Чтение онлайн

Скоро, совсем скоро она увидит родителей!

Времени до обеда оставалось предостаточно, и вместо того, чтобы взять такси, Софике решила побродить по центру города, прогуляться по парку, заскочить на рынок и набрать свежих фруктов — папа их очень любит. А ещё обязательно купить живые цветы для мамы. Найдя ближайшую стоянку прокатных электроскутеров, Софике забросила сумку в багажник и отправилась по задуманному маршруту.

В отличие от полностью перестроенного Коора, Миллу реставрировали по довоенному образу и подобию. Жители Панерута воспротивились перепланировке разрушенной столицы и потребовали воссоздать её в прежнем виде. И если в Кооре чувствовалось стремление уйти от печальных событий и перекроить всё на новый лад, то Милла, наоборот, располагала к себе уютом и воссозданием атмосферы «старого доброго прошлого».

Низкорослые разноцветные здания подпирали друг друга плечами и от натуги забавно «таращили» глаза-окна с выпуклыми наличниками. Молодые, но уже разросшиеся деревья создавали приятную тень над узкими улицами, по которым лишь изредка проезжали машины, и в основном деловито сновал двух– и трёхколёсный транспорт всех мастей. Глаза разбегались от ассортимента магазинчиков. Тут тебе и пестрота стеклянных сувениров, и глазурный блеск конфет, и горьковатый аромат местных наливок, и яркие расцветки традиционных широкополых шляп… Приезжие из других стран, по уши нагруженные пакетами, вразвалочку переходили от одной лавки к другой. Да-а, немалая часть экономики Панерута держалась именно на туризме.

Софике, не удержавшись от соблазна, зашла в мороженицу и слопала три шарика с добавками местных фруктов и ягод. В Кооре точно такого не делают! Саморийская еда после Панерута первое время казалась какой-то переперчёной, без вкуса самих продуктов. Отвыкшая от ярких ощущений Софике закашлялась от пробирающей кислинки лишни, крупной жёлто-оранжевой ягоды со множеством косточек. Надо обязательно купить такую на рынке!

Приятная тяжесть в желудке подталкивала сесть где-нибудь на скамеечке и прикрыть глаза, но Софике отогнала от себя ленивые мысли: когда ещё она окажется в Милле? Впереди — прогулка по парку. Как раз начался сезон, и в парке полно плодовых деревьев, срывать созревшие фрукты с которых никому не возбраняется. Коренные панерутцы, привычные к щедрости местной земли, не обращали никакого внимания на уличный урожай, а вот для жителей северных стран, например, Ламерии, такое изобилие было в диковинку.

Остановившись перед одним из деревьев в парке, Софике потянула гроздь синих ягод с самой низкой ветки, подышала на них, протёрла майкой и бросила сразу три штуки в рот. Покатала на языке, раскусила плотную кожуру и зажмурилась, почувствовав брызги терпкого сока. Как же всё-таки хорошо на родине…

По дорожкам неторопливо прогуливались панерутцы, а по траве от дерева к дереву переходили иностранцы, желая перепробовать каждый съедобный плод в округе. Софике наблюдала за расслабленными людьми, слушала радостный смех детей и думала, что на её плечах лежит часть ответственности за их безопасность. Как тут не приложить все усилия к тому, чтобы сохранить тёплую и спокойную атмосферу в столице?

Заехав на прокатном электроскутере на рынок, она набрала три пакета вкусняшек для папы и выбрала самый красивый, благоухающий букет для мамы. До дома родителей оставалось всего ничего, и Софике прикинула, что приедет пораньше назначенного времени. Родители жили ближе к окраине Миллы — точнее, когда покупали квартиру, она и вовсе находилась за пределами столицы.

В этом районе дома были уже посовременнее — эдакие высокие коробочки, походящие на новостройки в Кооре. Поднявшись пешком на третий этаж, Софике поставила сумку и пакеты на пол перед дверью, аккуратно положила сверху букет и вытащила из кармана элеком, чтобы рассмотреть собственное отражение на экране. Мама всегда переживала, если видела Софике уставшей или невыспавшейся. Нет, определённо, воздух Панерута пошёл на пользу — весёлый блеск в глазах, здоровый цвет кожи, и даже волосы не спутались после утренней суматохи. Улыбнувшись самой себе, Софике хотела уже убрать элеком, как за её спиной шевельнулась тень.

