Чтение онлайн

Ещё пара вопросов по ориентированию в море и вычислению пути по звёздам и приборам подсказали Хосе, что он на верном пути, и подростка надо брать, пока он не нашёл другой корабль, или не отказался.

— Ты меня устраиваешь. Двести реалов перед рейсом и двести после него.

— А куда плывём?

— В Неаполь.

— Нет, меньше, чем за четыреста реалов туда, и столько же обратно, я не возьмусь.

— Что-то ты больно себе цену набиваешь.

— Так это я ещё её и занизил. Я ведь много уже плавал, и через Атлантику ходил, и по Северному морю. А то, что молод, так я с тринадцати лет в море живу, и отец у меня навигатором был. Но, дело ваше, как и деньги. Хотите, нанимайте меня, не хотите, тогда до свидания.

— Эк ты быстро поднял паруса и якорь вытравил. Так дела не делаются. Я тоже не все мели и подводные скалы знаю. А ты — тот ещё необитаемый остров, не знаешь, куда и пристать, и что ожидать от тебя.

— Вам нужны ещё доказательства, тогда несите мне портулан и сравним наши знания!

— Хорошо, триста пятьдесят, — пытался торговаться Хосе.

— Нет, или восемьсот, или ничего! — я твердо стоял на своем.

— Ладно, уговорил, да и дело у нас срочное. Некогда торговаться, мы и так тут задержались. Пошли сразу на корабль. Ты где остановился?

— Да нигде.

— А вещи?

— Все при себе.

— Ну, тогда пошли.

Поспевая за высоким тощим моряком, с грубыми, словно топором вырубленными, чертами лица и жадными, острыми и любопытными глазёнками, я размышлял, повезло мне, или наоборот. Может, ещё стоило бы подождать, ожидая подходящее судно.

Но, нет, вряд ли что-нибудь подходящее нашлось бы, и поэтому стоит остановиться на этом варианте. Выйдя на пирс, мы сели в ожидавшую капитана шлюпку и отплыли к двухмачтовому грузовому судну, стоящему невдалеке на якоре с прямыми парусами на первой мачте и косыми на второй.

Вскоре мы доплыли до корабля и, взобравшись на его борт по веревочной лестнице, я оказался под пристальными взглядами практически всей команды судна. Пинк был небольшим, в сто пятьдесят тонн тоннажа, и его команда состояла из сорока человек.

Три пушки, расположенные по обоим бортам, и одна на корме представляли собой весьма слабую попытку отбиться от любого пиратского судна. Вся команда выглядела бывалыми моряками, и у каждого на поясе висела либо сабля, либо широкий нож, либо тесак.

— Отчаливаем! Поднять якорь! — И пинк, с именем святого, медленно отчалилиз бухты в сторону открытого моря, постепенно набирая ход. Паруса подняли сначала на одной, а потом и на второй мачте, и, подгоняемое попутным ветром, судно увеличило скорость, перевалив за семь узлов.

Получив в своё распоряжение морскую карту и приборы, я стал прокладывать путь, ориентируясь не только на них, но и на свою астролябию. К тому же, некоторую информацию я успел запомнить, когда читал магические портуланы своего декана, на входном экзамене.

Путь наш проходил вдалеке от берегов Франции и Корсики. Обогнув через два дня Мальорку и оставив в стороне остров с пресловутой Ибицей, мы благополучно направились в сторону Сардинии, передвигаясь крайне осторожно и всякий раз удирали, лишь только заметив чей-нибудь флаг на горизонте.

Алжир и Магрибские корсары были совсем рядом, попасть в их жадные руки никому не хотелось. Но, несмотря на все предпринимаемые меры предосторожности, на третий день нашего путешествия, рано утром, мы заметили очередное судно. Увеличив скорость, насколько это было возможно, мы продолжили плыть прежним маршрутом.

Неизвестное судно также увеличило скорость и бросилось в погоню, постепенно сокращая расстояние между нами. И вскоре на его флагштоке был поднят флаг Франции, это был капер. Вот же, не было печали, пока черти не накачали. Подняв все паруса, которые были у нашего пинка, мы попытались оторваться, но он не отставал. Моряки суетились, рулевой, управляя штурвалом, направлял судно в указанную мной сторону.

Меняя галсы, пинк, всё же, почти оторвался от преследователя, пока он не открыл по нам огонь из носовой пушки. Ядро, не долетев до нас с десяток метров, плюхнулось в воду, подняв тучи брызг. Ничего в этом страшного не было, но сам капитан и многие из команды ощутимо побелели, что стало заметно даже сквозь сильный загар. Наша кормовая пушка молчала, а ведь можно было и отогнать прилипчивого капера.

— Капитан, почему мы не стреляем в ответ? — задал я резонный вопрос.

— Не будем провоцировать пиратов.

— Что вы имеете в виду?

— А ты в курсе того, что за груз мы везём?

— ?

— Порох!

И тут я вспомнил, что при посадке заметил необычные, аккуратно уложённые, небольшие бочонки в трюме. И ведь, действительно, они не были похожи на бочки с провизией, или чем — то другим. Ё-моё, я живо представил последствия даже небольшого попадания в наш корабль.

Так мы, оказывается, плывём на бочке с порохом и молчим? Едем и молчим, плывём и спим на порохе, вот так!

— И что вы предлагаете? Каперский корабль нас догоняет, и, скорее всего, у него больше людей, чем у нас. По всей видимости, это шлюп, и у него выше скорость, чем у нас.

— Ты навигатор, за что я плачу тебе деньги!

Шлюп медленно, но верно, стал нас нагонять. И, как только он станет на параллельный курс, то сможет обстреливать пинк бортовыми орудиями, а потом пойдёт на абордаж. А его абордажная команда будет насчитывать никак не меньше пятидесяти человек.

— Дайте встать к штурвалу и прикажите своим людям беспрекословно выполнять все мои команды, тогда мы сможем оторваться. До темноты остались не больше четырёх часов, нам надо продержаться это время.

— Ты что думаешь, ты один такой умный? Хорошо! Нам всё равно терять нечего. Вставай, если в этом действительно будет толк, но если пираты поравняются с нами и дадут первый залп, мы сразу ложимся в дрейф. Пусть идут на абордаж, мы их радушно встретим. Правда, ребята?

— Э! У! А! — поддержала его команда, размахивая разновеликими клинками.

Рулевой уступил своё место, и гладкие, отполированные ручки штурвала пинка легли в мои руки. Чувство единения с кораблём пронзило меня сверху донизу. Я снова почувствовал, как хлопают на ветру паруса, как дёргается такелаж, до каждой отдельной верёвки. Ощутил каждую доску корабля и его обводы, о которые билось море, пропуская над собой.

Налегая на штурвал и владея бегом корабля по водной глади, как собственным телом, я стал направлять корабль туда, куда ему легче было бежать. Ветер, часто мешавший, теперь только помогал, наполняя собой пузо парусов и стремясь подтолкнуть корабль, придавая ускорения.

Чувствуя о себе заботу, скрипя корпусом и хлопая одобрительно такелажем, пинк стал совершать мини манёвры, которые со стороны были незаметны. И постепенно мы стали уходить от преследования. Пираты не сразу это поняли, а когда осознали, то начали обстреливать корабль из единственной носовой пушки, но безрезультатно. Гонка преследования продолжалась до ночной темноты, пока она не укрыла своим плотным покрывалом убегающий пинк, и мы смогли окончательно оторваться от пиратов.