Чтение онлайн

Он поднял взгляд и увидел, как Леда вдруг замерла. Её улыбка поблекла, а лицо стало серым, словно её окатило ледяной водой. Глаза расширились, пальцы дрогнули, но она не проронила ни слова. Только сжала в руках тряпку, не отводя взгляда от двери. Краут медленно обернулся.

В дверях стояли трое.

Первый был рослым, широкоплечим мужчиной с грубыми чертами лица. Короткие тёмные волосы, тяжёлый взгляд. На шее татуировка в виде чёрной спирали, исчезающая под воротником потрёпанной куртки. Он стоял, слегка наклонив голову, словно выискивал кого-то в толпе.

Второй был ниже, но с таким же массивным телосложением. Его лицо полностью скрывала гладкая металлическая маска с узкими прорезями для глаз. Из-под неё доносилось хриплое, мерное дыхание.

Но именно третий заставил Дейна хмыкнув, почесать затылок.

Худощавый, с длинными пальцами, светлыми волосами, аккуратно собранными в короткий хвост. Его безукоризненно выглаженный тёмный пиджак смотрелся здесь так же неуместно, как бокал дорогого вина в шахтёрской забегаловке. Серые, почти бесцветные глаза скользили по залу, беззвучно оценивая каждого.

По залу пробежал нервный холодок.

Клеон замолчал. Аспа сжала губы. Дарси перестал жевать, его рука так и зависла над тарелкой. Даже имплантированный парень замер.

Клеон не спеша встал, поправил куртку, шагнул вперёд. За ним, словно тень, двинулись его друзья. Сайджед тоже поднялся, но не пошёл за ними. Он подошёл к стойке и встал так, чтобы Леда оказалась у него за спиной.

В зале воцарилась напряжённая тишина.

— И чего вы сюда приперлись? — Клеон остановился напротив троицы, скрестив руки на груди.

Худощавый приподнял брови с преувеличенным удивлением.

— Вот это встреча! Ты уже вернулся? Какая неожиданность. А я вот с друзьями решил заглянуть на ужин.

Клеон напрягся.

— Знаю я, зачем ты здесь, Фузо.

Фузо улыбнулся, словно услышал что-то невероятно забавное. Легко, небрежно поправил лацканы пиджака.

— Да брось, мы всего лишь хотели поесть, здесь же едят, разве нет? Слышал, что твоя мать готовит потрясающе. Было бы глупо упускать такую возможность.

— Ответ по-прежнему "нет", — твёрдо заявил Клеон.

Татуированный и Маска переглянулись, ухмыляясь. Они чуть сместились, будто готовились двинуться вперёд. Но Фузо лениво взмахнул рукой, останавливая их.

— Ах, какая жалость… — протянул он с преувеличенным сожалением. В его глазах мелькнула скрытая угроза. — Что ж, коли так, придётся поужинать в более приличном месте. А не в этой… помойке.

Он слегка наклонил голову в вежливом, но нарочито насмешливом поклоне.

— До встречи, Клеон, — он перевел взгляд на Аспу. — Отлично выглядишь, Аспа.

Он развернулся и первым направился к выходу. Двое его громил задержались на секунду, бросая на Клеона и его друзей долгие, обещающие неприятности взгляды. Но спорить не стали и последовали за своим хозяином.

Дверь закрылась.

Клеон стоял, стиснув кулаки. Леда, наконец, шумно выдохнула и прижала руку к груди.

Дейн, наблюдавший за этим со стороны, сделал последний глоток кофе.

"Любопытно!", — в сердцах хмыкнул Краут.

Он взглянул на время. Пора. Не торопясь, он поднялся, поправил воротник, стукнул по кирасе и направился к выходу.

Выйдя на улицу, Дейн сразу же заметил тех троих. Они остановились возле квик-кара ДБИ, припаркованного чуть в стороне под тусклым уличным фонарём.

Фузо что-то сказал офицерам — коротко, негромко, но с той особой интонацией, которая не предполагала возражений. Один из офицеров, высокий мужчина в салатовой форме департамента, кивнул. Он, бросил офицерам ещё пару слов и направился к своему дорогущему квик-кару. Громилы двинулись следом. Дверцы бесшумно открылись, мягко хлопнули. Машина плавно тронулась и растворилась в сумерках.

"Любопытно!", — подумал Дейн, сунув руки в карманы.

Он подошёл к квик-байку, припаркованному в темноватом углу гаража. Достал шлем из багажника, на мгновение задержавшись, чтобы встряхнуть его — привычка, выработанная годами. Никогда не знаешь, кто или что могло заползти внутрь за время стоянки.

Холодный воздух коснулся шеи, пробежал по коже лёгкой дрожью. Дейн поёжился, поправил воротник рубашки, вставил в уши наушники, затем надел шлем, плотно застегнув крепления. "Нужно раздобыть что-то потеплее", — подумал он, сев на квик-байк.

Он подождал пока Кода займет свою нишу впереди, включил зажигание, и мотор отозвался низким, вибрирующим урчанием. Дейн выехал из гаража и устремился по улицам ночной Клоаки.

Дейн ехал по узким, извилистым улицам Клоаки, лавируя между редкими машинами и неоновой рябью вывесок. Люди здесь жили без иллюзий. Они не ждали помощи — ни от правительства, ни от корпораций, ни даже от соседей. Шахтёры, механики, грузчики — те, кто работал с утра до ночи, а потом спускал жалкие зарплаты в барах и игровых залах. Вечные должники, которых цепляли на крючок ростовщики и кабальные контракты корпораций.

На углу, у стены, сидела пожилая женщина с жуткими протезами вместо ног. Старый, потрёпанный халат плохо защищал её от холода, а рядом стояла табличка: "Помогите кто может". Никто не останавливался. Никто не помогал.

Молодёжь вертелась вокруг подпольных боёв, наркоторговцев и банд. Подростки у стен уставились в экраны голо-падах, прокручивая новости о разборках и последних арестах, а неподалёку двое громил, завернувшись в потрёпанные куртки, переговаривались с мужчиной в тёмном плаще — скорее всего, передавали товар или получали плату.

Вдоль дороги тянулись заведения с мерцающими вывесками: "Золотая пыль", "Шпиль", "Летушкина лапа". Пристанища для тех, кто проиграл всё, кто продал себя, но всё ещё надеялся урвать последний шанс. Изнутри доносились глухие басы музыки, чей-то пьяный смех, ругань, а иногда — звук удара и короткий вскрик, который никто не слышал или делал вид, что не слышал.

Дейн свернул в боковую улицу, где неоновый свет уже не доставал. Здесь были другие знаки жизни: граффити на стенах — символы банд, призывы к забастовкам, номера, которые понимали только свои. В подворотне кто-то спал, завернувшись в потрёпанное одеяло. Чуть дальше, возле припаркованного грузовика, группка мужчин лениво переговаривалась, бросая на проезжающих настороженные взгляды.