Чтение онлайн

Враждебное трио наконец-то уловило движение сзади. Они остановились, и Олиси, оперевшись ладонями о поручень, перемахнула через него, как гимнастка через спортивный снаряд. Гад справа от Ти отпустил её, потерял контроль над ножами и суетливо замахал руками — тележка резко замедлилась, и Олиси чуть не покатилась кубарем. Освобождённая итиайя вцепилась ногтями в лицо мага и повалила его на пол. Двое других смешно растопырили руки и ноги, пытаясь загородить дорогу Олиси, и она со злорадством открыла клапан подачи порошка.

Врагов откинуло как телекинезом — мощный напор не давал им встать, а порошок засыпал глаза, уши и забил фильтры респираторов. Олиси выкрутила вентиль на максимум, надеясь, что пришельцы сдохнут или хотя бы потеряют сознание. Итиайя зверёнышем метнулась по полу, схватила валявшийся нож, которым совсем недавно пугали её саму, и с боевым кличем ткнула им в шею ослеплённого мага.

Олиси никогда не видела, как убивают людей, и от артериального фонтана из хрипящего мага её чуть не вывернуло наизнанку. Пальцы соскользнули с клапана, и Олиси зажала рот, борясь с тошнотой. Ти хладнокровно прикончила второго гуманоида всё тем же ножом, а третьего полоснула неглубоко и с минуту сидела рядом, обхватив его лицо ладонями и не моргая глядя в полные ужаса стекленеющие глаза.

— Я знаю его речь, — не без гордости сообщила она, вытерла нож об его одежду и небрежно отпихнула от себя бездыханное тело.

Олиси сглотнула кислую слюну и, стараясь не смотреть на иномирянку, с трудом сползла с тележки. Вспомнилось, что немало солдат «Третьей стороны» полегло при первом столкновении с итиайя. Уж не тогда ли Ти научилась говорить на окоре, когда держала в руках голову умирающего тохшанина?..

— Надо выбираться, — еле ворочая языком, выдавила Олиси.

Вопреки всем опасениям, путь до эвакуационного выхода дался проще, только пришлось освещать его встроенным в элеком фонариком — лампы-то не горели. В итиайя с каждым шагом прибавлялось сил: она уверенно разгоняла дым и тушила ползущие по обшивке коридора языки пламени. Захватчики больше не попадались — видимо, на разведку отправили только тех троих.

Ти не выпускала нож из рук, и Олиси каждый раз мутило, когда он попадал в её поле зрения. На лезвии остались багровые разводы. Олиси осознала, что боится иномирянку — с такой скоростью, ловкостью и решительностью, да ещё и сверхспособностями, тягаться никак не получится. Какие, в сущности, у итиайя моральные принципы? Не захочет ли она присоединиться к чужим магам, если ей что-нибудь пообещают? Например, вернуть старейшину к жизни.

Итиайя тронула её запястье, и Олиси чуть не подскочила от прикосновения острых коготков к своей коже.

— Что с тобой? — обеспокоенно спросила Ти. — Ты пахнешь страхом. Ты так не пахла, когда дважды спасла меня.

«Обделалась, видать», — хотела мрачно пошутить Олиси, но слова застряли в горле. А вдруг итиайя уже может читать мысли, как Моро Сан? Узнает, что напарница прикидывает, как бы от неё избавиться.

— Ты людей убила, — брякнула Олиси и неловко добавила: — Я же тоже человек.

«А я типа не пыталась задушить их порошком», — сама себе ответила она. Ну вот что на неё нашло? Солдат, называется.

Ти остановилась и развернулась к Олиси всем телом.

— Когда вы пришли в наш мир, я была лекарем. Вы убили почти всех воинов. Мне тоже пришлось стать воином. Сегодня ты взяла от меня и лечение, и войну. Не вини меня в том, что берёшь.

Не дожидаясь Олиси, Ти двинулась дальше, и Олиси почудилась обида в её гордой осанке.

