Чтение онлайн

Флетчер шевельнулся в кресле. Он чувствовал, что изнемогает - умственно и физически. Его мысли вернулись к Карлу Райту. Он представил себе труп, бесцельно и пассивно блуждающий во тьме, погружающийся в воду на целые мили, туда, куда никогда не проникает свет.

Почему убит Карл Райт?

Флетчеру стало больно от гнева и разочарования, от ненужности смерти Райта. Карл Райт был слишком хорошим человеком, чтобы быть затащенным и утопленным в темном Сабрианском океане. Флетчер вскочил, вышел из кабинета и поднялся в лабораторию.

Дамон еще возился со своей обычной работой. Он разрабатывал три темы: две относились к усвоению платины одним видом Сабрианской водоросли, третья - к повышенному усвоению рения плоской губкой Альфард-Альфа. В каждом из случаев основная техника была одна и та же: последовательные поколения воспитывались во все возрастающей концентрации металлической соли, в условиях, способствующих мутации. Некоторые организмы в конце концов начинают использовать металл; их можно выделить и перенести в Сабрианскую воду. Часть из них перенесет такую пересадку; некоторые приспособятся к новым условиям и начнут поглощать ставший для них необходимым элемент. Путем отбора и приспособления нужные свойства в этих организмах будут усилены; их можно будет культивировать в больших масштабах, и неисчерпаемые Сабрианские воды будут давать еще один продукт.

Войдя в лабораторию, Флетчер увидел Дамона, расставлявшего чашки с водорослями в геометрически правильные ряды. Он взглянул на Флетчера через плечо довольно кисло.

– Я говорил с Кристелом, - произнес Флетчер.

Дамон заинтересовался.

– И что он сказал?

– Сказал, что вычеркнул несколько неверных догадок.

– Смешно, - отрезал Дамон.

Флетчер подошел к столу, задумчиво поглядел вдоль рядов чашек с водорослями.

– Вам на Сабрии попадался ниобий, Джини?

– Ниобий? Нет. По крайней мере не в заметных количествах. Кажется, у одного коралла есть линии ниобия.
– Он склонил голову к плечу, как любопытная птица.
– А что?

– У меня есть только мысль, и то смутная.

– Не думаю, чтобы Кристел ответил вам удовлетворительно?

– Совсем неудовлетворительно.

– Тогда какой следующий ход?

Флетчер уселся на стол.

– Я не уверен. Едва ли я смогу сделать многое. Разве только… - он нерешительно умолк.

– Если только что?

– Если сам пойду в подводную разведку.

Дамон поразился.

– Что вы надеетесь выиграть этим?

Флетчер улыбнулся.

– Если бы я знал, мне не нужно было бы идти. Вспомните, Кристел спускался, потом вернулся и уничтожил что-то в микрофильмах.

– Понимаю, - сказал Дамон.
– Все-таки, я думаю, что довольно… ну, безрассудно после того, что случилось.

– Может быть, а может быть, и нет.
– Флетчер соскользнул со стола.
– Как бы то ни было, я поеду завтра.

Он оставил Дамона за ежедневным отчетом и спустился на главную палубу.

У подножия лестницы ждал Блю Мерфи. Флетчер окликнул его:

– Эй, Мерфи!

Круглое красное лицо выражало озадаченность.

– Агостино у вас?

Флетчер резко остановился.

– Нет.

– Он должен был сменить меня с полчаса назад. В спальне его нет, в столовой нет…

– Господи!
– произнес Флетчер.
– Еще один!

Мерфи взглянул через плечо на океан.

– С час назад его видели в столовой.

– Идемте, - сказал Флетчер.
– Обыщем плот.

Они искали везде: в цехах, в куполе на мачте, во всех углах и закоулках, куда человек может сунуть голову, чтобы посмотреть. Баржи были на причале в доке, шлюпка и катамаран - у своих причалов, вертолет дремал на палубе, свесив лопасти ротора.

Агостино нигде на плоту не было. Никто не знал, куда он пошел, никто не знал в точности, когда он ушел.

Команда плота собралась в столовой, люди нервничали, поглядывая в иллюминаторы на океан.

Флетчер мог придумать лишь несколько слов.

– Что бы нас ни преследовало, - а мы не знаем, что это такое, - оно не должно захватить нас врасплох. Нам нужно быть осторожными. Больше, чем осторожными!

Мерфи мягко стукнул кулаком по столу.

– Но что мы можем сделать? Ведь нельзя же стоять и ждать, как бараны!

– Теоретически Сабрия - безопасная планета, - сказал Дамон.
– Согласно Стрискалю и Галактическому кодексу, здесь нет опасных существ.

– Хотел бы я, чтобы это мне сказал сам Стрискаль, - фыркнул Мерфи.

– Он мог бы рассуждениями вернуть нам Райта и Агостино.
– Дэйв Джонс взглянул на календарь.
– Ждать еще месяц.

– Мы будем работать в одну смену, - сказал Флетчер, - пока не приедут очередные.

– Лучше назовите их подмогой, - проворчал Мальберг.

– Завтра, - продолжал Флетчер, - я спущусь в жуке, погляжу кругом и узнаю, что происходит. Тем временем прочие пусть носят с собой топорики или ломики.

По стеклам, по палубе снаружи что-то мягко стучало.

– Дождь, - заметил Мальберг. Он взглянул на часы на стене.
– Полночь.

Дождь шипел в воздухе, стучал по стенам; по палубе текла вода, а огни на мачтах светились сквозь косые струи.

Флетчер подошел к иллюминатору, по которому струилась вода, поглядел в сторону цеха. «Кажется, нам лучше запереться на ночь. Незачем…» - Он выглянул в окно, а потом кинулся к двери и выбежал под дождь. Струи хлестали его по лицу, он мог видеть только блеск фонарей сквозь дождь и что-то белое на блестящем темно-сером фоне палубы, что-то вроде старого белого пластмассового шланга.

Вдруг его дернули за лодыжку, вырвав опору из-под ног. Он упал ничком на мокрую палубу. Позади него раздался топот ног, потом возбужденные восклицания, лязг и скрип; ноги у него освободились. Люди затопали дальше сквозь дождь. Флетчер поспешил за ними. Но в цехе ничего не было. Дверь была распахнута, помещения освещены. Справа и слева стояли приземистые измельчители, за ними автоклавы, чаны, трубы шест различных цветов.

Флетчер потянул главный рубильник - жужжание и скрежет машин умолкли. «Запрем все это и вернемся в спальни».