Чтение онлайн

Послышался гневный, все поглощающий собой гул. Он шел со стороны гор — оттуда, куда унеслась эта всесокрушающая подземная волна. Я уже слишком устал, был измучен и избит, чтобы удивляться новой напасти, так скоро пришедшей на смену предыдущим. И без того темное небо стало совсем черным.

Один за другим в нем пропадали отблески полыхавшего под ним огня, и вся серая, пылевая и пепельная масса, сгустившаяся над головами, стала сливаться в одно мрачное целое. И тогда появилось то, о чем предупредило меня это, возникшее ниоткуда, чувство!

Она падала на город с быстротой пикирующей птицы, со скоростью гоночного автомобиля — огромная волна, высотой не менее десяти метров. Мгновенно поглощая все очаги пламени, заливая все дыры и отверстия, образовавшиеся в земле, она приближалась так быстро, что на принятие каких-то решений уже не оставалось времени… Это уже была настоящая вода, мутная, от принесенного ею ила и водорослей, мелких и крупных камней, а так же всего того, что она жадно пожирала, погребая под собой. Под ней гибло все.

Стены, выдержавшие колоссальные нагрузки от взрывов и землетрясения, чудовищный жар огня, под ударом этой массы срывались со своих мест так, будто они не были возведены из камня и бетона, а являлись хрупким сооружением, наподобие шалаша. Рефлекторно я рванул дверцу, оказавшегося возле меня автомобиля, и вскочил вовнутрь, успев в последнюю секунду захлопнуть ее за собой…

А потом все померкло перед глазами. Машину резко рвануло вверх и поволокло вперед, в полной темноте. На нее постоянно что-то падало, ударяло, и она сама врезалась во что-то, так, что я с каждым мгновением ожидал, что она развалиться на куски, и тогда смерть точно получит то, за чем она с таким упорством гонялась столько времени — мою жизнь. Не было ни верха, ни низа, только непрерывный кошмар… В какой-то момент я различил, как врезаюсь в человеческое тело. Оно зацепилось за боковое зеркало и пару секунд неслось вместе со мной. Сквозь все щели в автомобиль поступала вода — я слышал, как под сильнейшим давлением она врывается во внутрь и очень быстро заполняет все свободное пространство. Машину корежило, сплющивало, и было удивительно видеть, что все ее стекла до сих пор еще целы и продолжают выдерживать напор, сдавливающий ее со всех сторон. Я вдоволь наглотался жидкой грязи и поступившего в салон бензина — и в итоге, совершив множество переворотов и кульбитов, выплеснул все содержимое своего желудка, сразу оказавшись перепачканным всем этим с ног до головы. А потом сильный удар остановил мое движение вперед и я закрыл глаза, предвидя, что на этот раз, наверное, точно все закончено…

Я находился в автомобиле, спасшем мне жизнь — а он, в свою очередь, немыслимым образом воткнувшись в оконный проем устоявшего здания, висел в нем как пробка. Ни стекол, ни верха у машины уже не было, и как при всем этом мне не оторвало рук или головы, было уже не понять. Более того, не было и последнего, самого страшного врага — воды, пронесшейся по городу катком. Практически не соображая, что я делаю, я перевалился через борт и вывалился вниз. На мое счастье, высота оказалась не столь уж большой — машина застряла на третьем этаже, и я упал на мягкую массу из скопившегося, возле дома, ила и песка.

Вода, проложив себе широчайшую трассу, унеслась столь же быстро, как и появилась. О ней напоминали лишь сметенные на ее пути дома и отсутствие огня в тех местах, где он недавно бушевал. Где-то далеко отсюда, в горах, находилось водохранилище, которое жители города называли Хрустальным — за чистоту воды, в нем находившуюся. Высота плотины, сдерживающей это озеро, была не менее ста метров. Я подумал об этом, понимая, что ни плотины, ни водоема больше уже не существует…

Постепенно, из многочисленных трещин и ям, в земле вновь стали появляться вначале слабые, а потом все более усиливающиеся огоньки. Видимо, в недрах было нечто такое, что давало им силы опять вырваться на поверхность, несмотря на то, что только что, по городу прокатилась эта водяная масса. А вслед за пробившимся огнем, стали раздаваться и взрывы. И тогда, едва исчезнувший было запах гари и дыма, опять стал забивать собой воздух, мешая нормально дышать.

Меня снова вырвало. Кровь, грязь, — такая смесь, что от одного ее вида я еще раз схватился за грудь, желая разодрать себе ребра, чтобы выпустить эту тошнотворную слизь, забившую мне внутренности. С мутными, плохо видящими глазами, я на дрожащих ногах отошел в сторону, и, наклонившись, зачерпнул ладонью, из оставшейся после наводнения лужи, воды. Мне не хотелось пить, но я желал прочистить горло и рот, чтобы не ощущать мучительных позывов к рвоте. Едва я поднес ладони к лицу, как у меня снова начался этот жуткий спазм, и я скрючился, больно ударившись головой о камень. Многочисленные порезы и ушибы, начали давать о себе знать — я стал их чувствовать, хотя раньше не успевал даже заметить, где и когда их получил. С разбитой брови капала кровь, заливая мне глаз и мешая нормально видеть то, что передо мной находилось. Я смыл ее водой и выпрямился.

