Чтение онлайн

– И что она значит?
– также шепотом спросил Рон, боясь, что мадам Пинс обнаружит их и выгонит: час стоял уже поздний, и библиотека вот-вот должна была закрыться.

Гермиона пожала плечами.

– Эта руна принадлежит к англосаксонской группе, но настолько стара, что про нее написано лишь одно слово: «агимат». Ни в одной книге больше не упоминается про нее, - она выглядела удрученной, словно фолианты подвели ее в этот раз.
– Я попробую спросить у профессора Бабблинг, моего преподавателя по Древним рунам, вдруг она знает что-то.

Слегка расстроенный, Гарри помог ей убрать книги на полки. Он отчего-то был уверен, что они вот-вот раскроют некую тайну, но с каждым новым шагом неизвестного становилось все больше. На него накатило ощущение дежавю: опять какие-то загадки, нарисованный непонятный символ, словно они снова столкнулись с Дарами Смерти. Вот только на это раз непонятно, кто стоит за всем этим. Он поделился этими соображениями, пока они шли до гостиной по коридорам замка.

– И что, думаешь, существуют какие-то еще волшебные артефакты, за которыми опять кто-то охотится?
– засмеялся Рон, когда они вошли в портретный проем.
– Гарри, кому, скажи на милость, это нужно? Волан-де-Морт побежден, его сторонники почти все пойманы или убиты. По крайней мере, самые рьяные его последователи уж точно.

– А почему многие слизеринцы не вернулись?
– парировал Гарри.
– Их родители вдруг решили, что чистокровным волшебникам не обязательно закончить школу?

– Да, это верный признак, что они замышляют что-то злое, - веселье Рона передалось и Гермионе, она улыбнулась, зевая.

– Я даже почти уверен, что здесь замешан Малфой, - Гарри не обращал на иронию в их словах никакого внимания, расхаживая по комнате.
– На шестом курсе вы мне не верили, а он оказался предателем и собирался убить Дамблдора!

– Но не убил, - отрезала Гермиона. Она начинала сердиться.
– Я написала Виктору. Надеюсь, скоро придет письмо и успокоит твои маниакальные идеи по поводу вселенского заговора.

Она, продолжая позевывать, покачала головой и ушла в спальню для девочек, а Рон, потоптавшись, сказал:

– Гарри, ты не сильно хочешь спать? Я хотел бы тебе показать одну штуку. И получить здравую критику, - добавил он нервно.

Они вышли из гостиной, вызвав при этом недовольство уже почти заснувшей Полной Дамы, и осторожно спустились по тускло освещенным коридорам в один из кабинетов на третьем этаже. Рон снял запирающие чары с двери, пропустил Гарри вперед, прикрыв за ними дверь, и взмахнул палочкой:

– Люмос Максима!

Помещение озарилось ярким светом, по потолку и стенам заплясали тени, отбрасываемые при каждом шаге Рона, который подошел к какому-то небольшому предмету на столе, накрытому мятым куском серой ткани. Он смущенно оглянулся.

– Это все, что я смог придумать. Не знаю, оценит ли Джордж. Решил вот тебе показать.

Он снял покрывало, под которым оказалась белая фарфоровая чашка с нарисованными на ней цветами, смутно похожая на ту, сервиз с которыми он наколдовал на экзамене по трансфигурации. Рон немного откашлялся, стукнул легонько по ней палочкой и произнес:

– «Жемчужными слезами плакал феникс».

Чашка как будто слегка вздрогнула и тут из нее полилась приятная мелодия, а затем чей-то красивый женский голос грустно запел:

Жемчужными слезами плакал Феникс,

Когда Дракон украл его невесту,

И Вертивжик кружиться разучился -

Любимой обречен он был замерзнуть.

Единорог любимый рог утратил,

Потерянным остался Гиппогриф -

Любимые исчезли в вышине -

И это всё, что рассказали мне.

