Чтение онлайн

– Довольно логично, - подумав, согласилась девушка.
– Хотя в несколько упрощенно.

– Да, но как заставить всех самуров превратиться в куколки?
– вздохнул Митя.
– Ведь климат атолла не изменишь.

– Его и незачем менять, - сказала девушка.
– В чем проявляется действие холода на самуров? Видимо, у них понижается влажность тел. А ее можно понизить и «изнутри». То есть ввести самурам метаболит, угнетающий ферменты, как это я делала с крабами. Он заменит палеозойское оледенение.

– Гениально!
– оживился Волков.

Их разговор прервал вошедший в домик Гриша, весь перепачканный смазкой. За ним вкатился озабоченный Солохин.

– «Кашалот» готов к отплытию, - сказал Гриша.
– Но, повторяю, больше трех человек не поднимет.

– Прошу прервать ваши занятия, - обратился Солохин к исследователям.
– Проведем короткое совещание.

– Зачем?
– спросил Митя.

– Чтобы решить, кто поедет в первую очередь и кто во вторую…

– Тогда совещание ни к чему, - энергично сказал Митя.
– Что касается нас, - он переглянулся с Валентиной, - то мы остаемся.

– Вот как, - без особого удивления заметил Солохин.
– Но крабы…

– Не крабы, - поправила его Валентина, - а самуры. Да, мы надеемся справиться с ними. И кроме того, сохранить часть особей для науки. Надежду на это нам дает эксперимент с пленным. Результаты ободряющие.

– Напрасные надежды, - усмехнулся Солохин. Его раздражала самоуверенность молодых людей. Втайне он завидовал им. У них в голове есть какие-то идеи. Солохин не знал, что еще можно было бы сделать с загадочными самурами, методично пожиравшими зелень атолла.

– Хорошо, - помолчав, сказал Соломин и кивнул Грише.
– Тогда можно отплывать.

Перед самым рассветом, когда самуры еще спали, «Кашалот» медленно отошел от причала. Высунувшись из люка, Солохин дал последние указания:

– Домик забейте, а сами на другой атолл. У вас остается надувная лодка. Не стоит дразнить этих… - Он опасливо посмотрел на обглоданные пальмы.
– Если встретится корабль, радирую в Антарктиду.

Волков и Валентина долго слушали затихающий вдали гул гидрореактивного двигателя. Слушали до тех пор, пока не возник знакомый звук - сухой треск крыльев. Тогда они поспешили в домик станции.

Над лагуной заревели сотни английских рожков. Но мелодия звучала теперь как-то по-иному. Рожки словцо плакали и угрожали, молили и требовали одновременно. Опять пришельцы рыскали по берегу: они лихорадочно искали пищу.

Все новые и новые группы самуров прибывали на берег. В центре этого скопления крыльев, ног и усов появился самый крупный самур - вожак с лилово-черными «зрачками». Валентина увидела, как он поднял кверху голову, пошевелил усами и издал протяжный звук. Самуры расположились вокруг него рядами, точь-в-точь как дисциплинированные солдаты.

– Большой сбор у них, похоже, - заметил Волков.
– Только по какому случаю? Настрой биоприемник. У нас ведь теперь есть информатор среди них.

На биоэкране заплясали туманные кривые, спирали, всплеснулись острые пики.

– Так и есть, - проговорила Валентина как бы про себя.
– Они общаются биотоками. Но как расшифровать эти иероглифы?

Вдруг все звуки стихли. Самуры как по команде вытянули усы - под тем же углом, что и вожак. Наступила полная тишина. А затем на экран хлынула волна информации, накопленной в мозгу и клетках «информатора» - пленного самура, выпущенного на волю.

– Самуры, видимо, вспоминают свою прежнюю жизнь, - сказал Митя, в глубоком раздумье глядя на изображения.
– Теперь я могу представить себе их состояние. Миллионы лет назад самуры погибли при оледенении. И никогда бы не проснулись, не ожили. Если бы не мы. Они ведь умерли для эволюции. А вот теперь ничего не понимают. Сбиты с толку.

– Мне их жаль, - вырвалось у Валентины.

На экране была глубокая долина, заросшая папоротниками и гинктговыми пальмами, кустарником глоссоптериса. Всюду возвышались какие-то куполовидные холмы. Их гладкие, словно полированные, стенки тускло отражали свет луны, плывущей среди древних созвездий. А в горах, окаймляющих долину, сверкали ледники - вестники палеозойского оледенения. Меж куполов быстро сновали самуры. Мрачный зов английских рожков эхом отдавался в лесах и горах. Затем исследователи увидели колонны, уходящие в глубь антарктической тайги.

«Митя прав, - подумала девушка.
– Самуры бегут от надвигающегося оледенения. Только не знают, что спасения им нет».

Но вот появился знакомый пейзаж: сверкающий солнечными бликами Тихий океан, атоллы, поросшие кокосовыми пальмами.

– Что это значит?
– пробормотал Волков.
– Неужели самуры видят ближайшие к нам атоллы островов Бас?

– Просто они посылали туда разведчика. И теперь он сообщает о виденном. А мы воспринимаем картины, уже прошедшие через мозг нашего «агента».

– Но тогда это катастрофа!
– воскликнул Митя.
– Самуры намереваются перелететь на другие атоллы. Мы не можем допустить их расселения по Полинезии.

– Что ж, убивать?
– гневно спросила Валентина.
– Ведь ты сам говорил, что у них есть разум… - Она закрыла руками лицо и отвернулась.

– А что прикажешь делать? Или мы, или они. Предлагаешь оставить в живых? При их-то умопомрачительной плодовитости? Да они заселят всю планету! Куда же нам, людям, деваться? На Марс?

– Перестань, - тихо сказала девушка.

«Не надо было самурам оживать, - подумала она с горечью.
– Лучше бы остались там, на айсберге».

…Около полуночи исследователи двинулись к пальмовой роще - обиталищу самуров. Была теплая звездная ночь. На внешнем рифе глухо бормотал прибой. Но не было слышно привычного шелеста пальмовых крон, голосов насекомых. Пришельцы превратили атолл в пустыню. Перекладывая с плеча на плечо коробку с отмеренными порциями аргинина, Митя еще и еще раз критически оценивал свой замысел.

В ходе многовековой адаптации самуры выработали удивительный нервный рефлекс - способность свертываться в куколки и оживать. Они съедят метаболит - аргинин - и под его действием «вспомнят» борьбу с оледенением, потому что их ферменты, управляющие влажностью и температурой организма, будут подавлены метаболитом. Ergo - нарушится адаптация. Внутренне, в «самих себе», самуры окажутся как бы в условиях палеозойского оледенения. И тогда сработает защитный алгоритм нервной системы: пришельцы свернутся в куколки. Все должно произойти именно так.

Увязая в песке, Валентина и Волков шли вдоль берега лагуны, потом свернули к редколесью обглоданных пальм. То и дело попадались сваленные пришельцами деревья - без коры, ветвей и листьев.

– Смотри, что это?
– прошептала Валентина. Из мрака выступили куполовидные постройки - такие же, что они видели на экране биоприемника. К куполам вело хорошо утоптанное «шоссе», от которого исходил легкий пряный аромат.

– Такой же запах бывает на тропах наших муравьев и термитов, - сказал Митя, поводя носом, точно охотничий пес.