Времени на реакцию не хватило — Софике так сильно сжали руку, что от боли она выронила элеком, не успев нажать кнопку экстренного вызова. Сгусток тьмы подхватил его у самого пола.

— Тш-ш, это я, — произнесла тень голосом Моро, и демон наконец материализовался полностью.

Софике обрадовалась, что это не насильник или грабитель, и тут же ужаснулась своим мыслям. Дожили, радуется демону!

— Да-да, я знаю, как ты счастлива меня видеть, — с усмешкой заметил Моро, вернул Софике элеком и неожиданно ткнул в дверной звонок.

Софике оцепенела.

— Что ты делаешь? — полузадушенно воскликнула она.

— Неправильный вопрос. Правильный — «что мне делать?» — Моро с нахальной улыбочкой поднял букет с сумки и расправил чуть помятую обёртку. — Представишь меня родителям. Скажешь, что я твой парень.

Софике почувствовала, что волосы на загривке поднимаются дыбом.

— Что?! Зачем?!

Выяснить, что демону нужно, не удалось — дверь уже распахнула мама. Софике так и стояла с открытым ртом, когда Моро чуть ли не по-братски на миг прижался губами к её макушке, осторожно развернул лицом к двери и аккуратно, почти не касаясь, приобнял за талию.

— Здравствуйте! — он широко улыбнулся и заговорил более низким, практически бархатным голосом. — Извините, что без предупреждения — мы с Софи хотели сделать приятный сюрприз.

Он протянул опешившей маме букет.

— Добрый день. — Она неуверенно прижала цветы к груди. — Да уж… Сюрприз так сюрприз. Софи, ты бы хоть намекнула, что ли… Мы с отцом даже не одеты толком.

Похудевшая после болезни мама была в вылинявшем домашнем костюме. Волосы она небрежно собрала в пучок и прикрыла платком, чтобы не мешали во время готовки. Сама Софике впопыхах влезла утром в майку с тонкими бретельками и шорты. Но Моро… О-о, Моро, видимо, хотел произвести впечатление. Из какой магии он соткал эту безупречно выглаженную рубашку глубокого синего цвета, подчёркивающую цвет его глаз? Классические отутюженные чёрные брюки и с виду дорогие кожаные туфли завершали образ ухажёра. «Засранец!» — промелькнуло у Софике в мыслях, и тотчас прилетел ответ Моро: «Я всё слышу».

— Моя вина, — великодушно заявил Моро. — Не хотел, чтобы вы тратили время на лишние приготовления. Вы позволите войти?

— Да-да, конечно. — Мама тут же отошла в сторонку. — Проходите, пожалуйста. Вот гостевая обувь.

Моро занёс сумку и пакеты с фруктами, пока Софике нарочито медленно расстёгивала сандалии и лихорадочно соображала, что делать. Плевать, что Моро слышит! Его, гада эдакого, никто сюда не звал! Написать Рэйзору? Стоп! Она же не может раскрыть личность Моро в присутствии родителей — ведь если мама узнает, кто он такой, или если сюда заявятся солдаты «Третьей стороны», ей станет плохо с сердцем. Софике встретилась взглядом с демоном — и поняла, что всё это он понимал не хуже, чем она сама.

Демон чуть не прокололся на тапочках. Он не мог материализовывать обувь отдельно от своего облика, и Софике увидела, как сначала с его ног исчезли туфли, а потом уже он влез в тапочки. Моро переодевался, заслонив ступни сумкой, и мама, к счастью, ничего не заметила.

Одетый в халат папа, шаркая, вышел из своего кабинета, сдвинул очки на нос и воззрился на гостя поверх стёкол. Под его тяжёлым взглядом самоуверенность Моро улетучилась — он расправил плечи и как будто бы даже втянул живот. Спохватившись, Софике представила демону родителей.

— Никогда бы не подумал, что Идир Мелори — имя… эм-м… ламерийца? — заявил папа, осматривая Моро с головы до ног.

Софике готова была провалиться под землю от стыда. Конечно, она рассказывала родителям про Идира, только его фотографий не посылала. И что теперь отец про неё подумает? Что она вместо работы шляется с кем попало?

— Это другой, пап, — буркнула она и тут же поспешила добавить: — Моро Сан с Земли.

«Откуда-откуда я? — опять возникла в её голове чужая мысль. — Понятия не имею, о чём ты».