Они наконец-то дошли до эвакуационного выхода. Он, разумеется, оказался заперт, но итиайя и не думала отчаиваться. Она упёрлась руками в дверь, и Олиси увидела, как на висках Ти вздулись вены, как выступили желваки на её скулах и напряглись мышцы под тёмной кожей. Металл застонал, заскрипел под давлением невидимой силы, Ти с рыком запрокинула голову, и по стали пошли концентрические круги, как от брошенного в воду камешка. Из носа итиайя вдруг потекла кровь, и она, шмыгнув, обмякла.

— Не получается… — обессиленно прошептала Ти. — Я плохо владею металлом. Только когда разозлюсь или расстроюсь.

— Вспомни смерть старейшины, — машинально подсказала Олиси.

Итиайя вскинула голову; глаза её, и без того почти белые, засверкали как звёзды в ночи. Она ударила кулаком по двери, оставив большую вмятину, и с ненавистью произнесла что-то на родном языке. Металл начал с неохотой выгибаться наружу, упорно сопротивляясь воле мага, и из ноздрей Ти снова закапала кровь.

Олиси боялась, что итиайя вот-вот ослабеет или вообще потеряет сознание, тогда-то они обе станут лёгкими мишенями. Она посветила фонариком в коридор — его перегораживала глухая стена. Наверное, хотели переборкой отсечь зону пожара. «А ведь там, возможно, люди задыхаются или вовсе уже задохнулись», — подумала Олиси и, помявшись, положила руку на плечо Ти.

— Погоди. Ты сейчас выгоришь. Давай ты чутка отдохнёшь и попробуешь вон ту стену сдвинуть?

Олиси кивнула на перегородку. Итиайя удивилась:

— Ты не пойдёшь со мной?

— Там мои товарищи. Надо помочь им выбраться.

— Они бросили меня! Только ты осталась! Почему я должна их спасать?

— Они и меня бросили. Но люди ошибаются, понимаешь? Как ошиблись итиайя, когда напали на «Третью сторону». Мы же не стали убивать вас всех, хотя могли бы отомстить.

Ти снова шмыгнула и скрестила руки на груди.

— Сегодня ваша война, — процедила она. — Не моя.

Олиси разочарованно вздохнула — похоже, их с итиайя пути разойдутся. Проще и разумнее всего было бы выбраться вместе с иномирянкой и под её защитой проскользнуть в безопасное место. Но как она потом тохшанам в глаза смотреть будет?

— Значит, я пойду одна, — бесцветно заключила Олиси и зашагала к перегородке.

Сдвинуть её в одиночку, конечно, не удастся, но рядом — лестница. Задымление есть, пламени пока не видно. Стережёт враг верхний пролёт или нет — пока не понять. Набравшись смелости, Олиси задержала дыхание и хотела уже покорить первую ступеньку, как её схватили за пояс и дёрнули назад.

— Ты упрямая! — сердито воскликнула итиайя, но тут же скупо улыбнулась и добавила: — Как я.

Плавное движение руки иномирянки — и дым отступил, как волна прибоя. Итиайя отправилась по лестнице первой, расчищая путь для внутренне возликовавшей Олиси.

В зале потянуло палёным. Дымок сочился сизыми ручейками из вентиляции сразу пяти аванпостов, и прежде, чем броситься за огнетушителями, Рэйзор попробовал разбудить центральную систему пожаротушения. Не удалось. Мседео с Аканом тоже подхватили в кабинете баллоны с углекислотой и, спотыкаясь о разбитые мониторы, кинулись спасать аппаратуру.

С проводкой творилось что-то невообразимое. Как будто энергоподстанция сошла с ума и раз за разом давала такую напругу, что вылетали все предохранители. Рэйзор уловил взрывы на других этажах — если дела так пойдут и дальше, сгорят все сети и электрические приборы. Нужны кардинальные меры, одобрить которые может разве что аденрат. Но Тсадаре Лараш в командировке на Смиде… Зато рядом — член Совета с чрезвычайными полномочиями.

— Акан, мне нужно твоё разрешение на полное обесточивание штаб-квартиры и базы.