелевать, а тут такой простор!
Сначала волновало, не слишком ли много мы занимаемся любовью? Эллан недавно оправился, хотя начал ласкать задолго до того, как смог вставать. Его язык творил чудеса, на равных соперничая с мужским достоинством. Не подводили и пальцы. Они зажили гораздо раньше живота и принимали активное участие в моем моральном падении.
Однако мужчины упрямы, темные, так особенно, и я подчинялась. Да-да, лорд Марон показал характер! По-прежнему «все для тебя, дорогая», но и себя не забывал. Иногда приходилось идти на компромиссы, но, Великая Мать свидетельница, я только радовалась!
Эллан сделал совершенно счастливой, как женщину. Из-за него все забывала по утрам. Право слово, какие дела, когда на коже еще живы поцелуи, а тело полнится чужим теплом?
Несмотря на намеки Соланжа, ни мгновения не сомневалась в любви лорда. Он мог дарить сколько угодно подарков, но легкие поцелуи перед уходом на службу — Эллан вернулся к преподаванию, — и расспросы о том, как провела день, значили гораздо больше.
Соланж, он совсем другой — жесткий, самонадеянный. Я бы с ним не ужилась, сбежала. Да и некромант до сих пор не сказал, любит или нет. Он старательно уходил от разговора, теперь вот исчез.
Ничего, скоро перестанет сниться вербена. Я видела сны еще реже, поцелуй Эллана прогонял тоску о прошлом.
Повторное, на публику, предложение любимый собирался сделать лично. Сама бы с удовольствием преклонила перед ним голову, но раз Эллан категорически возражал, не видела причин настаивать. Побуду женщиной, а он — мужчиной.
По случаю грядущей помолвки давали прием. Эллан пригласил весь цвет высшего общества, благо сезон зимний, все в столице.
Витавшее в воздухе напряжение спало, запрет на торжества отменили, хотя состояние его величества оставалось прежним: и ни жив, и ни мертв. Фактически правил герцог. Его коронация считалась делом решенным. Страшно, но никто не верил, что его величество поправится. Я тоже. Как лекарь, понимала: шансов нет.
Думала о Валерии, супруге Родриго, приедет ли, тяжело ведь, когда в дверь постучались.
— Дария, ты скоро? — послышался встревоженный голос Эллана. — Уже восемь, гости начнут съезжаться.
Как, уже?!
Бросила отчаянный взгляд на горничную и вручила судьбу в ее руки. В итоге через полчаса спустилась вниз в сиянии бриллиантов.
Платье открывало грудь и плечи. Чтобы не замерзнуть, накинула пелерину. Подаренное Элланом ожерелье манило взгляд в ложбинку между грудей. Раньше я посчитала бы такое бесстыдным, сейчас, наоборот, настояла на глубоком вырезе, по местной моде: хотела, чтобы любимый ласкал взглядом. Можно не только взглядом, благо фасон позволял многое. В комнатах много укромных уголков, могу пригласить прогуляться… по парку.
Хихикнула, представив выражение лиц гостей.
Ну да, не все же навсейкам! Помнится, одна новобрачная во время бала не отрывала ладони от филейной части супруга. Я же не собираюсь держать Эллана за… Словом, мы чинно и благородно отрепетируем брачную ночь, раз уж стали женихом и невестой. Надеюсь, Эллан умеет не только раздевать женщин. Соланж умел. Жаль, он не увидит меня такой красивой, не пригласит на танец. Я соскучилась по теплу его рук.
Зато Эллан рядом. Какой же молодец, что не женился, а то бы пришлось отбивать у супруги.
Лорд замер в немом восхищении, завидев меня на ступеньках лестницы. Одарила его теплой улыбкой и заработала череду поцелуев — Эллан прошелся губами от запястья до плеча.
— Идем, — хрипло произнес он, все еще не в силах оторваться от моей кожи. — Там портал сработал.
Кивнула и быстро, пока никто не видит, коснулась губ Эллана.
— Не надо, — тот отстранился. Глаза потемнели от желания. — Иначе я подхвачу тебя на руки и отнесу в спальню.
— Потом, —поправила пелерину. — Мы еще улизнем от гостей, а ночью, уверена, перебудим всех столичных жителей.
— Дария, ты ли это? — картинно поднял брови любимый.
— Твоими стараниями!
Не удержалась и таки хлопнула его веером пониже спины — захотелось. Лорд пригрозил пальцем и, надев маску светской учтивости, чинно взял под руку и повел вниз. Когда из портальной комнаты вышли первые гости, он успел продышаться и укротить желание.
Вот не зря, не зря заказала такой наряд! Интересно, утащит до танцев или потерпит?
Заученно здоровалась, приседала и принимала комплименты. С помолвкой гости пока не поздравляли: рано, дурная примета.
Как обещал, герцог Терский почтил нашу скромную обитель. С супругой — значит, той лучше, хотя выглядит плохо, румяна не спасают. Вот зачем так корсет затянула? Пусть она трижды герцогиня, будущая королева, отчитаю, и Родриго поддержит. Он во всем со мной соглашался, когда речь шла о здоровье дражайшей половины.
Герцог чуть дольше положенного задержал в руке мою ладонь и многозначительно покосился на бледную Валерию. Неужели дело не в шнуровке?
— Проблемы? — одними губами, чтобы никто больше не слышал, испугалась я.