Вода из озера не только пробила себе дорогу на улицах города, унесясь неведомо куда — она еще и принесла с собой из тех мест, где пронеслась, все, что захватила по пути. Наполовину засыпанная грязью и обломками, завалившись на один бок, передо мной лежала яхта. Совсем недавно это было первоклассное судно, мечта многих людей. Отделанная по последнему слову техники, оснащенная компьютерным управлением, украшенная и расписанная как игрушка… От всего этого не осталось, ровным счетом, ничего. Весь корпус был измят, вдоль киля шла трещина, а все надстройки на палубе были сметены. Если в ней, кто ни будь, и находился, то участь последних была уже решена — после того, как яхту протащило через полгорода, а до того она пронеслась вместе с водой от водохранилища до его границ, живых в ней быть уже не могло. Я доковылял до нее и вцепился руками в борта, дабы обрести себе опору и не упасть. С меня стекала грязь, вся оставшаяся одежда была мокрой насквозь и изорвана, так, что на мне практически ничего не осталось. Я тупо смотрел на большую рыбину, которая валялась под днищем яхты, и сам чувствовал себя такой же рыбой — выброшенной из привычной среды и задыхающейся от недостатка воздуха.

Меня снова замутило. Были ли это последствия от постоянных ударов головой, пока я переворачивался вместе с корпусом машины, или же я треснулся где-то более основательно — в любом случае, я заработал небольшое сотрясение мозга. Я посмотрел на ладонь. На ней крест накрест лопнула кожа, обнажив голое мясо. Странно, боли я не ощущал, вернее, ее было столько, во всем теле, что что-то отдельное я уже не фиксировал. Где я? Что я? Эта мысль мелькнула и пропала, вытесненная другой — я жив! Я все-таки жив! И сразу появилась такая смертельная усталость, что я опустился на грязь и бессильно прислонился к днищу яхты. Только ощущение холода постепенно стало возвращать меня к реальности. Равнодушно посмотрев, как среди мусора, в грязи валяются несколько трупов, я перевел глаза на улицу.

Впрочем, улицы, как таковой уже не было — лишь нагромождение невесть чего, во что она превратилась в результате последних событий.

Долго отдыхать мне не пришлось. Все сильнее и сильнее стал разгораться огонь, опять стала вздрагивать земля, а по небу, на какое-то время очистившемуся от пепла, опять поползли серые облака.

— Я не могу больше…

Хрип отчаяния вырвался у меня, когда я заметил, как по полосе почти скрытого обломками асфальта, начала разрастаться и вздрагивать новая трещина. В ней полыхнуло, раздался хлопок — и из провала взметнулся огненный гейзер, сразу слизнувший и яхту, и всю ту кучу мусора, что лежала возле нее. Меня зацепило лишь краем, но этого хватило, чтобы я с криком отпрянул, держа ошпаренную руку. Волна раскаленного воздуха швырнула меня на землю, в сразу начавшую высыхать лужу. Не вставая, на четвереньках, страшась оглянутся, чуть ли не скуля от жалости к самому себе, я пытался уйти от этого свирепого смрада, несущегося из провала. Я полз… Глаза уже ничего не различали, все смешалось в багровый туман. С каждым движением я чувствовал, как изнеможденное тело отказывается мне подчиняться.

Страшнейший удар вырвал землю подо мной, и я ничком упал на спину. Земля вздыбилась, словно взбешенный жеребец и поставила меня вертикально. Я ждал смерти… И она появилась, глядя мне прямо в глаза. Страх пропал — я видел, что на этот раз мне не избежать того, что должно было случиться не раз, на протяжении всего этого дня.

Разваливая все здания, расширяясь и удлиняясь, извилистой змеей, прямо к тому месту, где я находился, тянулась быстро увеличивающаяся трещина. В пропасть летело все — машины, земля, живые и мертвые тела, бревна, камни, и даже пропитанный гарью воздух, словно засасываемый внутрь гигантским пылесосом. Кромка тротуара под ногами резко ушла в бок, и я инстинктивно поднял ногу, зацепился за нее, а затем попытался отпрыгнуть в сторону. Моя нога соприкоснулась с почти занесенным обломками грузовиком, и я замер на ней, балансируя чтобы не упасть. Но я не смог на ней удержаться — она вздрогнула, а затем, с все более увеличивающейся скоростью, стала сползать в жадную пасть пропасти. Я увидел, как мелькает край земли, и почувствовал, как кабина, на которой я находился, резко уходит прочь.

Мысль о том, что это конец, просто не успела мною завладеть — иначе бы я не смог сделать того, что впоследствии так и не сумел объяснить… Я валился вниз, успевая заметить, как на одной из сторон разверзшейся земли виднеется что-то округлое и большое. Уже падая в бездну, я невероятным образом зацепился за кусок торчащей в земле трубы, и она, изогнувшись под моим весом, опустилась прямо к темнеющему отверстию. На несколько мгновений, ставших для меня бесконечными, все вокруг — и чудовищную пропасть и зияющую дыру перед глазами — залило нестерпимым, мертвенным зеленым свечением. Я ощутил страх, пронзивший все мое существо, руки стали разжиматься… Раздался тяжелый вздох ужасного чудовища за плечами, сильный толчок в спину — и все разом погрузилось во тьму, в которой я потерял сознание…