Любовь повергла в трепет разных тварей

И самых злых, и слабых, и покорных,

Взъерошив шерсть и вздыбив мех и перья,

Любовь всех нас приводит в исступленье[1].

Мелодия смолкла. Рон нерешительно посмотрел на Гарри.

– Ну как?

– Она любые песни будет петь?
– изумился тот, - Какие попросишь?

– Надеюсь, - ответил Рон.
– Пока у нее небольшой репертуар, но уже пару десятков знает. Поначалу слова путала, но потом вроде ничего. Дорабатывать, конечно, надо…

– Рон, это очень здорово!
– восхитился Гарри. Он и подумать не мог, что его друг окажется такой творческой личностью.
– Я думаю, Джордж оценит твою поющую чашку по достоинству.

– Я хочу назвать ее Поющая Плошка или Чарующая Чашка, - после одобрения со стороны Рон словно снова обрел в себе уверенность.
– Чтобы на одну букву было название, понимаешь? Только пока Гермионе не говори, хочу удивить ее.

Воскресенье они провели у Хагрида, сидя в его теплой хижине и поедая новую партию кексов, которые раз от раза становились все более вкусными и симпатичными на вид. Помимо Гарри, Рона и Гермионы пришли еще Джинни и Полумна. Гермиона хотела позвать и Невилла, но Гарри шепотом пояснил ей, что сейчас не самый подходящий для этого раз, многозначительно посмотрев на Полумну. Однако та, по-видимому, уже пришла в себя: она так хохотала над шуткой Рона про двух кентавров, что подавилась кексом и потом еще долго сидела, икая и хихикая. Гермиона уже допивала третью кружку травяного чая, когда в приоткрытое окно влетела взъерошенная сова, бросив ей на колени письмо, и с недовольным уханьем тут же вылетела обратно. Гермиона бросила взгляд на конверт и сразу передала его Гарри:

– Это от Виктора.

Гарри отошел в сторону, поскольку Хагрид уже начал напевать гимн Хогвартса, радуясь тому, как все они хорошо и дружно собрались здесь, и начал читать пляшущие буквы, написанные беглым косым почерком:

«Здравствуй, Гермиона. В данный момент я нахожусь на тренировках в Габрово, поэтому не слишком много нового могу тебе сообщить. Моя сестра недавно писала, что профессор Димитров сообщил им о том, что в замок летом заполз уж, но кто-то наложил на него раздувающее заклинание. Поэтому люди и видели большую змею, уползшую в лес. А башня разрушилась от ураганного ветра в один из дней, поскольку была старая и вся в выбоинах. Не знаю, насколько это правда, но передаю тебе, что знаю. А теперь прости, мне пора. Надеюсь, ты отлично сдашь экзамены. С уважением, Виктор».

Гарри задумался. Уж больно странное объяснение всему этому. Он вернулся и протянул письмо Рону. Тот пробежал его глазами и поморщился:

– Это самое детское объяснение, которое я когда-либо слышал! Кто летом в школе мог наложить эти чары на заползшего ужа? Завхоз? Или пара пожилых преподавателей? Найти в огромном замке ужа и раздуть его ради интереса - это шуточка в стиле Фреда и Джорджа.

Он внезапно смолк, вспомнив про смерть Фреда, и хмуро отдал письмо Гермионе, которая вместе с Джинни и Полумной подпевала Хагриду.

– Вот и я думаю, что это было просто сказано, чтобы успокоить учеников, - вполголоса заметил Гарри.
– Однако ничего нового, и правда, здесь нет.

Рон положил руку ему на плечо.

– Завтра уже получим свои отменные результаты, уедем отсюда и начнем действительно новую взрослую жизнь. Забудь про это, Гарри. Зачем тебе уравнение, где одни только неизвестные? Да и существует ли оно, уравнение это?

Гарри усмехнулся и внезапно почувствовал, что Рон прав. Заигрался по привычке в героя и не заметил, как его мысли стали заняты чем-то ненужным, быть может, вовсе не имеющим реальную основу.