Чтение онлайн

— Горько? — усмехнулась она, опираясь локтями на стойку.

— Терпимо, — буркнул он, покручивая чашку в руках.

— Хорошо помогает прийти в себя, — заметила Леда. — Особенно когда человек много думает.

Дейн скользнул по ней взглядом.

— Вряд ли это про меня, — заметил он сухо.

— Ну да, конечно, — Леда покачала головой с лёгкой улыбкой. — Значит, просто устали.

— Такое бывает, — признал Дейн.

Она на секунду задумалась, протирая стойку влажной тряпкой.

— Вам ведь здесь не нравится, — сказала она наконец, негромко, но уверенно.

— У вас довольно уютно, — пожал плечами он.

— Я о нашей планете, — уточнила она.

— Сама обычная планета. Не хуже других. Но я здесь застрял.

Леда выпрямилась, глядя на него с тем выражением, с каким заботливая тётушка смотрит на племянника, решившего связаться с дурной компанией.

— Если у человека есть выбор, зачем застревать там, где ему не место?

Дейн задумчиво покрутил чашку в руках.

— Хороший вопрос.

— Значит, стоит задуматься, — мягко заметила Леда.

— Приму к сведению, — усмехнулся он.

Тем временем по лестнице, неспешно спускался Сайджед.

Высокий, стройный, он выглядел так, будто его случайно занесло в этот забытый богами уголок цивилизации прямиком из парадных залов. Светлые волосы уложены аккуратно, а костюм — пусть и немного поношенный, но всё ещё явно дорогой — сидел безупречно.

Окинув взглядом зал, он вдруг остановился, заметив, как Аспа лавирует между столами с подносом в руках.

— Аспа, ты теперь работаешь официанткой? — в его голосе прозвучала лёгкая насмешка.

Девушка, не замедляя шаг, метнула в него острый взгляд.

— Нет, я играю в официантку, — фыркнула она. — Официантка уволилась. Внезапно!

— Правда? — удивлённо приподнял бровь Сайджед.

— Ага. И я почти уверена, что Фузо тут замешан, — пробормотала Аспа, скрываясь за стойкой.

Сайджед задумчиво потер подбородок, обдумывая её слова, затем плавно опустился на высокий стул у стойки. Он заказал себе легкий завтрак.

— Доброе утро! — поздоровался он с Дейном.

Наемник ответил кивком и ещё раз поблагодарив Леду за чай, взял кружку и поднялся к себе в комнату.

Комната встретила его полумраком и привычной тишиной. Прислонившись спиной к двери, он сделал глоток чая, чувствуя, как тепло медленно разливается по телу. Закрыв глаза, Дейн попытался собрать мысли воедино, затем, поморщившись, достал коробку с материалами дела, уселся на кровать и снова погрузился в их изучение.

Его взгляд зацепился за имя офицера, который вёл расследование.

Лейтенант Нолан Хаас.

— Ну, имя у нас есть, — пробормотал он, потирая шею. — Теперь осталось выяснить, что он скажет.

Наёмник бросил беглый взгляд на Коду и ухмыльнулся:

— Хотя, по правде говоря, и так понятно, что дело закрыли не из-за недостатка улик, а из-за давления сверху.

Он хмыкнул, приподняв бровь.

— Или сбоку.

Дейн сделал ещё один глоток, ощущая горьковатый привкус настоя, и, прикрыв глаза, на мгновение задумался.

— Ладно. Заедем в ДБИ, посмотрим, насколько там рады нежданным гостям.

Он аккуратно сложил всё обратно, закрыл ящик и поставил его на тумбочку. Затем поднял голову и уставился в потолок, словно пытаясь увидеть в нём ответы.

— Итак, что мы имеем…

Кода пискнул, фиксируя сказанное наемником в своей памяти.

— Нира Морган. Начинающая журналистка с безрассудной тягой к опасным темам. Фанатеет по Лукавому Дуа, а значит, с азартом суёт нос туда, куда никто в здравом уме соваться не станет. Она начинает копать под некий культ, просит помощи у Гроуле — смотрителя музея и друга её отца. Гроуле предупреждает её об какой-то опасности. Потом… Гроуле умирает. У него дома и на рабочем месте проводят обыски какие-то офицеры из ДБИ, о которых в самом департаменте ни слухом ни духом.

Дейн склонил голову набок.

— Нира уверена, что Гроуле убили. И, скорее всего, начинает собственное расследование. А дальше…

Он выдохнул, потёр лицо ладонями и посмотрел на Коду.

— Тринадцатое пекло… А дальше она натыкается на нечто настолько опасное, что за это её убивают. Далее дело приходится срочно замять. И не просто замять — надавить на ДБИ, чтобы они закрыли его надежно. Вплоть до подделки улик, — Краут вспомнил отредактированную голограмму и рассказ Барда, — и показаний свидетелей.

Наёмник помолчал, словно примеряя детали мозаики друг к другу.

— Затем убирают тех, кто мог знать слишком много. Этот Раскат — пуля в лоб. Барда пытаются ликвидировать, но вмешиваюсь я.

Он сощурился, перебирая в голове возможные связи.

— И вот тут появляются Пепельные.

Он замолчал, покачав головой.

— Как они вообще с этим связаны?

Кода пискнул. По интонации было понятно: вопрос задан не по адресу.

— Глупая девчонка, кому же ты перешла дорогу? — обратился он к Нире, а потом допил чай и поехал в ДБИ.

Дейн вёл квик-байк сквозь утренний трафик, но вскоре понял, что дорога к центральному отделению ДБИ оказалась не такой уж прямой.

На главных улицах Арн-Холта бушевали митинги в поддержку местных политиков. С обеих сторон громкоговорители надрывались, перекрикивая друг друга.

С одной стороны громыхали лозунги в поддержку губернатора Оула. Толпа людей — рабочие, служащие, чиновники поменьше, — махали флагами, скандируя что-то про порядок, стабильность и процветание. Дейн заметил нескольких представителей Утвердителей, зорко следивших за происходящим, но пока не вмешивавшихся.

С другой стороны бурлила другая демонстрация — сторонники Хенликса. Их толпа казалась более хаотичной: молодёжь, одетая в тёмные куртки с нашивками, несколько человек в дорогих костюмах, женщины с плакатами, на которых Оула обвиняли в коррумпированности и тирании.

Кто-то в задних рядах сторонников Хенликса бросил в толпу Оула что-то тяжёлое — металлический термос или баллон. Раздался звонкий удар, и этого хватило, чтобы вспыхнуло пламя конфликта.

Началась драка, кто-то пытался оттащить зачинщиков, но снежный ком было уже не остановить. Закричали женщины, по мостовой покатились опрокинутые ограждения. Продавец уличной еды, который ещё минуту назад равнодушно продавал лепёшки, схватил свой ящик и ретировался.