Чтение онлайн

Вручив драконнице добычу, чтобы она могла утолить жажду и умыться, не сводя с нее прищуренного взгляда, спросил:

— Так почему ты позволила ей сделать это? — Вопрос застал Айонель в тот момент, когда она сделала глоток из кубка. Она поперхнулась и закашлялась, ее щеки сразу покраснели.

— Торопись, растает… — насмешливо напомнил я, пока она, поправляя дыхание, выразительно смотрела на меня.

Стиснув зубы, Айонель покачала головой, потом выдохнула и спросила:

— Не понимаю вашего интереса… — Ее глаза стали колючими, как когда-то в моей академии, но она поспешно перевела взгляд на траву. Мне это совсем не понравилось, на ее лице гораздо симпатичнее выглядели изумление и восторг.

— Тебе подложили магическую ловушку, которая взорвалась под ногами. Ты очнулась на дне оврага с разбитым лицом и вывихнутой ногой. Так? — Айонель прищурилась и вопросительно посмотрела, словно усомнившись в справедливости моего утверждения, затем спросила:

— Вы подсматривали?

— Считал с магического поля остатки заклинания…

Она понимающе кивнула, затем равнодушно поинтересовалась:

— Зачем тогда спрашивали?

Поливая из бокала себе на ладонь, она попыталась умыться, но только размазала грязь по щекам.

— Хотел услышать твою версию, — сообщил я, протянув ей свой платок.

Кивнув, она приняла его и тихо произнесла:

— А… шла, шла, споткнулась и упала в овраг.

— Зачем упорствуешь в этом? — Я поднял на нее холодный взгляд.

Айонель отмахнулась:

— Шум поднимать не хочу. Еще недели нет, как прибыла сюда и уже скандал… Глупо.

— Неужели не обидно? — насмешливо уточнил я, сознательно подбирая столь несолидное слово, как «обидно».

— Не-а… Наоборот, взяла себе за правило уничтожать обиду на корню. Так что все в порядке.

Закончив с умыванием, она выбросила остатки ледяного бокала в траву и попробовала подняться.

Я подхватил ее на руки и понес. Словно на иголках, Айонель заерзала в моих руках:

— Не надо, прошу вас, учитель. Сняли боль, дальше я сама…

— Чтобы дойти до академии с окончательно покалеченным суставом? У тебя там как минимум вывих…

— Зарастет…

— Если бы твоя регенерация соответствовала норме, уже бы все прошло. Пока я вижу у тебя исключительно людские возможности восстановления.

— Все может быть… — пробормотала она, с тоской оглядевшись. Видимо опасаясь, что нас увидят в столь компрометирующих обстоятельствах. Наивная, я давно укрылся невидимостью. И продолжил беседу, которая так не понравилась моей ученице:

— С такими прискорбными возможностями заживления родители надевают на детей защитные коконы.

— Угу…

— Почему родители этой заботой обошли вас? — подняв брови, поинтересовался я, прекрасно помня, что у нее такой раньше был.

И почему Райдер не озаботился этим снова?

— Я была против. У меня хватит сил привести себя порядок самостоятельно, как и защитить. — Через силу она улыбнулась, чтобы ее ответ не выглядел грубым.

— Когда я наблюдал за тобой на дне оврага, мне так не показалось… — усмехнулся я.

— Вы так великодушны, учитель, что напомнили мне об этом! — съязвила Айонель в ответ. — Но, увы, вы не правы. На меня напала печаль из-за того, что меня непонятно по какой причине встретили здесь не очень дружелюбно, и, главное, я не смогла погулять с братьями. Как говорится, навалилась грусть именно по этой причине! В которой, к моему величайшему сожалению, вы сыграли немаловажную роль! — последние слова драконницы прозвучали как угроза.

— Да, это так… — согласился я. — Но я, надеюсь, искуплю свою вину.

— Спасибо, если так… — грустно вздохнула она.

— Ну, тогда, чтобы ни случилось на эти выходные, я помогу тебе прогуляться.

— Это было бы замечательно… — вежливо отозвалась драконница, пытаясь скрыть радость.

— Не сомневайся, так и будет! — многозначительно пообещал я.

Добравшись до академии, я занес ее на второй этаж, в апартаменты. Уложил на кровать и спросил:

— Чем могу быть еще полезен?

— Ничем. Я выпью целительный эликсир и завтра буду как новенькая! — благодарно улыбнулась Айонель, заворачиваясь в плед, не стянув плаща. — Спасибо вам за все, учитель.

Я кивнул и медленно вышел. И только на пороге я понял, что за все это время ни одно из темных чудовищ не потревожило меня.

Айонель

В общем, я заблуждалась. Наш новый учитель боевой магии весьма дружелюбен, привлекателен и, безусловно, очень умен. Его уроки это просто нечто великолепное! Ведь мало хорошо знать свой предмет, надо любить его и уметь заразить этой любовью всех, кто тебя слушает. Тем более ему — Арминель легко привлекал к себе противоположный пол! Да влюбленные ученицы записывали за ним каждый вздох.

Еще одна неделя миновала. Я потихоньку училась, заодно знакомилась с девушками, все больше убеждаясь в том, что в основной массе эльфийки милы и дружелюбны и легко идут на сближение. Только беловолосая Микланель с двумя подругами по какой-то причине меня невзлюбили, то и дело пытались побольнее задеть.

Раннее утро, до занятий еще полтора часа. Было здорово поболтать, попить чай с Чери.

Помощница через свои источники выяснила, что вся проблема, как среагировал на меня учитель боевой магии, увидев впервые. Откровенный интерес с его стороны привел в негодование девиц, и эти глупышки, вместо того что бы предъявить вопросы ему, привязались ко мне.

— Да, еще мне намекнули, что подружки выкупили бомбу у студента мужской академии… ну там длинная история, он друг чьего-то кузена… — Чери бойко рассказывала о хитросплетениях эльфийского родства, пока я пила чай прямо на кровати.

Меня мало волновали проделки этих девчонок и даже подтверждения их вины были не нужны. И так знала, чьих это рук дело.

Вдруг расторопная эльфийка вывела меня из задумчивости. Она поспешно забрала у меня с постели поднос и поставила его на стол.

Затем официальным тоном предупредила:

— Айон, там учитель стучится, впустить?.. Я еще нужна тебе?

Я удивленно покачала головой, нет, пока не нужна.

— Нет, Чери, спасибо, иди отдыхай…А учитель пусть войдет, я сама его приму.

Серой тенью ворвался учитель боевой магии, внимательно оглядев меня, — я в пижаме сидела на кровати с чашкой полной горячего чая, — и сурово спросил:

— Почему ты сидишь одна, почему не явилась завтракать в общий зал?

— Мне удобно есть здесь.

— Я хотел передать тебе кое-что, но ты не явилась в общую залу. Пришлось идти к тебе…